Бешеные горы - Сергей Зверев

Дымков тронул Свистунова за рукав.

— Пойдем, пускай тут Шаповалов заканчивает. Толку все равно нет. А я еще одного попутчика жду, как раз сейчас он должен приехать.

Действительно, возле кабинета Дымкова стоял немолодой седовласый мужчина, среднего роста, с энергичным, худощавым лицом. В позе его чувствовалась военная выправка, да и пунктуальность наводила на мысль о его принадлежности к военной службе.

— Товарищ Ивченко? — спросил Дымков.

— Так точно, — ответил мужчина спокойным, глуховатым голосом, глядя в глаза полковнику прямо и честно. — Алексей Петрович Ивченко, майор запаса.

Он улыбнулся, смягчая официальность ответа.

— Здравствуйте, Алексей Петрович, — подавая ему руку, сказал Дымков. — Проходите, пожалуйста.

Он открыл кабинет, впустил Ивченко, вошел сам.

— Это капитан Свистунов, мы работаем вместе, — коротко представил он коллегу. — Присаживайтесь.

— Благодарю, — кивнул Ивченко, садясь за стол.

— Итак, перейдем сразу к делу, — начал Дымков. — Вы ехали вчера в одном купе с молодым человеком по имени Супьян?

— Имени его не знаю, — ответил гость. — Но молодой человек был, верно. А кроме него, в купе находились еще двое, семейная пара…

— Пара нас не интересует, Алексей Петрович, — чуть более резче, чем требовалось, сказал Дымков. — Нас интересует молодой человек.

— А что случилось? — спросил Ивченко, впервые выказывая признаки тревоги. — Натворил чего?

— Вы где служили, Алексей Петрович? — внезапно спросил Свистунов.

— Много где, товарищ капитан, — усмехнулся Ивченко. — Почти весь Союз исколесил. Но последнее место службы было на Северном Кавказе. Если точнее, Гудермес, в/ч 36589.

— Должность?

— Начальник штаба мотострелкового дивизиона.

— Понятно, — кивнул Свистунов.

— Так что пацан-то натворил? — спросил Ивченко. — Или это государственная тайна?

— Тайна, — кивнул Дымков. — Но вы человек военный и, надеюсь, понимаете ответственность…

— Понимаю, — отчеканил Ивченко, сразу весь как-то подобравшись. — Что вас интересует, товарищ полковник?

— Нас интересует, Алексей Петрович, всё, — сказал Дымков. — Любые сведения относительно этого человека для нас чрезвычайно важны.

— Понимаю, — кивнул Ивченко. Он задумался и вдруг растерянно сказал: — Знаете, ничего интересного я вам сообщить-то и не смогу.

Дымков со Свистуновым переглянулись. И здесь то же.

— Вы что же, с ним ни о чем не разговаривали? — спросил Дымков.

— Да я вообще не очень разговорчив, — чуть смущенно признался Ивченко. — А в поезде так совсем. Или читаю, или сплю. Извините…

— Ни имени, ни адресов, — проговорил Свистунов.

— Да какое имя? — перевел взгляд на него Алексей Петрович. — Ну, сел парень, спокойный, музыку свою все слушал…

— А какую музыку? — вмешался Дымков.

— Не знаю, — пожал плечами Ивченко. — Он же ее через наушники слушал, а что там — не разберешь.

Видя, что все его «сведения» абсолютно бесполезны, Алексей Петрович смешался и замолчал, усиленно напрягая память и, увы, ничего полезного из нее не извлекая.

— Мы знаем, что он учится где-то в Санкт-Петербурге, — попытался помочь ему Дымков. — Не помните, может, он сказал что-нибудь о том, где именно учится?

Ивченко наморщил переносицу. Дымков и Свистунов с надеждой уставились на него, затаили дыхание.

— Не помню, — сожалеюще покачал головой Ивченко. — Кажется, да, про учебу он что-то сказал… Нет, это соседка его спросила, Сона. А он… Он как-то неясно ответил, так, что и понять было нельзя, учится он или нет. Нет, ничего не могу сказать. Извините…

— Вам не за что извиняться, Алексей Петрович, — мягко сказал Дымков. — Наверняка, если бы вы могли сообщить нам что-нибудь важное, вы бы обязательно сообщили.

— Конечно! — вскинул голову Ивченко.

— А что, Алексей Петрович, — спросил Свистунов, — вещи его вы не разглядели?

— Вещи? — снова наморщил переносицу Ивченко. — А какие у него были вещи? Сумка с ноутбуком при себе, и еще одна сумка, спортивная, небольшая такая. Обычные вещи, как у всех.

— Да, как у всех, — поддержал его Дымков. — А может, вы видели, что лежит в спортивной сумке?

Ивченко начал было морщить переносицу, но вдруг его взгляд просветлел.

— Ну да, видел! Мельком, правда, когда он еду доставал.

— И что вы видели? — вкрадчиво спросил Дымков. — Вспомните, не торопитесь. Это очень важно.

— Да я и видел-то только термос, — не очень уверенно сказал Ивченко. — Он сверху лежал.

— Термос? — спросил Дымков, переглянувшись со Свистуновым.

— Да, железный такой. Знаете, какие сейчас делают? Типа из нержавейки.

— Какой емкости?

— Литра на два, примерно.

— Вы уверены, что это был термос? — спросил Дымков. — Может, какой-нибудь другой предмет?

— Ну, не знаю, — смешался под его пристальным взглядом Ивченко. — Целиком-то я его не видел. Так, боковину только. На термос похоже, металлический…

— А чай или кофе он из него пил? — спросил Свистунов.

— Нет, — уверенно ответил Ивченко. — Точно не пил, я бы запомнил. Он пил только колу из бутылки, а чай или кофе не пил вообще. Жарко было, понимаете, а от чая только потеешь…

— Ясно, — сказал Дымков. — Что еще было в сумке, не помните?

Ивченко старательно помучил переносицу.

— Нет, — проговорил он виновато, — не помню.

— Ладно, — сказал Дымков. — Больше мы вас не задерживаем. Вы нам очень помогли, Алексей Петрович.

— Да чем я помог-то? — поднимаясь, удивился гость.

— Помогли, — заверил майора Дымков. — Всего хорошего. И помните: все, о чем мы здесь говорили, должно остаться между нами.

— Ну, понятно, товарищ полковник! Разрешите идти?

— Идите. Вот пропуск. Отдадите внизу.

— Спасибо… До свидания.

Когда за Ивченко закрылась дверь, Дымков возбужденно припал к компьютеру, открыл фотографию Алихана Нагаева, где он позировал с баллоном.

— Похоже на термос, — сказал он. — А, Леша, похоже?

— Если головки распылителя не видеть, то очень, — подтвердил Свистунов. — Почти один в один…

— И литраж совпадает, — закончил Дымков. — Литра на два, как и сказал Ивченко. — Он повернулся к Свистунову. — Итак, Супьян Тангиев привез в Питер баллон с вирусом. Теперь у нас есть этому свидетель. Остается одно: найти баллон…