Жалостью к врагам не страдаем - Александр Тамоников

Проснулись эмиссары Абадзе в 7.00.

Щербин готовил на кухне завтрак. Бандиты умылись, оделись. После завтрака хозяин дома принес зачехленную винтовку и целлофановый пакет.

– Вот! Здесь «СВД», прицел, два магазина патронов и аэрозоль. Для чего вам все это, не спрашиваю. Не мое дело. Тимур приказал передать оружие и спецсредства, я передаю. Проверил уровень топлива в баке. Надо дозаправиться. И сделать это в поселке. По дороге к Хаба-Юрту заправки больше нет.

Гарнус спросил:

– И куда она делась?

Щербин безразлично ответил:

– На воздух взлетела. Как-то ночью… Конкуренты давят друг друга. У нас это делается быстро и просто.

– Это везде делается быстро и просто! Где в поселке заправка?

– У автовокзала. На территории бывшей автобазы. Базы нет, заправка осталась. Бензин, правда, заливают дерьмовый, но ничего, для вашей телеги сойдет.

Зайнулло поднялся, помолился. Приказал:

– Артур! Неси винтовку и спецсредства в машину. Выгоняй ее во двор. Щербатый! Проверь обстановку на улице. Я свяжусь с боссом.

Бандиты вышли из дома. Зайнулло прошел в гостевую комнату, открыл сумку, достал из нее объемистый кейс, из чемодана извлек трубку с коротким толстым стержнем-антенной. Включил систему, набрал номер. Абадзе ответил не сразу. Пришлось ждать.

– Ассолом, Хамид! Рано звонишь!

– Извини, босс, если разбудил. Ассолом аллейкум!

– Ладно! Ты выезжаешь в Хаба-Юрт?

– Да.

– Оружие и аэрозоль Щербатый вам передал?

– Передал. Но вел себя плохо.

– Что значит плохо?

– Вчера встретил нас пьяным, сегодня с утра тоже выпил, запах ощущается на расстоянии. Раньше этого не было. Грубил. Мне кажется, он, как и Керим, стал нежелательным свидетелем.

– Предлагаешь убрать и его?

– На твое усмотрение, босс!

– Я подумаю. Поговорю с Щербатым.

– Я все понял, босс. Мы выезжаем в Хаба-Юрт.

– Счастливого пути и да хранит вас Всевышний.

Зайнулло отключил систему, уложил в кейс, сунул его в сумку. С ней вышел во двор. Ворота были открыты, внедорожник стоял во дворе. Из-за перекосившейся створки показался Щербин. Показал большой палец правой руки.

– Все в порядке. Можете ехать!

Помощник Абадзе кивнул.

– Хоп, Алексей! До встречи. И мой тебе совет, не пей больше. Водка губит человека.

Щербин усмехнулся:

– Водка губит, а анаша нет?

– И анаша губит!

– То-то вы без косяка и дня прожить не можете.

Зайнулло, раздраженно хмыкнув, сел на переднее пассажирское место, приказал Гарнусу:

– Поехали!

– Едем через заправку. Щербатый прав, бензина до Хаба-Юрта не хватит.

– А ты не знал об этом?

– Машина старая, прибор не работает. Да и движок жрет две нормы.

– Ладно! Давай на заправку. Без бензина этот мул не повезет.

– Да уж! Дагестанцы могли бы и другую тачку дать…

– Сейчас об этом говорить бессмысленно.

– Тоже верно.

Гарнус направил внедорожник к автовокзалу.

В 8.20 «Форд» выехал на дорогу к Хаба-Юрту. На дорогу, где не было ни постов ГИБДД, ни посторонних машин. Жители Джербета перестали ездить в горы, хотя раньше именно там предпочитали отдыхать. Впрочем, это было раньше, недавно и в то же время так давно, в навсегда исчезнувшем мирном прошлом.

Внедорожник, пройдя 109 километров, остановился за последним поворотом, от которого до селения оставалось метров восемьсот, напротив небольшой, покрытой кустарниковой растительностью высоты. Гарнус вышел из машины, достал из багажника зачехленную винтовку и пакет, предварительно надев перчатки. Посмотрел на Зайнулло.

Тот кивнул:

– Иди, Артур! На все у тебя не более двадцати минут.

Гарнус управился раньше, спрятав винтовку и пакет со спецпрепаратом на самой вершине, под камнем.

В 9.47 запыленная машина въехала в Хаба-Юрт. Остановилась у дома Керима Асанова.

Появление «Форда» зафиксировал капитан Дрозденко, осуществлявший наблюдение за дорогой от Джербета. Увидев внедорожник, он тут же по радиостанции малого радиуса действия вызвал командира группы «Мираж»:

– Первый! Ответь Третьему!

– Первый на связи! – ответил Соловьев.

Капитан доложил:

– В сектор наблюдения вошел внедорожник «Форд». В нем ориентировочно два человека. Пассажир похож по описанию на Хамида Зайнулло.

– Принял! Продолжаем контакт.

– Внедорожник снижает скорость. Остановился перед поворотом. Сейчас он из аула не виден.

– Интересно!

Дрозденко продолжал комментировать действия боевиков:

– Водитель вышел из машины, открыл багажник. Так, похоже, достал ружье или винтовку, точнее сказать не могу, оружие в чехле. Впрочем, это может быть и не оружие, а тренога мощной видеокамеры. Взял пакет, перебежал через дорогу. Поднимается по склону высоты.

– Еще интересней! – произнес подполковник Соловьев. – И что потребовалось господину Гарнусу на высоте?

– Черт его знает, он уже на вершине. Так, пошел вниз. Идет осторожно, пригибаясь, маскируясь кустарником. Перебежал дорогу, сел в автомобиль. «Форд» тронулся, вышел из сектора наблюдения.

– Понял тебя, Третий! Как только мне сообщат об остановке внедорожника в Хаба-Юрте, я свяжусь с тобой и скажу, что надо сделать.

Дрозденко ответил:

– Я и сам понял, что надо сделать. Подняться на вершину и посмотреть, что оставил на вершине один из гостей Асанова!

– Верно. Но все действия по моей команде!

– Есть!

Наблюдение за «Фордом», как только он вышел на прямой участок дороги до Хаба-Юрта, принял капитан Бурмистров. Он также вызвал на связь командира группы и доложил о появлении внедорожника. После непродолжительной паузы капитан доложил:

– «Форд» встал у ворот дома Керима Асанова. Передаю связь Второму!

Соловьев связался с заместителем, непосредственно контролирующим дом главаря местной банды:

– Второй! Я – Первый!

– На связи!

– Что у тебя?

– «Форд» у ворот. Зайнулло и Гарнус, захватив сумки, вошли во двор Асанова. Керим лично встретил гостей и провел в дом. Один из охранников подошел к внедорожнику. Загоняет его во двор. Ставит у навеса, что от будки охраны слева, если смотреть со стороны улицы.