Истребитель майданов - Александр Тамоников

Перед телекамерой Бородинский чувствовал себя в своей тарелке, в естественной среде. То, что он бессовестно лгал, не имело никакого значения. Он всегда это делал и был разочарован, когда девушка-корреспондент поблагодарила его и пошла к семье одного из погибших. Бывший мэр только разошелся.

Но ему уже подсунули другой микрофон, и Бородинский мгновенно принял прежний вид яростного борца за справедливость. Никому и в голову не могло прийти, что убийства молодых людей у клуба «Юпитер» планировались именно этим народным трибуном.

К Бородинскому вернулось воодушевление. Он клеймил власть, обвинял ее во всех смертных грехах, напрочь забыв о том, как сам беззастенчиво разворовывал бюджет города.

Ремешко, занимавший позицию на крыше кинотеатра «Заря», уже начал терять терпение.

– Пустили козла в огород! – проворчал он. – Когда же ты заткнешься-то в конце концов?

Бородинский замолчал, когда из здания к митингующим вышел начальник отдела по общественным связям и пресс-секретарь губернатора Кривов.

Он прошагал за кордон полиции, поднял руку.

– Граждане! Прошу внимания. – Кривов начал говорить.

Бородинский же углубился в толпу, достал сотовый телефон и вызвал Таева.

– Руслан, пошли человека к месту митинга. Как начнется фейерверк, он подаст сигнал для начала вашей работы. У тебя не больше пяти минут.

– Понял, Владимир Константинович!

Таев послал на улицу Независимости Родиона Толкача, проинструктировав его и обозначив, где тот должен вновь присоединиться к группе.

Кривов продолжал успокаивать волнующихся людей. Он принес соболезнования родным и близким погибших, обещал, что дело по факту убийств у ночного клуба будет обязательно доведено до конца. Виновные получат по заслугам. Этот вопрос на контроле не только у губернатора области, но и у министра внутренних дел.

Как только оратор упомянул губернатора, молодежь в толпе под диктовку Бородинского закричала:

– Давай его сюда!

– Кошелева к нам!

– Где этот правитель? К людям его!

Кривов через мегафон ответил:

– Граждане, ваши требования, к сожалению, невыполнимы. Губернатора нет в городе, его срочно вызвали в Москву. Но перед отъездом он заявил, что обязательно встретится с семьями погибших, представителями общественных организаций и СМИ. В правительстве сейчас рассматривается вопрос о компенсациях семьям погибших и раненых. Прошу вас разойтись. Ваш гнев вполне понятен, но людей не вернешь. Не надо устраивать беспорядки. Мы все вместе во всем разберемся. Немного терпения. Завтра похороны, в области объявлен день траура. Давайте проводим в последний путь погибших, а потом цивилизованно, без нарушения закона, истерии и манифестаций начнем совместную конструктивную работу. Обещаю, что двери правительства, администрации города будут открыты для всех, кто заинтересован в справедливом разрешении ситуации.

Его освистали, но степень накала толпы немного снизилась.

Бородинского это совершенно не устраивало.

Он поднял телефон к щеке.

– Леонид?

– Да?! – ответил Ремешко.

– Вы готовы?

– Мы уже задолбались ждать, пока вы вешали лапшу на уши народу.

– Я бы попросил вас не хамить!

– Ладно. Когда?

– Начинайте!

– Отлично. Прощайте, господин Бородинский!

Ремешко переключился на Варенина, держа бывшего мэра в прицеле.

– Дима! Пять, четыре, три, два, один, огонь!