Тактика выжженной земли - Лев Пучков

– А вам самой не стыдно? Шпионите тут, пакости мелкие строите… В засаде сидите – вон, в одежде спите!

– Да, такая старуха, а ведете себя прямо как какая-то газель! – поддержал успевший прийти в себя Вася, этакой скромненькой тенью просочившийся в вестибюль из администраторской.

Надо сказать, что Элеонора и в самом деле была одета. То есть факт – шпионила! Однако настроена она была скорее скептически, чем фискально: чистосердечное покаяние, вино, коробка конфет – и вопрос был решен…

Но простодушный Вася не совсем корректно упомянул про возрастной ценз, и госпожа Дзен-Дистурбова на несколько секунд превратилась в этакую заколдованную статую, пронизывающую мелкого мерзавца испепеляющим взором.

– А вы, наверное, не в курсе! – Вася догадался, что сказал нечто лишнее (а вот что именно – не догадался), и тут же попробовал исправить ситуацию: – Ну знаете, есть козел – газел по-импортному, а есть казель – газель по-ихнему же. Короче, козлячья самка. Ну, она скачет так резво, прыгает по горам, ж… своей трясет там – ну, блин, точь-в-точь как вы – гы-гы! Короче, прикольно у вас получается…

В общем, Элеонора от Васиных реверансов мгновенно пришла в бешенство, сообщила, что идет писать заяву в наше ведомство по поводу нашего же неспортивного поведения, и напористо уточнила, кто из нас троих старший.

Ростовский, смалодушничав, назвал меня (а де-факто старший группы он сам!). Элеонора отперла входные двери и резво поднялась наверх, дабы так же напористо высказать в мой адрес конструктивную критику.

Так… Может, не будем о грустном? Хотя чего уж там – я почти все рассказал, осталась концовка.

К тому моменту, когда Элеонора вломилась в номер, я успел снять все плафоны и отвинтил предохранительную панель у телевизора. Не баловства ради, прошу заметить, а исключительно на предмет проверки отсутствия «закладок»…

Короче, ей-богу, мне до сих пор стыдно! Если помните, при вселении госпожа Дзен-Дистурбова порекомендовала нам кое-что не делать – каждому индивидуально…

Наверное, вы уже догадались, что разговор получился не совсем теплый и дружественный. Я тоже смалодушничал (да просто неожиданно ворвалась – растерялся!), отказался от щедро делегированной мне привилегии старшего и поспешил заверить, что настоящий старший – цельный полковник на генеральской должности – будет сегодня не далее как в десять утра.

– Очень хорошо! – желчно обрадовалась Элеонора. – Я представлю ему подробный отчет о том, чем вы здесь занимались. Готовьтесь, молодые люди, у вас будет непростой день…

* * *

Без десяти десять к наши двум «девяткам» на стоянке под окнами пансионата присоединилась служебная «Волга» полковника Иванова. Без пяти я торжественно вручил коллегам ключ от сейфа в резервном номере, куда они сложили привезенную экипировку. А ровно в десять полковник и прибывшие с ним Женя Петрушин и Костя Воронцов сидели у нас в апартаментах, пили кофе и слушали незатейливое повествование о местечковых достопримечательностях и развлечениях.

Первой выступала Элеонора. Мы же рыцари, как не пропустить даму, особенно если она так настойчиво рвется пообщаться с начальством?

Полковник выслушал ее доклад с глубоким вниманием, сердечно поблагодарил докладчицу за бдительность и активную жизненную позицию, и, вручив Элеоноре фирменный бланк Бюро, попросил написать подробную объяснительную по обстоятельствам происшествия. А когда госпожа Дзен-Дистурбова уже собиралась покинуть номер и с чувством исполненного долга шагнула в коридор, полковник доброжелательно уточнил, что отдельно следует упомянуть, по чьей вине оказалась заперта входная дверь круглосуточно работающего заведения, в котором предусмотрен постоянный двусменный пост на обслуге (как у нас любят сейчас говорить – на ресепшен).

Элеонора застыла на месте и озадаченно нахмурилась.

– Нам рекомендовали этот пансионат как весьма респектабельное заведение, – пояснил Иванов. – Абы как и куда попало мы не ездим. Перед тем как заказать здесь номера, я тщательно изучил организацию сервиса в вашем заведении. И я никогда не поверю, что в таком замечательном пансионате один человек совмещает сразу три должности. Вы понимаете, о чем я?

Элеонора дважды отчетливо моргнула и открыла рот.

– А у них и продавщицы нету, – тихо «настучал» Вася, на всякий случай прячась за могучую спину Ростовского. – Она сама торгует!

– Ага! – Иванов скептически хмыкнул. – Надо же, с каждой минутой все интереснее…

– Я эти грязные намеки даже слушать не желаю! – Элеонора нервно дернула плечиком и окатила полковника ледяной волной неприязни. – Лучше сразу прямо говорите, что вы от меня хотите!

– Да господь с вами, голубушка, ничего я не хочу! – Иванов свойски подмигнул Элеоноре. – Просто будьте чуть-чуть более снисходительны к людским слабостям. И вот увидите: за доброту вашу воздастся вам сторицей!

– Аминь, – тихонько прошептал Вася из-за спины Ростовского.

– Хватит паясничать, – буркнул полковник, мгновенно утрачивая любезность. – Все, сударыня, я вас более не задерживаю. У вас и так дел невпроворот – за троих-то вкалывать!

Элеонора, слова лишнего не говоря, вышла и тихонько прикрыла за собой дверь.

– Здорово! – Вася одарил полковника восхищенным взглядом. – У меня, наверное, никогда вот так не получится. Даже когда буду такой же старый, как вы сейчас.

– Ничего здорового. Ты поменьше в форточки лазай, побольше головой думай – глядишь, и получится.

Вася закономерно покраснел, а мы с Ростовским дружно потупили взор. Ситуация, сами понимаете, вышла самая что ни на есть идиотская. Вроде бы люди взрослые, при деле… И, кажется, ничего такого не сотворили, а в итоге выходит, что нашкодили, как тот прыщавый гитлерюгенд. Ну очень несолидно получилось!

– Да вы не подумайте – это совершенно случайно вышло!

– Кто бы сомневался. – Иванов отхлебнул остывший кофе и недовольно поморщился. – Вопрос. Вы тут, помимо амуров и прочих сопутствующих экзерциций, еще что-нибудь делали? Если да, то самое время рассказать об этом. А то я уже начинаю потихоньку наливаться нехорошими чувствами.

Я доложил о результатах работы с «большим лицом». Вася вставил пару неуклюжих, но вполне уместных комментариев по загадочному объекту возле карьера. Затем я представил картинки и дал послушать все аудио, что удалось наскрести за сутки: в том числе и результаты голосовой идентификации.

Пока Иванов работал с материалами, я перемигнулся с Костей, на языке жестов поделился с Петрушиным впечатлениями о незаурядных кавалерских достоинствах Ростовского, и, обратив внимание на отсутствующий взгляд последнего, спохватился.

А что-то мы маленько промахнулись насчет формы подачи информации. Не подумали, не обсудили – в общем, упустили этот момент.

Иванов у нас, конечно, умница, блестящий стратег и мастер логического мышления. Ему не надо объяснять, почему получилась вот эта тупая несуразица, из-за которой троим взрослым мужикам приходится краснеть, как юным шалопаям. Он сам в мгновение ока просчитает ситуацию и все скрупулезно разложит по полочкам. Но! Как ни крути, вся эта глупая история приключилась из-за того, что Ростовский привел в гости даму. При любом раскладе он – главный виновник.