Свободный охотник - Виктор Степанычев

Ночью после первого тренинга с Эмили на Станислава накатила не то чтобы тоска – какое-то неясное томление. Он вспомнил, как познакомился с Анной, дочкой генерала Анчара, человека, по чьей воле Гордеев оказался в «Синдикате». Стас думал, что уже навсегда вычеркнул девушку из памяти и из своей жизни, но оказалось, что это не совсем так.

В общем-то, было понятно, почему Гордеев припомнил тот памятный вечер в Одинцове у придорожного кафе, когда он вступился за Анну, дравшуюся с тремя крепкими парнями, пытавшимися посадить ее в джип. Они, кстати, оказались телохрани-телями, приставленными папой к вздорной девице. Схватка с лжесупругой всколыхнула сознание, восстановив картину знакомства Гора с дочкой генерала. Владение приемами карате и ведение боя Анной, конечно, значительно отличалось от отточенного мастерства Эмили. Хотя девушка работала жестко и в полном контакте, она вела бой, чтобы взять верх над противником, победить, но не уничтожить. А вот «миссис Колридж» дралась так, как будто от этого зависела ее жизнь. Или она должна умереть, или соперник. По крайней мере, Гордееву так показалось…

Станислав мог лишь догадываться, что стоит за подобным поведением Эмили. И вряд ли это была врожденная жестокость.

Без сомнения, женщина пережила нечто страшное, борясь за то, чтобы выжить, и победила. Но, вероятно, после всего, что выпало на ее долю, она потеряла женскую сущность, основу из основ существования мира: дарить жизнь и сохранять ее, но никак не уничтожать. Это были лишь догадки Станислава, но он чувствовал, что прав.

До сих пор Гордеев не мог понять, знала ли Анна Анчар о замыслах своего отца по отношению к нему. Одни факты говорили, что она выполняла его волю и была приманкой для отставного капитана. Трудно поверить, что их первая встреча была случайной. Но он помнил и ее бледное растерянное лицо, и слова «Это какой-то бред. Я ничего не понимаю!» возле кабинета генерала, когда девушка узнала, что Стаса обвинили в убийстве охранника ночного клуба. А несколькими часами ранее она призналась в любви к Станиславу…

Но все это имело место в прошлой жизни, в которую Гордееву уже не вернуться. И томление его происходило не от тоски по Анне, а от странного чувства, что мимо него прошло нечто очень важное, связанное с этой девушкой. И всколыхнуло память именно единоборство с Эмили.

Но что он упустил? Станислав ломал голову, уставясь в темный потолок. Рядом, тихо посапывая, лежала утомленная «супруга». Гордеев попытался строить логические цепочки, но они обрывались, едва начав складываться.

«Схватка его с Эмили – драка Анны со своими телохранителями: обе довольно хорошо владеют карате… О чем это говорит? Да ни о чем! Хорошо, попробуем подойти с другой стороны. Первое действо происходило поздним вечером в Одинцове у придорожного булдыря, гавани ночных алкашей; второе – на роскошной вилле в Испании на берегу Средиземного моря… Тут уж точно никакой связи не найти. Что еще можно построить? Анна в тот вечер отбивалась от трех телохранителей – Стас вмешался в драку; Эмили работала с ним один на один, никто им не мешал… Ни малейшего намека на логическую связь. Но что же сидит занозой в мозгах и не дает уснуть? Что он упустил и не может вспомнить? А если подойти с другой стороны. Обе женщины, женщины… Ну, это вообще дурь, а не логика…»

Станислав не помнил, как уснул в ту ночь, так и не наведя порядка в мыслях и чувствах. А потом была еще ночь, и еще, и размышления до головной боли. И они не принесли успокоения мятущейся душе.

Горан явился, как всегда, неожиданно, как тот чертик из табакерки, и опять рано утром. Правда, на этот раз он не застал Эмили и Станислава спящими. Они уже позавтракали и садились в машину, собираясь поехать на пляж, когда кто-то громко постучал в калитку.

– Кого это принесло? – удивился Гордеев. – Сеньора Долорес должна прийти убираться завтра. Хотя это мужчина.

– Похоже, наш отдых подошел к концу, – безмятежно сообщила Эмили, разглядывая видневшиеся в щели под калиткой ноги в светлых туфлях.

«Миссис Колридж» оказалась права на сто процентов. На этот раз Горан не стал отсылать ее готовить кофе, чтобы поговорить со Станиславом, хотя от чашки горячего напитка не отказался.

– Загорели, голубки, отдохнули, – восхищенно констатировал Горан, внимательно оглядев Эмили и Стаса. – Смотритесь замечательно! Вас бы на обложку глянцевого журнала.

– И после этого – жди в гости Интерпол, – мрачно заметил Станислав.

– Потому мы и отличаемся скромностью, – согласился Горан. – И на отдых мы, как правило, много времени не тратим. Праздные дни скоро заканчиваются, и наступают серые будни. Ну что, господа Колридж, готовы вы заняться делом?

– А у нас есть выбор? – усмехнулся Гордеев. – И почему «вы»? Я буду работать не один? Разве я не свободный охотник?

– У каждой охоты есть свои правила, – строго сказал, как отрезал, Горан. – А у каждого правила есть исключения. Вам все ясно, мистер Колридж?

– Немного сложно, но в целом понятно, мистер Смит, – уже без улыбки сказал Стас, припомнив, как представился Горан в прошлую их встречу. – Будем работать в паре с Эмили.

– Задание серьезное, мы готовили его почти месяц, – уже более спокойно доложил Горан. – О провале его речи идти не может. Заказчик поставил нас в жесткие рамки – временные и исполнительские. Правда, и сумма оплаты за услуги «Синдиката» велика. А теперь о деле.