Народный мститель - Кирилл Казанцев

– И вы, гражданка, согласны подтвердить, что так оно и было?

– Разумеется. За рулем сидел этот… Ну как его? Ну, твой приятель…

Капитан Иванов притворно вздохнул:

– Ладно, можешь, ссыкуха, не стараться. Не напрягай мозги. Ты прав, мужик. Сегодня твой день, а не наш. Ну, не удалось нам тебя за руку поймать. А не пойман, значит, не вор. Ведь правда, Толян?

– Жаль, конечно, – отозвался лейтенант Баранов, – но, учитывая то, что никого ты не сбил, ни одного пешехода по асфальту не раскатал, придется тебя отпустить. Видно, удача сегодня на твоей стороне. Так что возьмешь такси и поедешь со своей подружкой куда пожелаешь. А завтра, как протрезвеешь, вернешься за машиной.

– Всегда лучше миром разойтись, чем наживать себе врагов, – произнес Андрей.

Капитан сделал вид, будто хочет вернуть борсетку Ларину, но в последний момент делано спохватился:

– Машину только толком припаркуй. Еще впилится кто-нибудь ночью ей в задницу. Жалко будет, тачка-то недешевая. – Сказал и отошел на шаг.

– Точно, жалко будет, – согласился Ларин и сел за руль, запустил двигатель.

И тут капитан изменился в лице – из понимающего собеседника превратился в непрошибаемого стража закона. Теперь все юридические зацепки были на его стороне. Ведь ответственность за управление автомобилем в состоянии алкогольного опьянения начинается с момента запуска двигателя. При неработающем моторе можешь хоть водку из горла, сидя за рулем, глушить.

– Думал, умный очень? – капитан выдернул ключ из замка зажигания. – Все, составляем протокол. И на экспертизу. Прав лишишься, это как минимум. Это я тебе обещаю.

Ларин, хоть и рассчитывал именно на такой поворот событий, эмоционально хлопнул рукой по рулю.

– Вот же черт, и я попался. Перехитрил ты меня, капитан. Признаю поражение. А раз я проиграл, то и платить должен по всей суровости наших российских законов. Так что, господа офицеры, забудем о протоколе, и тысяча баксов из моей борсетки – ваши. Я даже смотреть не буду, – Андрей взял за плечи Катю, повернул ее спиной к сотрудникам ГИБДД и отвернулся сам.

Капитан осмотрелся. Место было безлюдное, вокруг никого. Ближайшие машины просматривались лишь на Кольцевой. Он вынул купюры из борсетки, тщательно пересчитал их, убедившись, что названная сумма соответствует действительности, а затем вручил своему напарнику четыре сотки. Все-таки как старшему по званию и должности, Иванову полагалась бóльшая сумма.

Быстрые и легкие деньги, особенно когда уже держишь их в руках, когда они осязаемы, поднимают настроение. И неприветливый, неухоженный район новостроек уже казался стражам порядка райским уголком. Благодаря деньгам между нарушителем и продажными правоохранителями воцарилось полное взаимопонимание. Пожелай сейчас Ларин, лейтенант за дополнительное вознаграждение сел бы за руль внедорожника и доставил бы его с Катей в любой район Москвы. А капитан на милицейской машине сопроводил бы их с включенными мигалками. Но не успели деньги исчезнуть в карманах, как Ларин резко обернулся. Теперь уже на его лице не было и намека на опьянение. Сразу было понятно, что Андрей абсолютно трезв. Губы скривила язвительная усмешка победителя.

– Это была «контрольная закупка». Вот так-то, оборотни в погонах. В сухом остатке имеем получение взятки должностными лицами при исполнении… – Произнося это, Ларин картинно взмахнул удостоверением и веско добавил: – ФСБ.

Капитан сориентировался мгновенно. Боковым зрением он заметил выезжающий из-за угла ближайшей новостройки микроавтобус с тонированными стеклами. На его номере четко читалась ненавистная серия «ЕКХ».

– Какая взятка? – пожал Иванов плечами. – Не было никакой взятки.

Купюры посыпались из его пальцев. Их тут же подхватил и погнал вдоль улицы ветер. То же сделал и лейтенант Баранов.

– Бесполезно и глупо, – спокойно произнес Ларин.

Из-за строительного забора уже вышли двое спецназовцев в черном и мужчина с невыразительным лицом. Последний держал в руке работающую видеокамеру. Скрипнул тормозами и остановился микроавтобус.

– Факт получения взятки зафиксирован на видео. Так что отпираться бесполезно. А деньги, кстати, были помечены специальным порошком.

Яркий солнечный свет после этих слов Ларина померк в глазах у милиционеров. Им показалось, что мир освещен жалкой лампочкой-двадцатипяткой. У них забрали оружие, документы, на запястьях защелкнулись наручники. Конвоиры подтолкнули капитана и лейтенанта к микроавтобусу.

– В машину! Живо! – требовательно прозвучал голос старшего.

А затем кто-то надел им на головы черные матерчатые мешки.

– Сидеть, пригнувшись! Молчать! – прозвучал приказ, и микроавтобус с тонированными стеклами, тихо урча мотором, быстро набрал скорость.