Тени прошлого. Расплата - Александр Тамоников

— Понял. Удачи.

Получив сообщение работника, Хазани прошел за дувал, оттуда позвонил Табраю. Старик не спал с рассвета.

— Салам, Муштак.

— Салам, Амир. Как здоровье? Ноги прошли?

— Да, с помощью Аллаха. Как я понимаю, пришел твой десантник, не так ли?

— Да. Ты подойдешь?

— Буду где-то через полчаса.

— Можешь не завтракать. У нас Надия что-то необычное готовит.

— Хорошо. Она молодец. Была бы счастлива в браке.

— Жених ей нравится. Она не имеет ничего против свадьбы.

— Ты в свое время показал пример. Теперь на традиции в нашей семье особо не смотрят.

— Ну почему же?.. Извини, отец, на подходе Павар.

— Ты узнал его?

— Конечно.

— Хоп. Встречай.

Подошел Павар, поздоровался с Хазани.

Тот посмотрел на часы и заметил:

— Ты приехал даже чуть раньше.

— Пунктуальность сейчас, думаю, не так важна. Раньше — это не позже.

— Пройдем в дом?

— Пройдем.

— Дочь угостит тебя завтраком.

— Я понимаю, что отказываться нельзя, но перекусил перед дорогой. Меня жена без завтрака из дома не отпускает. Так что только чай.

— Пусть будет чай. В дукане сейчас кто? Дугани торгует?

— Ага, как же! Заставишь его. Я сына своего там посадил, Амина. Пусть сам привыкает, да и люди к нему присматриваются. Думаю, нас долго не будет в Кабуле.

— Смотря как сложится обстановка. Проходи.

Мужчины вошла во двор.

Надия, лепившая в тандыр тесто, тут же закрыла лицо платком.

Хозяин дома и гость сели на топчан.

Надия закончила с тестом и спросила:

— Подать завтрак, отец?

— Только чай, завтрак позже. Ты накорми Анвара и скажи ему, пусть идет в свою чайхану.

Девушка принесла клеенку, скатерть, расстелила их, поставила чайник, пиалы, пепельницу, сладости, положила пару горячих лепешек, кивнула отцу и удалилась.

— Дочь на выданье? — спросил Павар.

— Да. Весной свадьбу справим.

— Счастья ей.

— Спасибо. Но давай по делу. Я подобрал четверых бойцов. Это сыновья Табрая, человек из соседнего селения и свояк, как у нас говорят.

Павар улыбнулся и уточнил:

— Бойцов?..

— Именно, Бакир. С двумя я выходил на уничтожение американского патруля, третий много воевал с талибами. Четвертый ценен другим. Это Ахмад Рубай, муж двоюродной сестры моей жены.

— Чем же именно он ценен?

— Тем, что родом из Файзабада.

— Вот как? — воскликнул Павар.

— Вот так! Более того, отец у него был знатным охотником и брал с собой сына. Так что Ахмад знает местность у Файзабада, в том числе и кишлак Гаран, как свои пять пальцев. Ему известны тропы, о которых не ведает больше никто.

Павар кивнул.

— Да, это очень ценный боец. Значит, с тобой пять человек?

— Пять.

— У Файдара — племянник, Драга подтянул одного мужчину.

— Кто такой?

— Тахир Калояр, грузчик у оптового торговца Фарани.

— Почему этот Калояр решил пойти с нами?

— Есть причина. У него была семья. Жена, сын, дочь. Как только в страну вошли американцы, они, как ты помнишь, стали активно перекрывать все подходы к Кабулу. Сбросили с вертолета мины в районе селения Бади. Некоторые из них, в том числе противоднищевые, попали на грунтовку, что шла от селения. Минировали американцы ночью. Утром семья Калояра на машине родного брата его жены выехала из Кабула. Все они проведывали ее родных, живущих там, и попали на противоднищевую мину. В живых никто не остался.

Хазани тяжело вздохнул и проговорил:

— Опять американцы. Сколько же горя они принесли нам!

— Много. С того времени Калояр живет один и горит желанием отомстить.

— Я его хорошо понимаю. Значит, люди у нас есть?

— Да, группа небольшая, но вполне способная решить ту задачу, которую мы поставили перед собой. Мне надо бы посмотреть на твоих бойцов.

— Я знал, что ты этого захочешь. Они подойдут. — Хазани посмотрел на часы. — Да, будут минут через двадцать. Один может немного задержаться. Это тот, который из кишлака Баджи. Придет и мой тесть.

— Сам Амир Табрай?

— Да. Ты узнаешь от него много интересного, касающегося нашей операции. Ночью мы с тобой подберем оружие, необходимое нам. Схрон здесь, совсем недалеко. Он передан в полное мое распоряжение.

— Кем передан?

— Табраем. Это его оружие. Из схрона я брал те самые «Мухи», которыми мы с Бакаром и сожгли американские «хамви».

— Там даже одноразовые гранатометы есть?

— Там много чего есть. Точнее сказать, все, что нам потребуется.

— Не напрасно Драга настаивал на встрече с тобой. Словно чувствовал, что в тебе мы обретем и друга, и сильного союзника.

— Дугани — умный мужчина. Наверное, он был очень хорошим солдатом.

— Сержантом! Да, когда-то я посылал его на разведку самых сложных и тщательно охраняемых объектов. Он всегда справлялся с заданием. Мы проиграли всего один бой. Да и то по чистой случайности. У заброшенного селения Астар в Уджерском ущелье.

— Не вини себя. Ты сделал все, что только мог.

— Да, и в результате оказался здесь, а не в России. Сейчас я, конечно, с удовольствием посмотрел бы на родной город, на училище, но жить вернулся бы сюда. И не только потому, что у меня тут семья.

— Понимаю, я бы тоже вернулся, и не только потому, что здесь семья и могила внука.

Через калитку центральных ворот во двор вошел Табрай.

Хазани встал. Его примеру последовал и Павар.

Старик, опираясь на посох, подошел к ним.

— Бакир, позволь представить тебе моего тестя Амира Табрая, — сказал Муштак.

— Салам, почтеннейший господин Табрай. Я давно и много наслышан о вас. — Павар протянул старику руки.

Тот пожал их и сказал:

— Салам, Бакир. Муштак тоже много говорил мне о тебе и твоих товарищах. Не называй меня господином Табраем. Просто Амиром. Знаешь, когда ожидаешь перехода в мир иной, иногда хочется, чтобы люди обращались к тебе так же, как в молодости.

— Хорошо, Амир.

— Ну и славно. Наши еще не подошли?

— Уже должны. Но я пока ничего не слышал.