Офицер особого назначения - Александр Тамоников

– Что ж! – сказал Аджар, выслушав доклад. – Мне остается только выразить восхищение действиями нашего гостя.

Андрей отметил, что Аджар назвал его не пленником, а гостем. Это многое значило.

Салахаев протянул Андрею руку.

Тот пожал ее, заметив:

– Теперь вы проверили меня! Как насчет работы, за которую я мог бы получить пятьдесят тысяч долларов?

– Не спеши, Корчагин, не спеши! Сначала обещанная новость. Вы вовремя успели покинуть район базирования отряда Джалала.

Сургин с Берзоевым переглянулись.

– Да, считайте, вам повезло. Вы ушли оттуда примерно за час до того, как на базу Дзокоева обрушился отряд российского спецназа. Это мне сообщил все тот же агент. Русские, видимо, пасли людей Мясника и благодаря им вышли на Джалала! Наступали они со стороны реки, предгорья и с востока по плоскогорью, одновременно осуществив штурм и усадьбы и рощи!

Салахаев неожиданно рассмеялся:

– Представляю их удивление, когда они увидели массу трупов, как в доме, так и у реки, да уничтоженные «УАЗы»! Но наверняка их командир не будет долго размышлять, кто опередил его, а припишет сделанное вами себе.

Андрей сказал:

– А если командир спецназа сделает другие выводы? И направит отряд сюда?

Аджар ответил:

– Я думал об этом! И подготовился к такому варианту развития событий, но русские, добив группировку Джалала, бегло обследовав местность, – и, кстати, обнаружив в колодце труп твоего брата, который взяли с собой, – заминировали практически всю базу и дом и ушли вдоль гор обратно на запад.

Сургин предположил:

– А где гарантия, что командир спецназа сделал это не в качестве отвлекающего маневра, понимая, что за объектом может вестись наблюдение? И в дальнейшем не развернет отряд?

– Гарантия, русский, в том, что спецназ продолжает движение на запад, и его отслеживает мой агент. К тому же за российским отрядом ведут наблюдение чабаны. Спецы не скрывают своего передвижения к лесному массиву между Осхаром и Гудермесом, где их ожидают два вертолета «Ми-8».

Сургин развел руками:

– В этом случае вопросов у меня больше нет, кроме того, что я уже задал. Насчет работы.

Аджар посмотрел на Андрея:

– До сих пор ты убивал чеченцев и наемников. Ты мстил за брата. Готов ли ты так же хладнокровно убивать своих соотечественников?

Андрей ответил спокойно и даже зло:

– После того, что со мной сделали на родине, я готов на все. Мне надоела нищета, и я не хочу на нары. Этого достаточно?

– Достаточно, Валерий! Сейчас иди попарься в бане, покушай, выспись. Тебе в доме Эрдаева удобно?

– Вполне.

– Вот и хорошо! Потом отдыхай. Выспись как следует. Вечером я вызову тебя и, думаю, мы решим вопрос о твоей работе с оплатой в пятьдесят штук «зеленых». Иди!

Сургин поднялся и покинул кабинет.

В мазанке Эрдаев ждал его, выставив, как и ранее, на стреме своего родственника. Первое, о чем спросил Шава:

– Ну, как реакция Аджара на исход операции?

– Он доволен!

– Еще бы! Такое дело в одиночку провернуть! Вы действительно профи!

– Да, я профи, Рустам! Но сейчас это неважно. Сейчас отдых!

– Связываться с Первым не будете?

– Нет! Свяжись ты и сообщи, что я на базе. Возможно, ночью выйду на связь. Не раньше.

– Я понял!

– Молодец, а теперь скажи, где мне взять чистое белье и как найти баню со столовой!

– Так идемте. Я отведу вас, куда надо. Там и помоетесь, и переоденетесь, и покушаете.

Через полтора часа Андрей спал мертвым сном в хибаре Шавы, а генералу Потапову ушло сообщение с кратким описанием всего того, в чем за прошедшие сутки был задействован Валерий Корчагин.