Десять бойцов - Лев Пучков

Недовольно похмыкав, «агенты» удалились, куда было сказано, и закурили, стоя лицом к стене цеха. Спустя пять минут все было готово для проведения следующего этапа моего опыта.

Восемь мужиков застыли в пяти метрах от дверного проема, удерживая взведенные пистолеты глушителями вверх. И выжидающе смотрели на секундомер, таинственно поблескивавший в моей ладони.

– Поехали! – выкрикнул наконец я и включил секундомер.

«Агенты» толпой бросились в здание. Последним забежал терзаемый какими-то смутными подозрениями Джо – он все это время стоял рядом со мной и следил, чтобы я не дай бог чего-нибудь там не намухлевал с секундомером.

Уффф!!! Когда широкая спина Джо скрылась в дверном проеме, я вытер вспотевший лоб и достал сигарету. Вроде бы все вышло как хотелось. Осталось зафиксировать результат работы «агентов» – но я уверен, что сюрпризов не предвидится, результат будет как минимум в два раза хуже моего.

Да, разумеется, Джо был прав. Будь ты хоть семи пядей во лбу, одному тебе не потянуть объем работы, которую делают восемь человек. Но помимо отличных физических качеств и навыков боевой работы, необходимых рядовому бойцу, командир должен обладать как минимум в три раза большим, чем у любого бойца, уровнем солдатской смекалки. В противном случае такого командира надо гнать в три шеи – пусть картошку окучивает! «Агенты», судя по всему, забыли об этом правиле, хотя в свое время каждый из них занимал командную должность. Наверно, армейские постулаты, необязательные для бывших вояк в гражданской жизни, с течением времени помаленьку атрофируются.

Я элементарно «обул» своих бойцов… За день до начала занятий мы с полковником приехали на завод для рекогносцировки. Облюбовав административное здание в качестве плацдарма для утверждения своего боевого авторитета, я более часа изучал особенности его внутреннего устройства.

Побродив по захламленным, загаженным комнатам и ощупав каждый уголок, я уже через час мог перемещаться здесь с закрытыми глазами и прочно держал в памяти наиболее оптимальные места для расположения «засадников».

Но это не все. Обследовав здание, я пришел к неутешительному выводу. При любом раскладе получалось, что даже великолепная ориентация не дает мне явного преимущества перед восьмеркой бойцов. Тогда я попросил Шведова оказать мне помощь, категорически заявив, что от успеха моего плана зависит – будет он иметь полноценную команду или нет.

Ближе к вечеру полковник вручил мне небольшую коробочку со шнуром, на конце которого болтался крохотный наушник. К коробочке прилагались восемь капсул размером с поливитамин и одна большая таблетка.

– Это радиомаяки, – пояснил Шведов, – капсулы дают непрерывный зуммер, а таблетка – импульс частотой раз в полторы секунды. Приемник адаптирован к обеим частотам. Принцип поиска чрезвычайно прост. По мере приближения приемника к маяку звуковой сигнал в наушнике становится сильнее. А теперь смотри внимательно: показываю, как устанавливается чувствительность приемника…

Поработав минут сорок дрелью, я вживил в низ каждой мишени по капсуле, а таблетку зашил «Гоше» в брюхо. А затем целый вечер занимался во дворе «охотой на лис».

Естественно, никому из «агентов» не пришло в голову обыскать меня перед выполнением норматива. Заскочив в здание, я аккуратно вставил наушник куда положено и без напруги показал поистине фантастический результат…

Когда запыхавшиеся «агенты» выскочили из здания, волоча «Гошу», стрелки секундомера показывали 3 минуты 12 с…

– Мухлюешь, парень! Ой мухлюешь! – возбужденно крикнул маленький рыжий мужичонка, отбирая у меня секундомер и недоверчиво осматривая его – даже потряс над ухом!

– Да нет… все правильно. Я по своим часам засекал, – угрюмо пробормотал перемазанный в саже Джо, садясь на землю и закуривая. – Одного не пойму – где ж ты так надрочился, а?! Но в любом случае – извини. Я был не прав… командир…

Больше мне ничего доказывать не пришлось. Буквально через пятнадцать минут после поражения «агентов» мы приступили к занятиям. Но перед началом первого урока я наглухо испортил настроение своим бойцам, сообщив им, что о попытке перекрыть командира (меня то бишь) в выполнении норматива им пока что не стоит и мечтать. Потому что для боевой работы такого уровня им необходимо в совершенстве овладеть искусством взаимодействия в коллективном бою. Стать командой.

С того момента мужики ежедневно вкалывали до седьмого пота, постигая это самое искусство: ползали по лесу, блуждали с завязанными глазами в корпусах завода, разворачивались в цепь среди построек, отрабатывали перемещение в условиях уличного боя, стреляли из разных уровней над ухом и из-под мышки друг у друга… И периодически пытались перекрыть мой норматив.

Я твердо пообещал, что как только они это сделают, занятия будут окончены. Это будет означать, что команда готова к эффективному использованию в любом режиме…

Я закончил устанавливать мишени, надежно припрятал «Гошу» и, выйдя из здания, крикнул бойцам, что можно приступать. Через пару минут все замерли на исходных позициях.

– Работаем без счета, от и до, – негромко говорю я в микрофон радиостанции.

Джо, стоящий в правой тройке на переднем конце шеста, оборачивается. Скалясь в довольной улыбке, он показывает мне большой палец. Одобряет.

Отличный парень этот Джо. Жаль, не могу сказать ему, что мы с ним одной крови – выпали из одного гнезда. Ситуация не позволяет… Когда-то мы были курсантами одного училища, но я – на курс младше. Я помню его, а он меня – нет. Такой уж я незапоминающийся. Средний тип. Хотя иногда Джо внимательно смотрит на меня и морщит лоб. Так делают люди, когда пытаются что-то вспомнить и не могут…

– ПОЕХАЛИ!!! – командую я в микрофон радиостанции и включаю секундомер.

Бежит Клоп с «пластитом». Летят «кошки». Джипы ревут. Все идет как надо. Мужики работают словно механизмы – ни одного лишнего движения, все делают очень слаженно и с каким-то отчаянным азартом, наверно, все десять минут, что они сидели у цеха и курили, заводной Джо «парафинил» их последними словами – накачивал. Вот как пить дать – перекроют мой результат! И без десятисекундной надбавки на решетки и джипы обойдутся!

Душа моя поет. Штурм! Штурм! Штурм жилого здания – это ратный труд высшей категории, он под силу только профессионалам. Мне эта тема всегда нравилась – когда еще работал на Родину. Вот и сейчас – тоже. Я испытываю подлинное наслаждение, наблюдая, как слаженно работает моя команда. Все как в былые времена. За исключением разве что целей и задач.

В былые времена я натаскивал бойцов штурмовать здание с целью освобождения заложников, захваченных бандитами. Там было много «Гош» и мало мишеней, исходя из специфики занятий.

А сейчас наоборот – мишеней куча, а «Гоша» один. Потому что у моей команды задачи несколько иные. Освобождать заложников она пока не собирается…