Джон да Иван – братья навек - Александр Тамоников

– О’кей. Мои будут менять твоих, твои – моих.

– Нет! Вот в этом случае наряд должен быть совместным. Один мой – наверху, один – внизу, то же самое по твоим.

– Зачем нам два часовых на базе?

– Для равновесия.

– По два, значит, по два, – усмехнулся Дак. – Составь график сам, я доведу его до подчиненных мне бойцов.

– Хорошо!

Ждать сеанса связи с бригадным генералом до 18.00 не пришлось: он вызвал командиров групп отряда «Марс» в 14.00, перед обедом. И вызвал по каналу «Ориона», о чем Тимохину тут же доложил старший лейтенант Колданов:

– Товарищ полковник, вас вызывает генерал Харсон! Он же просил присутствовать при разговоре полковника Дака.

– Вызови его по «Блику», – приказал Тимохин.

Через минуту Александр ответил Харсону. Дак находился рядом и имел возможность по второй трубке спутниковой системы «Орбита» участвовать в переговорах.

– «Орион»! На связи!

– Это «Марс».

– Да, «Марс»?

– Дак с тобой?

– Рядом.

– Доложи обстановку по базе и объектам в Шургуне.

Тимохин выполнил приказ, доложил обстановку. Дак подтвердил готовность «Ирбиса» к выполнению боевой задачи.

– У вас готов план штурма? – спросил Харсон.

– Так точно, – ответил Тимохин, – но полковник Дак имеет собственное мнение.

– Вы не смогли прийти к общему решению?

– В принципе, основные вопросы предстоящей операции «Опиум» согласованы, есть разногласия по методам решения боевой задачи.

– Дак, ты слышишь меня?

– Так точно, генерал!

– Что за разногласия возникли у тебя с русскими?

– Тимохин предлагает отработку Кайзабада, здесь я с ним согласен. Далее он планирует бесшумное снятие часовых, оборудование собственных постов прикрытия операции с одного перевала, тихий выход «Ориона» на рубежи штурма. Я же считаю это лишним.

– Как ты намерен действовать в районе Тари-Пули?

– Снять часовых, используя гранатометы, оставить прикрытие на двух перевалах и атаковать кишлак с двух направлений по ущелью, также с применением по главным объектам гранатометов.

Генерал Харсон помолчал, анализируя представленный ему доклад Дака. Затем ответил:

– О’кей! Русские знают, как работать в Афганистане, пусть действуют по своему плану; ты же, полковник, отрабатывай собственный вариант, если уверен, что он принесет успех. В обязательном порядке согласуйте взаимодействие в случае возникновения экстремальных ситуаций.

– Конечно, сэр!

– У вас еще сутки на подготовку операции. Используйте их в полной мере. Особенно по вопросам взаимодействия.

В разговор вступил Тимохин:

– Вы обозначили сутки на подготовку акции; следовательно, знаете, что операцию мы планируем провести в воскресенье, 15 августа?

– Естественно. Полковник Крымов поделился со мной полученной из российской Службы внешней разведки информацией по планам моджахедов.

– Ясно. Вопросов больше нет.

– Готовьтесь. Доклад о начале выдвижения на рубежи подготовки штурма в 00.10 15-го числа. Далее доклады о готовности к проведению операции и о результатах работы по наркозаводам. Сигнал к штурму отдает полковник Тимохин. У меня все. Связь до воскресенья поддерживаем по необходимости. Отбой.

Тимохин отключил трубку спутниковой системы. То же самое сделал командир американской группы спецназа «Ирбис».

– Ну вот, Харсон расставил все точки над «i», – улыбнулся Тимохин.

– До наступления темноты отдыхаем?

– Можешь потренировать людей на склонах нашего ущелья.

– Это лишнее. Мои парни сделают все, как надо.

– Тогда с меня – схема минных заграждений постов прикрытия Кайзабада. Обрати внимание на применение духами лазеров. Я составлю график дежурств и передам копию тебе. Совместное охранение начинаем с 18.00.

– О’кей, Алекс! Виски выпить не желаешь?

– Нет. После штурма выпью, сейчас и до отработки задачи – нет.

– Как хочешь, а я выпью. Надеюсь, Харсон об этом не узнает?

– Я не стукач, Джон, и не люблю стукачей, так что от меня бригадный генерал не узнает ничего лишнего. Смотри, чтобы ему кто-нибудь из твоих подчиненных не доложил.

– Мои будут молчать.

– Не следовало бы тебе расслабляться, Джон…

– Знаешь, Алекс, – вздохнул Дак, – я двадцать лет в спецназе, начинал сержантом, прошел и Азию, и Африку, и Латинскую Америку, и Югославию, дослужился до полковника. Это очень высокое звание в США. Я отдаю отчет своим действиям.

– Ну, если отдаешь отчет, то пей. А вот к Тари-Пули я все же на твоем месте ночью вышел бы лично.

– Давай, Алекс, договоримся: каждый из нас будет оставаться на своем месте.

– Считай, договорились.

Тимохин покинул штабной отсек. В коридоре почувствовал вибрацию радиостанции «Блик». Вибровызов мог использовать только агент внешней разведки. Александр передал сигнал отсрочки сеанса связи. И только поднявшись на поверхность земли, пройдя к реке, извлек станцию из чехла. Вызвал Реви:

– «Сержант»?

– На связи!

– Что у тебя?

– Караваны ушли из Шургунского ущелья. Гауни связывался с Кандагаром, просил прислать новых рабов, желательно побольше женщин и детей. Их обещали доставить через две недели. До понедельника Агаджи разрешил всем отдыхать.

– Охрану он не ослабил?

– Нет. Напротив, приказал начальникам караулов проводить более тщательный инструктаж.

– Твои «коллеги» по наркобизнесу не собираются на выходные покинуть кишлаки?

– Нет. Да это и не безопасно. У нас хватает врагов в Кабуле, а больше и ехать некуда.

– Гауни не насторожило то, что ты не желаешь поехать к семье?

– Нет.

– Мы договорились не выходить на связь. Лишь при передаче сигнала о готовности к штурму. Ты желаешь сообщить мне что-то еще?

– Если это действительно для тебя важно. У меня в доме двое охранников. Вы можете обойти дом. С охраной я разберусь сам.

– Жители кишлака могут вступить в бой против нас?

– Могут. Не все, но есть и такие, кто желает выслужиться перед хозяевами, тем более что оружие имеется в каждом доме. Они вступят в бой, но только тогда, когда поймут, что охрана и без них справляется с внезапно напавшим на кишлак противником. Афганцы смелы, но хитры. Ценой собственной жизни выслуживаться они не станут. Это я по Кайзабаду говорю. В Тари-Пули несколько иная ситуация. Халтани создал у местных что-то подобие ополчения. Эти мужчины обязаны защищать наркозавод вместе с охраной. Не знаю как, но эту информацию надо бы передать американцам.