Выстрел ценой в битву - Александр Тамоников

– Шестьдесят пять километров южнее Аузура.

Затем позвонил в миссию и на всякий случай поинтересовался, не вернулась ли машина с медиками из селения Нуару.

– Нет, – ответил дежурный врач. И уточнил: – Еще рано, мы ждем их не ранее восьми вечера.

Оставалась надежда на ложное срабатывание. Мало ли… Майор Гришин не дружил с техникой и по своим наклонностям был скорее гуманитарием – любил хорошие книги и фильмы, разбирался в классической музыке, неплохо пел и знал множество стихов.

– И все же лучше перестраховаться, чем бездействовать, – решил Матвеев, поднимаясь в кабинет посла. Постучав, он приоткрыл дверь: – Евгений Павлович, разрешите?

– Да, Игорь Сергеевич, заходите…

Евгений Павлович Карабанов работал послом Российской Федерации в Кенберуне четвертый год. Ему было под пятьдесят, за плечами накопился огромный опыт дипломатической службы в различных странах Африки, Азии и Ближнего Востока. Мужиком он слыл умным, характер имел выдержанный.

Изложив суть дела, капитан развел руками:

– Надо что-то предпринимать.

– Говорите, должны приехать в восемь вечера?

– Да, как уверил дежурный врач миссии – не раньше восьми.

– Та-ак… – Посол постучал авторучкой по лакированной столешнице. – Вы не в курсе, зачем туда понесло Гришина?

– Нет. Могу сказать лишь следующее. Не так давно он уже ездил с миссией в окрестности селения Нуару. Это первое. И второе: сегодняшняя поездка состоялась сразу после получения Гришиным шифровки из Москвы. Полагаю, он выполнял там какое-то срочное задание.

– Хорошо, Игорь Сергеевич. Спасибо за своевременный сигнал. Пожалуйста, держите на контроле это дело и сообщайте все новости. А я со своей стороны приму меры.

– Понял, Евгений Павлович…

Дождавшись восьми вечера, Карабанов сам вызвал Матвеева.

– Новости есть? – спросил он.

– Увы. Бригада врачей по-прежнему не вернулась.

– Никаких сигналов не поступало?

– Нет, Евгений Павлович.

– Если что-нибудь узнаете, Игорь Сергеевич, то немедленно известите.

– Разумеется.

Когда за начальником охраны закрылась дверь, посол поднял телефонную трубку и связался с Министерством иностранных дел Кенберуна. Ответил помощник министра.

Карабанов подробно описал проблему и настоятельно попросил оказать помощь.

– Прошу это сделать как можно скорее – до наступления темноты.

– Простите, а какую именно помощь вы имеете в виду? – поинтересовался помощник.

– Что значит какую?! Во-первых, в ваших силах отправить в район Нуару несколько подразделений национальной гвардии. Во-вторых, пока остался запас светлого времени, можно снарядить для поисков вертолет или самолет.

– Хорошо, как только министр освободится, я доложу ему о вашей проблеме.

– А где он и чем занят?

– Он делает доклад на заседании кабинета министров.

– Так поздно? – удивился посол.

– Да, сегодня премьер должен утвердить бюджет на второе полугодие…

Помощник оказался разговорчивым и сообщил еще несколько подробностей из предстоящего распорядка министра, но Карабанов перебил его:

– Прошу вас немедленно сообщить о чрезвычайной ситуации, ибо речь идет о жизни нескольких граждан Российской Федерации.

В свою очередь Матвеев, убедившись, что Гришин с бригадой врачей к назначенному сроку не вернулся, доложил о чрезвычайном происшествии в Москву своему непосредственному шефу – генерал-майору Полякову. Детально изложив суть дела, капитан предложил:

– Я могу с парочкой надежных людей самостоятельно провести разведку в районе селения. Они ведь были на машине, а она не иголка – даже в джунглях можно найти.

Расспросив о подробностях, Поляков распорядился:

– Никакой самодеятельности. Ждать в посольстве моего решения.

Примерно в это же время состоялся еще один телефонный разговор. Сейфул Абдалкадир докладывал о происшествии в районе модуля в Атланту.

– Они точно русские? – недовольно переспросил Тейлор, когда африканский партнер закончил рассказ.

– Да, сэр. Мой помощник проверил документы.

– Зачем твои люди взяли русских?!

– Но они вышли на модуль. И не просто вышли, а вели наблюдение с помощью бинокля. Это во-первых.

– А что во-вторых?

– Во-вторых, я краем уха слышал, что один из пленников работает секретарем российского посольства и связан с русскими спецслужбами.

– Слышат краем уха! Видят краем глаза! А потом додумывают остатком мозга! Ты уверен в этой информации или нет?

– Уверен.

– Этого нам еще не хватало!..

– Босс, у меня есть предложение.

– Выкладывай.

– Пленных русских можно использовать для последующих опытов. А модуль я могу перебросить в другое место. В джунглях полно глухих уголков, где не ступала нога человека.

– Сколько это займет времени?

– Дня три-четыре. Это зависит от того, насколько далеко мы задумаем его перенести.

– Нет, этот вариант меня не устраивает.

– Почему? – удивился Абдалкадир.

– Я не располагаю такими сроками. Мы и так опаздываем с изготовлением… Ну, ты понял.

– Да, сэр.

Подумав несколько секунд, Тейлор распорядился:

– Поступим следующим образом. Вокруг модуля провести дополнительные маскировочные работы, чтобы объект не был виден ни с суши, ни с воздуха. Всю технику убрать в лес и усилить охрану. С этим ясно?

– Ясно, сэр.

– А нашим общим знакомым передай, чтобы ускорили работы по доведению препарата до состояния массового применения.

– Понял. А что прикажете делать с русскими?

– Опытам пока не подвергать, держать под охраной до отдельного распоряжения. Еще вопросы есть?

– Нет, сэр.

– До связи…

* * *

В модуле работа не прекращалась ни на один день. Даже когда охране была объявлена тревога и неподалеку прогремели выстрелы, бригада отвлеклась от дел лишь на полчаса. Поглазев в окна на захваченных пленников, Мартинес распорядился вернуться к работе.

Испытания проходили в третьем режиме. К вирусу «Грион» был добавлен вирус «Ота», полученный доктором в своей лаборатории годом раньше. Двадцатого июля смертоносный коктейль подмешали в питьевую воду, которой поили охотника Афри и его жену Рамлу. Вскоре заражение должно было вызвать тяжелейшую лихорадку с поражением мозга и нервной системы.