Дочь авторитета - Владимир Колычев

Сейчас Жанна нуждалась в нем как никогда. Более того, она вдруг поняла, почему отец не прочь был выдать ее за Патрика.

— Я знаю, — заявил Фадей. — Звонил, спрашивал.

— Как такое вообще могло произойти?

— У Геннадия Лукьяновича много врагов.

— Это не ответ.

— Жанна, ситуация очень серьезная, тебе нужно домой. Патрик!.. — Фадей выразительно глянул на ее телохранителя.

Тот кивнул и мягко взял Жанну под локоток. Она послушно пошла за ним.

Патрик вдруг остановился, подозвал к себе телохранителя Фадея, попросил его присмотреть за Жанной. Он подошел к заместителю Ставра, что-то спросил, выслушал ответ, пожал ему руку и отчалил.

— Нам реально нужно уходить, — сказал Патрик.

— А отец?

— Если вдруг что, ты будешь только мешать.

— А ты?

— Я должен быть с тобой.

— Может, еще под юбку ко мне залезешь? — резко проговорила Жанна и сама же призвала себя к спокойствию.

Натура у нее такая, не может она без эмоциональных всплесков. Патрик уже привык к таким взбрыкам, поэтому лишь сердито глянул на нее.

Это еще мелочь. Бывало, Жанна набрасывалась на него с кулаками. Он, конечно, отбивался, не причиняя ей вреда, а потом наказывал ее. Набрасывался как зверь и втаптывал в постель, смешивал с простынями. Она потом час-другой чувствовала себя тряпкой и целый день была как шелковая.

Все было бы хорошо, если бы Патрик не стал ей приедаться. У Жанны все чаще возникало желание попросить у отца нового телохранителя. Но она не делала этого, понимала, что никого лучше Патрика ей не найти.

Если, конечно, не считать Захара, который по-прежнему занозой сидел в ее воображении. Но он был где-то далеко, и не один. Да и не страдала она по нему. Так, иногда шевельнется тоска в самом низу живота.

Отец исправил свои ошибки. В квартире еще шел ремонт, но «БМВ» пятой серии уже пребывал в полном ее распоряжении.

Патрик не стал спрашивать, кто поведет машину, просто сел за руль и правильно сделал. Жанна сейчас никак не могла крутить баранку, желала надраться в хлам.

— Это что за фигня? — возмущенно спросила она, увидев знакомый «Фольксваген».

Машина подъехала к больнице, из нее вышла Варвара. Вся из себя распущенная, размалеванная. Как будто отец ждал ее в палате в добром здравии и с корзиной цветов. Ну не сука ли она после этого!

— Я сейчас! — Жанна резко открыла дверцу.

— Держи себя в руках, — негромко, но резко сказал Патрик.

Жанна возмущенно глянула на него. Может, ей еще в пояс этой дряни поклониться? Мама не поехала в больницу. Она догадывалась, что у отца есть любовница, и боялась встретиться с ней ненароком. А эта фифа крутила тут булками без всякого зазрения совести.

— Эй!

Варвара замерла на секунду, повернулась к ней и осторожно, робко улыбнулась.

За ее спиной хлопнула дверца. Это Патрик вышел из машины. Он ничего не сказал, но Жанна все равно услышала его голос: «Держи себя в руках!»

— Здравствуй! — сказала она и недобро улыбнулась.

— Здравствуй, — в дурном предчувствии выдавила из себя Варвара и попятилась, как будто Жанна собиралась выцарапать ей глаза.

— Да ладно тебе, расслабься.

— Как отец? — спросила Варвара.

— Мне отец. Тебе он папочка.

— Ну… — Варвара не хотела с ней спорить.

Она желала исчезнуть, не видеть Жанну. Ни у кого нет желания общаться со стервой.

«Да, я стерва, и это нужно признать, — подумала Жанна. — Мне, конечно, от этого ни холодно ни жарко, но отец не хотел, чтобы я цеплялась к Варваре. Ему было больно видеть, как я унижала ее у него на глазах. Нельзя так. Хотя бы из уважения к нему. Ведь он может умереть в любой момент».

— Плохо с ним. — На глаза Жанны вдруг навернулись слезы.

— Совсем плохо?

— Врачи сказали, что самое страшное позади. Но убивает и не страшное, да?

— Наверное…

— А ты переживаешь?

— Конечно!

— Это хорошо.

Жанна не знала, о чем с ней говорить. Порыв злости прошел, а доброго отношения к себе Варвара не заслужила.

— Лучше бы я не переживала, а с ним было бы хорошо. — Варвара тоже чувствовала себя скованно, поэтому и смолола какую-то чушь.

— Отец без сознания, езжай домой, — сказала Жанна.

— Ложись! — вдруг выкрикнул Патрик и сбил с ног обеих девчонок. Как только они упали, тишину больничного утра взорвала автоматная очередь.

Патрик приподнялся, выхватил из-под пиджака пистолет, прицелился и выстрелил. Жанна повернула голову и увидела «девятку» с затемненными окнами. Машина уже уезжала. Стекло в заднем окне поднималось.

— Вставай! — Патрик поднял Жанну и потащил к машине.

— А я? — закричала Варвара.

Патрик втолкнул Жанну на заднее сиденье, обогнул машину, сел за руль. Он заводил двигатель, когда на переднее кресло заскочила Варвара.

— Эй, ты что здесь делаешь? — возмутилась Жанна.

— Я боюсь, мне страшно, — Варвара жалобно глянула на нее.

Патрик вопросов не задавал. Присутствие Варвары его не смущало. Он сорвал машину с места, огляделся и выехал с больничного двора.

— Тебя домой? — спросила Жанна.

— А если они придут ко мне? У них автоматы, да?

— Что, жим-жим? — Жанна презрительно усмехнулась.

Ей и самой было страшно, но не до такой же степени, чтобы тупить.

— Можно, я с вами? — попросила Варвара.

— С мамой хочешь познакомиться? — осведомилась Жанна.

— Она же не знает про меня.

— Я скажу. Автомата у нее нет, но сковородка найдется.

— Никто никому ничего не скажет, — отрезал Патрик.

— Вот только командовать не надо! — взвилась Жанна.

— Надо! — сказал он как гвоздь в голову вбил.

— Нельзя ей к нам, — буркнула Жанна.

— До завтра можно. В бане на втором этаже есть комната. Пусть там поживет.

— А сам в баню не хочешь?

Жанна не видела, чтобы Патрик с вожделением посматривал на Варвару, но чувствовала его интерес к ней.

— Хочу. И пойду. После того, как все уляжется.

— Кто уляжется? Эта?.. — Жанна кивком показала на Варвару.

Но Патрик промолчал. Он всем своим видом давал понять, что не хочет комментировать всякий вздор.

В глазах у Варвары высокое небо, в улыбке солнце, волосы как колосящееся пшеничное поле.