Собачья работа - Лев Пучков

– Своеобразная форма конфабуляции, – сделал разок заявление под пьяную руку домашний доктор Стадогонова при небольшом стечении публики. – Набрешет кучу и сам верит во все, что рассказал. Лечить надобно, да никто не осмеливается заявить – большой человек. А так, в комплексе – вроде по всем показателям здоровый мужчина…

Андрюха считал себя большим специалистом по части безопасности вообще и безопасности отдельных персон в частности. Будучи хозяином объединенного ЧОПа, штамповавшего охранников для всех предприятий Бело-горской области, имеющих средства на их содержание, Стадогонов искренне верил, что постиг все хитрости и нюансы охранной деятельности и по данному вопросу нет ему равных в обозримой видимости.

– Дилетанты! – презрительно буркнул он три дня назад, услышав о нападении снайпера на усадьбу Улюма. – Тоже мне – бандиты называются! Никакого понятия…

В принципе теоретический багаж сего многомудрого мужа, касающийся киллеров и антикиллеровой борьбы, был достаточно весом. Приняв с легкой папиной руки в свое ведение «Белогорпротект», Андрюха перечитал кучу книг, где живописались разнообразные ухищрения киллеров, и просмотрел все видеофильмы, в которых кто-то кого-то профессионально мочил по заказу. Свиста пуль он не слышал ни разу и даже не счел нужным посетить хотя бы единожды тренировки на полигоне своего ЧОПа. В книгах и фильмах все показано и расписано – зачем тратить время на такое никчемное занятие? Когда в Белогорске кто-то из срединной части делового мира погибал от рук наемных убийц – а случалось это достаточно часто, – Стадогонов презрительно кривил губы в нехорошей усмешке, обзывал пострадавших дилетантами и через своих близких передавал сотоварищам покойных, чтобы подскочили к нему как-нибудь на консультацию. Никто не подскакивал – Андрюху это обстоятельство удивляло и порой повергало в состояние легкой паники.

– Черт подери – так их всех перебьют! – негодовал он. – С кем тогда работать будем? Нет чтобы проконсультироваться со специалистом – по старинке действуют, дилетанты хреновы…

Телохранителями, опекавшими его драгоценную персону, господин Стадогонов руководил сам, не доверяя такое сложное дело сомнительным специалистам со стороны. Все перемещения, стационарная охрана усадьбы и опека в процессе пребывания вне дома осуществлялись по разработанным им лично схемам, при составлении которых он руководствовался голливудской фильмотекой и трудами славного дядьки Чейза. Был случай, когда приятель Стадогонова-старшего – московский фээсбэшник – по недоразумению заглянул в эти схемы и с ходу забраковал их, заявив, что подобной чуши он никогда в жизни не встречал. Фээсбэшник был тут же грубо одернут «специалистом», послан в неслыханную даль и с позором выдворен из клуба. Больше его туда не пускали, несмотря на протесты губернатора.

Когда «Линкольн» подкатил к парадному входу «Эдельвейса», Стадогонов оборвал свое увлекательное повествование на полуслове и, не удержавшись, бросил Жуковскому:

– Черт их дери, эти дилетанты, если стесняются обращаться ко мне напрямую – ну, я понимаю, конкуренты, конечно, супротивники, – но хоть бы подъехали к клубу, посмотрели бы со стороны, как охрана организована. Черт-те что – прямо и не знаю… – и гордо покинул салон.

Жуковский почтительно кивнул и несколько задержался, всем своим видом показывая шефу, что он поневоле любуется организацией опеки его персоны и восхищается оной (то ли персоной, то ли опекой – не разберешь).

Действительно, зрелище было внушительное. Четверо телохранителей, выскочивших из остановившегося перед «Линкольном» «Ауди-100», мгновенно взяли хозяина в кольцо и повели к крыльцу, на котором уже стояли навытяжку трое здоровенных охранников клуба в униформе и показательно крутили головами на триста шестьдесят градусов, держа наготове «уоки-токи».

– И когда ж ты повзрослеешь, засранец? – буркнул Жуковский, выдержав деликатную паузу и направляясь вслед за хозяином. – Четвертый десяток разменял, а все в солдатики играешься…

…Ли сидела в стареньком кирпичном гараже, притаившись за задним бампером вишневой «девятки», посматривала на часы и размышляла о делах грядущих. Замок на дверях гаража она одолела без труда, а вот в машине наверняка установлена сигнализация – поэтому следовало ждать, когда придет хозяйка.

Эти три дня она так много и напряженно думала, что обзавелась бессонницей и устойчивой головной болью – хотя последнее обстоятельство скорее всего было вызвано неумеренным потреблением сигарет. Сейчас тоже хотелось курить, но табачный дым мог насторожить хозяйку – приходилось терпеть.

Напряженный умственный труд не был связан с разработкой способов осуществления заказа – в арсенале хорошенькой инструкторши «Абордажа» имелось как минимум два десятка опробованных на практике вариантов, каждый из которых можно было применить в сложившейся ситуации. Дело в том, что данная ситуация перешла из плоскости обычного заказа в сферу личных интересов Ли.

– Кулькин, – прошептала Ли, в очередной раз посмотрев на часы – стрелки фиксировали половину девятого. – Ну ты и… короче, царствие небесное, Кулькин…

Кулькин обещал стать поворотным пунктом в ее судьбе, точнее, не сам похотливый спортсмен, а та страшная тайна, которую он открыл перед смертью. Ли долго думала и наконец пришла к выводу, что такой шанс выпадает раз в жизни, и он стоит того, чтобы рискнуть. Жизнь Ли полна тревог и опасностей, на каждом шагу через плечо заглядывает мерзкая бабка Смерть и ждет малейшей оплошности с ее стороны, чтобы рубануть наотмашь косой… Чего бояться? Она много раз была на грани гибели и привыкла к этому ненормальному состоянию, избавиться от которого вряд ли уже когда-нибудь сможет в этой жизни. Шанс, который подбросил ей Кулькин, был вполне реальным – для того чтобы воспользоваться им, нужны хитрость, изворотливость, беспощадность и удача. Ли считала, что все вышеперечисленные качества присущи ей в полной мере. Сомнения остались на скомканной подушке, смятых бессонницей простынях сегодняшней ночи – утро четвертого дня стало рубежом между теоретическими изысками и воплощением в жизнь ее плана. Ах да – план. План, родившийся в голове Ли в течение этих трех дней, при первом рассмотрении казался громоздким, неповоротливым и практически неосуществимым. Но Ли не зря провела столько времени рядом с Мартом – как считают знающие его люди, одним из выдающихся авантюристов нашей эпохи, – она взяла от него все возможное, а во многом даже превзошла благодаря женскому чутью, проницательности и коварству.

Каждая деталь хитрого замысла, рожденного бессонными ночами, являла собой хорошо продуманный и легко выполнимый фрагмент одной большущей пакости. Оставалось лишь увязать все эти фрагменты воедино – а для этого, как прозорливо предполагала Ли, потребуется выложить все, на что она способна…

Итак, заказанных было четверо.

Николай Алексеевич Пручаев, председатель правления Белогорпромбанка и его фактический хозяин. Большой дока в области финансовых махинаций, глава так называемого Первого альянса.

Андрей Александрович Кошель, вор в законе, предводитель белогорской общины и держатель общака, уголовный авторитет не только в области, но и за ее пределами.