Выжить. Вернуться. Отмстить - Александр Тамоников

— Это значит расстрелять моих бойцов?

— Это значит сломить их сопротивление. Я бы с удовольствием предложил им сдачу в плен, но твои спецы не сдались бы. Или я не прав?

— Прав! Они не сдались бы. И они не сдались. В их гибели виноват я!

— В их смерти виноват не ты. Командир группы Макаров действовал как настоящий профессионал, стараясь как можно эффективней выполнить поставленную задачу. И сберечь личный состав. В смерти подчиненных тебе солдат виноваты другие люди. Люди, чья жизнь, деятельность, злоупотребление властью, жажда денег, эгоизм, цинизм, лицемерие и многие другие пороки, проявившиеся в так называемом новом, демократическом, цивилизованном государстве, полностью подтверждают правоту всего того, что тебе было высказано Семеновым и мной.

— И все равно то, что вы с Семеновым говорите, всего лишь слова. Сейчас очень многие научились красиво говорить. И ничего не делать. Врать, не моргнув глазом. Обещать и не выполнять. Я не верю словам. И вам меня не переубедить. Одного прошу, скажите, кто сдал группу! Я хочу знать имя этого подонка. Глядишь, и встретимся. А не встретимся, то будет кого проклинать.

Гурадзе сел в кресло:

— Назову, отчего не назвать? Командир N-ского отдельного полка особого назначения, подполковник Виктор Александрович Коршунов, собственной персоной.

Макаров побледнел:

— Ты врешь, Череп! Этого не может быть!

Гурадзе повысил голос:

— Да будет тебе известно, что Алхваз Гурадзе никогда не лжет. И ты должен бы об этом знать.

— Но… но этого просто не может быть!

— К сожалению для тебя и личного состава полка, может. Тебе нужны доказательства? Я предоставлю их тебе. В полном объеме, но не обижайся и не считай недостойным вторжение в твою личную жизнь. Ты хочешь знать всю правду, ты ее узнаешь. И не только в части, касающейся недавних событий в Гули-Чу.

Главарь банды бросил взгляд на Семенова. Тот ответил:

— У нас все готово — диски, документы, видеодвойка, вот только…

— Что только?

— Я бы не стал демонстрировать эпизоды, касающиеся личной жизни капитана, это нехорошо!

— Ладно, их мы пропустим!

Макаров удивился еще больше:

— Что за эпизоды из моей личной жизни?

Семенов проговорил:

— Они, Дмитрий Сергеевич, касаются, мягко говоря, не совсем приличного для жены офицера поведения.

— Вы знаете, с кем она изменяет мне?

— Да и не хотелось бы…

— Нет уж, господа, показывайте, демонстрируйте все, что у вас есть. Вы обещали предоставить доказательства, подтверждающие истинность ваших слов, так предоставляйте!

Гурадзе сказал:

— Хорошо, Макаров, в общем, Семенов прав, но раз ты настаиваешь…

Он указал капитану на кресло напротив телевизора.

Капитан сел.

Главарь банды кивнул советнику:

— Давай сначала по операции «Эхо в горах»!

Семенов кивнул головой, вставил в плеер диск. Включил телевизор. На экране появился кабинет ресторана «У озера», где находился мэр Новоильинска.

Гурадзе спросил:

— Тебе знакомо это место?

— Нет! А вот человек знаком. Это глава администрации города Бериллов.

— Верно. Он кого-то ждет! Интересно, кого?

В кабинет зашел командир полка. Далее включился звук. Макаров услышал, о чем разговаривали между собой подполковник Коршунов и Бериллов, а также переговоры командира полка с Гурадзе.

Главарь банды спросил:

— Голос узнаешь? А то подумаешь, мы подсовываем тебе монтаж.

Макаров злобно, сжав зубы, процедил:

— Узнаю!

— Ну, смотри и слушай! Интересно, не правда ли?

Капитан проигнорировал реплику своего бывшего комбата.

Он внимательно смотрел и слушал.

Семенов поставил воспроизведение на паузу, как только Коршунов с Берилловым вышли из кабинета.

В комнате наступило тягостное молчание.

Слегка дрожащими руками, не спрашивая разрешения, капитан закурил. Семенов поставил на журнальный столик пепельницу, отошел к аппаратуре, ожидая дальнейшего развития событий.

Молчание прервал Макаров:

— У вас наверняка есть записи сексуальных контактов моей жены с Коршуновым и Берилловым. Запись той вечеринки, о которой шла речь в ресторане?

Ответил Семенов:

— Есть. Наш человек сумел запечатлеть факт измены вашей супруги с названными лицами, но, право, стоит ли их вам смотреть? Это нелицеприятное зрелище даже для постороннего, не испорченного развратом человека, тем более для мужа.

Макаров крикнул:

— Показывайте все, что у вас есть. В подробностях.

Бывший полковник вздохнул:

— Ну что ж, смотрите, если желаете.

Семенов возобновил воспроизведение записи.

Закончив просмотр диких сексуальных оргий своей жены сначала с мэром города на пляже, затем с командиром полка в бане, капитан ударил кулаком по подлокотнику кресла:

— Ну твари, ну суки, ну мрази! Так вот, значит, где ты проводила ночи, блядина подзаборная. Эх, не знал я! А то устроил бы вам всем вместо пикника варфоломеевскую ночь. Всех бы там в усадьбе положил!

Семенов сменил диск.

Гурадзе кивнул ему, и полковник достал из шкафа бутылку водки, налил полный стакан, поднес капитану, зажавшему голову руками:

— Выпейте, Дмитрий Сергеевич. Это немного притупит боль.

Макаров взял стакан, в три глотка выпил водку. И вновь закурил.

Гурадзе спросил:

— Так, значит, если бы в ночь с 7 на 8 августа ты оказался в усадьбе Бериллова, то убил бы и мэра, и Коршуна, и жену? Я правильно тебя понял?

Макаров выкрикнул:

— Да! Да! Да! Я их убил бы!

— Что ж, отомстить за позор — дело святое. Тот, кто прощает такие обиды, не мужчина, а так, тряпка половая. В принципе, мы можем обсудить этот вопрос.

Капитан взглянул на Гурадзе:

— Что ты имеешь в виду?

— Я могу предоставить тебе возможность наказать обидчиков.

— Ты отпустишь меня в Новоильинск?

— Не торопись. Я сказал, мы, в принципе, можем обсудить этот вопрос. И решить его положительно, при выполнении тобой некоторых условий. Но об этом позже. Ты еще не все знаешь о преступлениях Коршуна и его подельников.

— Что? Коршун замешан еще в чем-то? И у него есть подельники? В полку? Или…