Тени прошлого. Расплата - Александр Тамоников

— Заезжай в мастерскую в восемь утра. Работники покажут, где я живу, подскажут, как пройти в усадьбу садами.

— Хорошо. Ты говорил, что мне надо будет задержаться?

— Да.

— Вечером я смогу вернуться домой?

— Нет. Ночью мы посмотрим схрон. Так что ты останешься у меня до утра.

— Понял. Значит, завтра в восемь утра в мастерской.

— Да.

— До встречи!

— До встречи, Бакир! — Хазани отключился и тут же позвонил работнику.

— Да, Муштак, — ответил Дауд.

— Вы еще на работе?

— Конечно. Время-то раннее, шести нет.

— Слушай меня внимательно. Завтра открой мастерскую в семь тридцать. В восемь к тебе подъедет клиент из Кабула. На какой машине, не знаю, это неважно. Он спросит меня. Ты загони его автомобиль как бы на ремонт, а человеку подскажи, как задворками пройти ко мне.

— Это чтобы вездесущий Зияк не видел?

— И он тоже.

— Хоп. Сделаю так, как ты сказал. Но откуда я узнаю, что это и есть тот самый человек, которого ты ждешь?

— Тебе и не надо узнавать. Это мое дело.

— Понял.

— Счастливо.

— И тебе тоже.

Хазани гулял по саду до наступления сумерек. Затем прошел в дом, поужинал, помолился, устроился в большой комнате. Анвар и Надия рано пошли спать.

Телефон хозяина дома провибрировал сигналом вызова в 21.40.

— Не спишь, Муштак? — спросил Табрай.

— Как я могу спать, отец, если с нетерпением ожидаю вестей от тебя?

— Все хорошо, Муштак. Гани согласился помочь вам, но конкретное взаимодействие он пожелал обсудить лично с тобой. Этого я в принципе и ожидал.

— Когда мы можем встретиться?

— Что у тебя по друзьям?

— Павар завтра в восемь утра будет в селении. День он проведет в моем доме, а ночью мы отправимся в схрон.

— Хорошо. Гани будет ждать нас в доме отца тоже в восемь, но вечера, в среду, десятого сентября.

— Отлично. Успеем и с Паваром, и с Гани.

— Вроде все.

— Да, спасибо, отец!

— Еще рано благодарить меня.

В шесть часов утра Хазани был уже на ногах. Его опередила дочь Надия, занимавшаяся приготовлением завтрака.

Муштак привел себя в порядок и прошел во двор. В тандыре потрескивали дрова, из него иногда появлялись языки пламени. Надия готовилась печь лепешки.

Он достал сотовый телефон, нашел в памяти нужный номер, набрал его. Послышались длинные гудки.

— Да, — ответил мужской голос.

— Салам, Рахим.

— Кто это?

— Муштак Хазани из Маргина.

— Муштак? Извини, не узнал. Салам, дорогой. Как твои дела?

— Мои нормально. Как у тебя?

— Да тоже все хорошо, слава Аллаху.

— Помнишь, у холмов ты сетовал, что я отвел тебе второстепенную роль, не дал принять непосредственное участие в нападении на патруль?

— Почему ты вспомнил об этом?

— Потому, что появилась новая работа.

— Ты решил отправить на небеса еще один патруль? — осведомился Рахим.

— Нет, дело гораздо сложнее. Я собираю людей, на которых мог бы положиться во всем.

— Ты правильно сделал, что позвонил мне. Я готов пойти с тобой куда угодно.

— Благодарю. Сможешь к девяти часам подъехать ко мне домой?

— Смогу. В девять буду. А много ли ты собрал людей?

— Пока это мои родственники Бакар, Салах и Ахмад Рубай.

— Это муж Ясман, племянницы Амира Табрая?

— Да. Но есть и другие люди.

— Это получается уже группа.

— Говорю же, дело гораздо сложнее и опаснее, нежели нападение на мобильный патруль.

— Так даже лучше. А то я без настоящего дела уже готов выть на луну. Все же я воин, а не чабан.

— Значит, будешь?

— Сказал же. Подъехать прямо к центральным воротам?

— Ты будешь на машине?

— Э-э, зачем машина? Конь куда надежнее. Он не подведет в самый неподходящий момент.

— Тогда подъезжай к винограднику, который за дувалом моего участка.

— Хоп, понял.

— До встречи. — Хазани отключил телефон.

В 7.25 в селение въехала черная «Мазда», остановилась возле ворот автомастерской. За рулем сидел Павар.

Дауд услышал шум двигателя, вышел из помещения.

Павар покинул салон, подал руку Дауду.

Тот пожал ее и спросил:

— Ты к Муштаку, уважаемый?

— Да. Он велел мне оставить машину здесь. Работник мастерской — судя по всему, это ты — должен показать мне, как задворками пройти к участку Хазани.

— Все верно. Я открою ворота. Ты загоняй машину и ставь ее на яму.

— Она не требует ремонта.

— А мы и не собираемся ее ремонтировать.

— Если только посмотреть подвеску, а то что-то снизу постукивает, когда я держу скорость от сорока до шестидесяти километров.

— Посмотрим. — Дауд открыл ворота.

Павар загнал машину в мастерскую.

Потом мужчины вышли на улицу.

Дауд показал визитеру на проулок между двух участков и заявил:

— Иди туда, перед виноградником налево и прямо до пятого участка. Он принадлежит Муштаку.

— Понял. Он предупреждал тебя, что машина может простоять в мастерской до завтрашнего утра?

— Ты не волнуйся. Как надо, так и будет.

— Хоп. Смотрю, ты не слишком разговорчив.

— Больше молчишь, меньше проблем.

— Верно мыслишь. Значит, прямо в проулок?

— Да. Пройди улицу побыстрее. Есть тут у нас один слишком глазастый шакал.

— В курсе. Спасибо, пошел. — Павар двинулся в проулок.

Работник достал сотовый телефон, набрал номер Хазани.

— Салам, Муштак!

— Салам, Дауд!

— Твой друг приехал, машина его в мастерской, сам пошел вдоль задних дувалов к твоему участку. Только что свернул на дорогу.

— Я понял тебя. Благодарю.

— Не за что, Муштак. Лишь бы это был тот самый человек, которого ты ждешь.

— Разберемся.

— Не позвонишь?

— Если это чужак, то ты услышишь кое-что и без телефона.