Смерть в двух экземплярах - Александр Шувалов

Крики, характерные хлопки и, наконец, просто звуки выстрелов. Кто-то из участников всего этого веселья пожалел денег на глушитель. Все быстро началось и еще быстрее закончилось.

Я встал с пола и посмотрел на часы. В полицию наверняка уже позвонили, настало время делать ноги. В дверь постучали, я отошел в глубь комнаты и остановился возле диванчика.

– Кто там?

– Это друг, не надо стрелять! – Если честно, я не очень-то и удивился.

– Я сейчас немного занят, дружище, не могли бы вы зайти через полчаса?

Кто-то снаружи принялся возиться с замком и довольно-таки быстро с ним справился. Дверь отворилась…

– Не поверите, я очень рад, что вы живы, – воскликнул я.

– Верю. – Господин Лю собственной персоной, с пистолетом в левой руке. Посмотрел на него и отбросил в сторону. – Извините за тот карнавал.

– Если честно, я ожидал чего-то подобного.

– Серьезно? А мы так старались. – По-моему, он даже слегка расстроился. – Впрочем, об этом мы еще поговорим. Теперь к делу, где изделие?

– В сумке, сумка в коридоре, – честно, как на духу, ответил я. – По крайней мере, была там три минуты назад.

– В ней какие-то ржавые железки. – Он вошел и аккуратно прикрыл за собой дверь. – Вам лучше честно ответить на мой вопрос.

– Если не ошибаюсь, вы не собирались мешать моим поискам.

– Я и не мешал.

– А потом вы сказали, что не будете встревать в это дело. Пусть, дескать, правительства договариваются.

– Серьезно? – улыбнулся он. – Я это говорил?

– Что-то в этом роде.

– Значит, это было до выстрела. Потом, как вы знаете, меня убили.

– А сейчас вы, значит, воскресли?

– Совершенно верно, и я совсем не помню, что там наболтал в прошлой жизни.

– Вы что-то говорили о сотрудничестве.

– Неужели? Полностью с этим согласен. Пусть наши правительства договариваются о судьбе изделия, но, – подмигнул он мне, – лучше, если оно пока будет находиться в Китае. Так надежнее.

– Думаете?

– Уверен. – Он посмотрел на часы: – Через пять минут здесь будет полиция. Повторяю вопрос, где изделие?

– Здесь его нет.

– Тогда вам придется пойти со мной.

– Сожалею, мой друг, но у меня совершенно другие планы на эту ночь.

Он сделал пару мелких шагов вперед, я, в свою очередь, отступил на два шага в глубь комнаты и оказался между стеной и диваном.

– Не хотелось бы калечить вас, – остановился Лю. – Вам же доводилось видеть, что я способен сделать голыми руками.

Да уж, доводилось. В драке с этим монстром мне не продержаться и минуты.

– Вы по-прежнему не носите при себе оружия? – невинно спросил он и принял стойку: развернулся левым боком ко мне и поднял крошечные, но смертоносные кулачки на уровень груди.

– Не ношу, – вздохнул я. Подошел к дивану и взялся за спинку.

– Тогда я взываю к вашему благоразумию. – Лю сделал еще три шага и вдруг остановился: – А вот этого я, признаться, не ожидал.

Я передернул затвор и навел пистолет ему в грудь, любезно пояснив:

– Нашел за диваном. Совершенно случайно.

Он сделал еще шажок вперед.

– Не надо, – тихо сказал я. – Видел, что вы можете сделать голыми руками, а вы наблюдали, как я умею стрелять. Предлагаю боевую ничью.

– Вы поступили очень по-китайски, браво! – Лю развернулся и пошел к выходу. – Уверен, это не последняя наша встреча, – бросил он и аккуратно закрыл за собой дверь.

Я поднял сиденье дивана и извлек моток троса и сумку. Подбежал к балконной двери и открыл ее. Глянул на подъезжающие полицейские машины, целых три, плюс микроавтобус со спецназом, привязал конец троса к перилам, перебросил сумку через плечо, потом заскочил в туалет, открыл выходящее во двор окно, нацепил на руки перчатки и начал спуск, вернее, замедленное падение.

Как известно, для убегающего высоких заборов не бывает. Я приземлился в переулке, почистил брюки и не торопясь двинулся в сторону моего авто. Хорошо, что у полицейских машин есть сирены, приближение которых я услышал раньше, чем меня заметили. Развернулся на сто восемьдесят градусов и перешел на галоп.

Темно-зеленый «Фиат» остановился, взвизгнув колесами, распахнулась задняя правая дверца.

– Быстро сюда! – крикнул водитель, и я, в два прыжка пробежав освещенный участок улицы, запрыгнул в салон. – Пристегнись, – скомандовал он, – будем отрываться.