Антишулер - Сергей Самаров

«Москвич» стоял на прежнем месте. Но из подвального окошка не было видно людей — слишком низко. Жаль. Я с удовольствием посмотрел бы на них. Но и так сумею нагнать на парней страху. Я поднял пистолет, опустил предохранитель и дважды выстрелил в боковое стекло. С таким расчетом, чтобы пуля пробила и само стекло, и потолок.

К сожалению, эффектного звука я не услышал. Пули не разбили стекло, только оставили две дырки. Потолок, очевидно, продырявить удалось, но тоже без громкого звука. На какое-то мгновение я увидел водителя. Мне показалось, что это был тот же парень, которому Баринов отдавал ночью свой «дипломат» — низкорослый. Но машина тут же сорвалась с места и быстро скрылась из поля зрения.

Значит, это все-таки люди Рамазана.

Я отдавал себе отчет, что противостоять ему в одиночку я не смогу. Это только в кино супергерои в одиночестве воюют с серьезными уголовными авторитетами, пачками укладывают на больничные кровати или на «каталки» в морге их людей и в итоге побеждают. Я — совсем не супергерой. Я соответствующей подготовки и навыков не имею. Я могу только попугать иногда, как сейчас. Иногда дать кому-то несколько заслуженных пинков, как недавно. Но и это хорошо. По крайней мере это дает мне возможность хотя бы иногда почувствовать себя одиноким. Сейчас одиночество мне просто необходимо.

Машина укатила.

Вот теперь, наверное, можно и выходить. Но — соблюдая осторожность. Кто может точно сказать, что у дверей подъезда меня не дожидается некто, готовый стрелять более эффективно, чем только что стрелял я. И потому, спрятав пистолет, я прошел через весь подвал, вскрыл дверь в крайний подъезд и вышел там, где меня никто ждать не мог. После полумрака подвала пришлось зажмуриться от отражающего свет грязного снега. И только после этого осмотреться. Никого.

Теперь можно и на тренировку отправляться без опасений, что за мной кто-то увяжется…

* * *

Следующие несколько часов прошли совершенно спокойно, если не считать неимоверного количества замечаний, сделанных мне тренером.

— Что с тобой сегодня? — спрашивал он. — Ты словно со всеми сразу драться готов. И всем вызов бросаешь. Угомонись…

И это в то время, когда я сам чувствовал себя по-настоящему спокойным и мудрым человеком, занимающимся восточными единоборствами. Очевидно, внутреннее возбуждение лезло из меня вопреки моему желанию, и со стороны это было весьма заметно.

— Садись в угол и подыши пять минут… — в конце концов, сенсей[10]не выдержал моего рвения.

Вообще-то это всегда считалось успокаивающим наказанием. Следовало сесть на колени лицом в угол, чтобы никого не видеть, и выполнять дыхательные упражнения. На десять биений сердца вдох, на десять — пауза, на десять — выдох, на следующие десять — снова пауза. Потом новый цикл. И так пять минут. Сначала от такого способа дыхания начинает кружиться голова. Но головокружение быстро проходит, и очищаются сначала легкие, а потом и мысли. Это, похоже, действительно помогло мне. По крайней мере с тренировки я вышел спокойным и уверенным в себе. А перед работой уверенность в себе необходима. Бывают ситуации, что приходится только за счет спокойствия и вылезать из передряг. А самое главное, успокоившись, я почувствовал, что и как мне следует делать. Не отсиживаться и не прятаться в своей норе, как я делал весь день. Нужно действовать, и действовать энергично.

В первую очередь, естественно, мне следовало обмануть директора. Общаться с ним нужно было по-доброму. Пусть думает, что я еду в отпуск. Даже посоветуюсь с ним — куда податься? А потом и сообщу, что купил билет на поезд. Это уведет преследователей совсем в другую сторону. И, конечно же, нельзя показывать, что я его подозреваю, хотя очень чешется пятка, которой хочется угодить Вячеславу Анатольевичу прямо в кончик носа. С носом всмятку он выглядел бы весьма интересно. И голос бы у него после такого удара из бабьего превратился в гундосый. Это несколько лучше. По крайней мере звучит приятнее.

А потом необходимо будет на время в самом деле уехать. Только я еще не решил, куда именно. Впрочем, решить это никогда не поздно. Даже на вокзале или в аэропорту.

С этими мыслями я добрался до дома. Зашел тем же путем, которым выходил — через крайний подъезд, подвал, и пешком по лестнице. Машины во дворе я не увидел. Не увидел и посторонних людей. Перед дверью квартиры три минуты прислушивался. С замком провозился непростительно долго, стараясь открыть дверь совершенно бесшумно. Это почти удалось. Но через порог я все же переступил, подняв ствол пистолета.

Никого. Даже неприятно стало. Когда ждешь чего-то, а это откладывается, всегда становится слегка не по себе. Лучше уж сразу бы разобраться.

До работы оставалось еще время, и я подумал о том, что делать с квартирой. Оставлять ее без присмотра, отправляясь неизвестно куда и неизвестно насколько — как-то не хочется. Выход нашелся сам собой. Попалась на глаза рекламная газетка. Открыл частные объявления. Раздел «Сниму квартиру». Посмотрел и сел за телефон, оставив пистолет под рукой.

С третьего звонка я нашел то, что искал. Клиент согласился заплатить за год вперед, с условием, что снимает квартиру на два года. Договорились, что он придет завтра в два часа дня. Как раз успею к этому времени выспаться.

Я посмотрел на часы. Еще оставалось время обеспечить себе безопасный сон после работы. Я забрался в ящик с инструментами, где уже много лет валяется дверная задвижка. Нашел и прикрутил ее на деревянную обшивку двери.

Я переоделся в вечерний костюм. Работа требовала от меня аккуратности в одежде. Того же, кстати, всегда требовала от меня и покойная мама, так что аккуратность никак не шла вразрез с моим воспитанием. Не слишком удобно, конечно, будет ходить по казино с пистолетом за спиной, но не оставлять же его в квартире, в которую без меня могут войти. Больше проблем возникло с деньгами. Были бы одни «сотенные», не было бы вопросов. А с такой стопкой таскаться по казино не будешь. И из карманов банкноты торчать будут.

Я опять воспользовался поясной сумкой. Вышел из квартиры и двинулся привычным уже кружным путем. Нашел в подвале достаточно темное и укромное место. Спрятал сумку там. Случайно на нее никто не наткнется. Если только специально будут искать. Но это может произойти только в том случае, если я кому-то это посоветую.

Вот теперь порядок. Теперь можно смело встречаться с Вячеславом Анатольевичем и врать ему, что на ум придет. А когда я вру — мне всегда верят. Это уже стало доброй традицией…