Мент: Рождество по-новорусски - Александр Золотько

– За рога?

– Не знаю… Не исключено, хотя слухов по этому поводу нет. Совсем.

Граф поправил на столе вазу с живыми цветами.

– Бизнес у папаши Липского серьезный, ориентированный на заграницу. Почти совсем легальный. Недоброжелатели могут быть, но…

– Понятно, – кивнул Гринчук. – Информации – бездна.

– Если бы эта информация была такой доступной, ты бы сам ее уже знал, – заметил Граф.

– Не без того, – согласился Гринчук.

– Сам Леня, ты это знаешь, подонок уже почти законченный. Но таких врагов заполучить вряд ли успел. Не тот калибр. Рожу ему как-то начистили в гимназии соученики, так он каждого из той пятерки выследил и в компании со своими телохранителями отлупцевал. Да так, что трое лежали в больнице.

– Охранники… – протянул Гринчук.

– Рома и Григорий. Они всегда были с Леней. И всегда покрывали его и подчищали за ним.

– На Братка тоже они, помнится, наехали. Но сегодня Ромы с Леней не было. Был вместо него Дима.

– Не думаю, что это что-то значит, – сказал Граф.

– А нам думать и не положено, нам положено подозревать и искать, – Гринчук встал из-за стола и протянул Графу руку. – Пошел я. Если ты что-нибудь или как-нибудь…

– Я позвоню, – пообещал Граф.

Он проводил Гринчука до выхода, заглянул в зал, где по-прежнему сидела только одна пара, и отправился в свой кабинет. Там он придвинул к себе телефон и стал набирать номер.

Гиря своего гостя до выхода провожать не стал. Даже руки не пожал, которую, впрочем, Виктор Евгеньевич и не протягивал. Виктор Евгеньевич кратко изложил суть проблемы, потребовал, чтобы Гиря направил своих людей на проверку всех злачных мест, предупредил об очень высокой награде для нашедшего Леонида Липского, оставил фотографию и ушел.

Дав перед этим последнее указание, которое Гирю очень заинтересовало. Настолько, что, дождавшись, когда машина Виктора Евгеньевича уедет, Гиря спустился к своей машине.

По дороге он позвонил с мобильника и убедился, что Мехтиев, как обычно, в своем ресторане.

Мехтиев о похищении не знал. Слух о том, что кого-то убили на трассе до него, естественно, дошел, но такой информацией поразить кого-нибудь трудно. Особенно, такого опытного человека, как Садреддин Гейдарович.

А вот рассказ Гири его заинтересовал.

– Говоришь, дорогой, украли мальчишку оттуда?

– Из этих крутых, – кивнул Гиря. – Меня Виктор Евгеньевич лично просил, а это сам понимаешь…

– Понимаю. Хорошо понимаю, – Мехтиев задумался.

Али, присутствовавший при разговоре, все выслушал с невозмутимым видом. Он обычно в разговор без приглашения не вступал.

– И если мы этих негодяев, укравших мальчика, найдем, то сможем… – задумчиво протянул Мехтиев.

– Они бабки конкретные за это обещали.

– Деньги – это ерунда, – отмахнулся Мехтиев. – Деньги – это пыль. Я сам могу установить премию за этого… как его?

– Липского, – подсказал Али.

– За этого Липского. Я даже могу, – Мехтиев наклонился к Гире и понизил голос, – этот выкуп, сколько бы они там не попросили, сам заплатить. Стать другом у этого Липского – вот что интересно.

Гиря промолчал. Он не думал, что Липский при любом исходе дел станет дружить с Саней, но спорить не хотел.

– Тут еще одно… – сказал Гиря. – Виктор Евгеньевич приказал, чтобы всю информацию, все, что накопаем – ему сливать. И ни в коем случае – Гринчуку. А если Зеленый будет здесь лазить и под ногами путаться, тоже позвонить Виктору Евгеньевичу.

– Ай-яй-яй! – покачал головой Садреддин Гейдарович. – Как нехорошо выходит! У Зеленого проблемы…

– Виктор Евгеньевич даже намекнул, что Зеленый, типа, мог к этому руку приложить.

– Зеленый? – на лице Мехтиева появилось искреннее изумление, потом негодование. – Зеленый не мог в таком участвовать. Я никогда не поверю.

– Я что слышал, то и сказал.

– Ладно, я это запомню, – кивнул Мехтиев. – Ты, Геннадий, уже своих поднял?

– К тебе, Саня, приехал. Перетереть все это.

– Тогда езжай, дорогой, ставь своих. А я своих подключу. И вот, что еще… – Мехтиев полез в карман и достал четки. – Ты с Зеленым не говори об этом. Не надо.

– И не собирался.

Гиря вышел, не прощаясь.

Мехтиев молча перебирал четки. Али спокойно ждал.

– Али, – сказал, наконец, Мехтиев. – Ты поговори с Зеленым. То, се… Расскажи ему о том, что меня Гиря предупреждал не разговаривать с ним, что я очень хочу помочь Зеленому выбраться из этой переделки. Что если я чего-то найду, то ему скажу обязательно…

Мехтиев снова замолчал.

Али снова терпеливо ждал.

– Ты как полагаешь, Али, почему Зеленого отодвинули от этого? Он же умный, он может найти.

– Потому и отодвинули, – сказал Али. – Чтобы не нашел.

– Не знаю, Али, ой, не знаю! – покачал головой Мехтиев. – Если мы с тобой догадались, то и другие поймут. Сам Зеленый поймет…

– А если наоборот? Если хотят Зеленого заставить лучше искать? Ведь если он не виноват, то ему очень хочется это доказать.

– И он не откажется от помощи… – Мехтиев отложил четки и подвинул к себе блюдо с фруктами.

Отщипнул виноградину, съел задумчиво.

– И ему понадобится помощь. Ой, как понадобится!

– И мы ему поможем? – спросил Али.

– Мы скажем, что поможем, – ответил Мехтиев. – Скажем. И предложим ему меняться. Он найдет, нам скажет. Мы найдем, ему скажем. Всем хорошо.

– А если он и в самом деле замешан?

– Если мы это узнаем, тогда подумаем. Мне всегда хотелось, чтобы Зеленый ел у меня с рук. А тебе?

– Чтобы он ел с ваших рук? – спросил Али. – Конечно.

– Ладно, – вытер салфеткой руки Мехтиев. – Предупреди всех наших. Времени мало. Только ночь. Пусть поработают получше.

И люди начали работать.

Тщательно перетряхивались малины и притоны. Внимательно проверялись квартиры проституток, публичные дома, гостиницы и квартиры, которые сдавались внаем на сутки-двое. Проверялись вокзалы.

Не обходилось без ошибок и разборок. Удалось не слишком шуметь, но один гастролер, правда, схватился за нож, и его, гастролера, к утру возле дороги обнаружил милицейский патруль. Естественно, мертвого.

Реальной информации не было. Ни следов, ни данных, ни даже предположений. Мальчишка словно испарился.

Но поиски продолжались и утром. Даже цыгане не вышли на обычную работу. Женщины, старухи и дети, вооруженные фотографиями Леонида и наставлениями барона, рыскали по самым отдаленным закоулкам города. Впрочем, безрезультатно.