Другие - Сергей Зверев

Атамана, чье настоящее имя узнать теперь было невозможно, закопали в трехстах шагах от кладбища, в овраге с растрескавшейся землей. Забросав яму с телом землей и притоптав, шестеро горожан выбрались из оврага и направились к крепости. И когда до ее ворот оставалось не больше ста метров, один из них различил среди залитой солнцем равнины фигуру человека. Как и они, в домотканой рубахе и с короткой бородой, мужчина бежал медленно, словно преодолевая последние метры марафонской дистанции.

– Это же Васильев! – узнал горожанина один из похоронной команды, и все шестеро бросились ему на встречу.

Через десять минут изнеможенный мужчина, имя которого почти стерлось из памяти горожан за почти три года его отсутствия, был введен в городские ворота и предстал перед Пловцовым. Выслушав его, штурман понял, что группа Стольникова добралась до завода. Предприятие Алхоева не разрушено, но сильно пострадало и работать в прежнем режиме уже не может. Что касается самих людей, то о них горожанин по фамилии Васильев, захваченный людьми полевого командира и уведенный для работ тридцать два месяца назад, имел более точную информацию.

– Ваших людей Алхоев захватил еще вчера, – рассказывал он. – А потом привели еще нескольких, троих или четверых. Они были в крови. Капитана и прапорщика, которых вы описываете, я с ними не видел. Их поместили в подземное хранилище, это недалеко от цеха по отделению материала от породы.

– Материала? – спросил Пловцов. – Какого материала?

– Завод добывает породу, перерабатывает и отделяет серый, блестящий металл. Все называют его керием. Но не это сейчас главное для вас…

– А что?

– В хранилище отсутствует вентиляция. Я знаю это помещение, находиться там долго нельзя.

«Керий, керий…» – повторял старший лейтенант, понимая, что беглец прав, и не это сейчас главное.

– Соберите народ на площади перед администрацией! – приказал он троим старцам, которые и до появления отделения Стольникова, при Трофиме настоящем и при псевдо-Трофиме, занимали значимое положение в городе.

Через четверть часа Пловцов объявил всем собравшимся, что ему нужны двадцать крепких, вооруженных мужчин. Желающих набралось несколько сотен. Но штурману не нужна была армия, ему нужна была группа, которая смогла бы действовать скрытно. Отобрав среди собранного оружия десяток стареньких «АК» и винтовок, оставив город старцам, Пловцов повел группу к хранилищу. Беглец, так и не успевший отдохнуть за это время, двигался, как мог, быстро, но его бег вряд ли был быстрее скорости человека, идущего обычным шагом.

– Несите его по очереди, что ли! – Пловцов раздосадованно посмотрел на солнце. В дороге они были около часа, а горожанин все твердил: «Скоро, уже скоро…»

Вскоре штурман понял, что мужчина просто заблудился. Как только они оказались на местности, где начиналась «зеленка», и рельеф стал сильно пересеченным, группа остановилась.

– Где-то здесь, – бормотал мужик. – Это где-то здесь…

– Что здесь? Говори точнее!

– Здесь вход под землю! Я выбрался из коридора, и дверь закрылась, а когда оглянулся, не увидел ее! Да и до этого ли мне было! Но это точно – здесь!

– Господин поручик!

Пловцов никак не мог привыкнуть к этому обращению. Он спустился в овраг, откуда подал голос один из его группы.

– Смотрите! – мужчина бросил ему в руки автоматный магазин.

Сергей быстро осмотрел его. Внизу, у стальной пластины, удерживающей пружину магазина, белой краской были написаны две буквы: «РВ». Разведвзвод. Так обозначались автоматные и пулеметные магазины подразделения Стольникова. Это было подтверждение слов горожанина о том, что вход рядом. Если бы Алхоев собирался брать в плен не одного человека, а целую группу, он сделал бы это рядом со входом в свои владения. Нет нужды долго вести людей по равнине или через «зеленку».

– Осматривайте каждый куст, проверяйте каждый бугор!

Вскоре вход был найден. Один из мужчин заметил утоптанный пятачок земли, трава на нем полегла и пожухла. Вскоре Пловцов заметил и саму дверь. Располагалась она под углом сорок пять градусов, поэтому невозможно было ее называть ни дверью, ни люком. Скорее – лаз.

Но едва Сергей скинул жилет, чтобы приладить гранату ко шву между дверью и стальному блоку, к которому она крепилась петлями, внутри раздался неясный шум и лязг металла.

– Назад! – прокричал, откатываясь и поднимая автомат, штурман.

Несколько толчков понадобилось, чтобы тяжелый люк, качнувшись, отлетел в сторону.

– Не стрелять! – проорал старший лейтенант, видя, как из проема двери появляется покрытое сажей и потом лицо Стольникова.