По закону войны - Александр Тамоников

Узбек указал пальцем на пень:

– Ты, авторитет, видел, как я казнил одного из вас? Следующим на плаху пойдешь ты! И я твою глотку не топором мгновенно, я ее ножом тупым медленно резать буду. Это будет тебе моим ответом, свинья! Связать его!

К барду тут же бросились трое пуштунов из личного отряда Садыка. Они связали артиста, бросив в пыль двора.

Узбек прошел мимо скрипача Зояна, подошел к пародисту, спросил:

– Имя?

– Да пошел ты! – неожиданно резко ответил Иосиф Кардаш.

– Еще один борзый? Бунт на корабле? Да я вас, тварей, сейчас всех под нож пущу, – не выдержал Садык, – как баранов! Реза, нож!

К ногам бандита упали солисты дуэта «Клен»:

– Господин, хозяин! Просим вас, не надо убивать нас! За всех вам хорошо заплатят. А борзеют эти двое, так с ними и разбирайтесь, мы-то при чем?

И Реза подошел к наркоторговцу:

– Успокойтесь, Хозяин. Порезать их мы всегда успеем. После того как получим выкуп, при отходе отсюда, и порешим неверных! У вас еще будет возможность каждому из них перерезать горло!

Садык взглянул на помощника:

– Хоп, Реза! Ты прав! Давай всех обратно в подвал, на солому! Без хлеба и воды на сегодня! Пародиста тоже связать! Его с зэком бывшим тоже в подвал, но всех предупредить – кто развяжет их, сразу будет обезглавлен! В дом охрану из двух человек!

– Понял, босс! Выполняю!

Он повернулся к артистам:

– А ну, гяуры, я вашу душу топтал, напра-во! Пародист на месте, остальные в колонну по одному в подвал бегом марш!

Затем Реза приказал пуштунам:

– Этого вместе с бардом следом, в подвал!

Вскоре бригада артистов оказалось в темном подвале. Связанных Алтаева и Кардаша, так звали пародиста, сбросили по лестнице, головой вниз с трехметровой высоты. Хорошо, что по лестнице, иначе на каменный пол подвала упали бы трупы. Перекладины сдержали падение, и артисты отделались ушибами да ссадинами. Лестницу подняли, люк наверху закрылся, и все вокруг погрузилось в кромешный мрак.

Пока узники привыкали к темноте, наверху к Садыку подошел оператор, доложив:

– Вот кассета, босс!

– Все нормально? Я как смотрюсь на ней? Изображение, звук?

– Порядок, Хозяин, а вы вышли бесподобно. Ультиматум короток и понятен, никаких лишних движений и слов. Особенно эффектной получилась казнь. Лихо вы все же работаете топором! Красиво!

Узбек, повертев кассету в руках, вернул ее оператору:

– Ступай, Кара, к роднику. Я прикажу, верхний пост поднимет тебя лебедкой на хребет, дальше спустишься по лестнице на обратную сторону перевала. У подножия тебя будет ждать всадник с лошадью. К утру вы должны быть в Шали! Там передашь кассету начальнику местной службы самообороны, Кериму. Он знает, как передать ее адресату. Сам можешь остаться в семье. За работу тебе заплатит тот же Керим. Триста долларов. Спеши, Кара, да поможет тебе в пути Аллах!

– Спасибо, Хозяин! Если что, вы знаете, как меня найти.

Садык ухмыльнулся:

– Понадобишься, найду везде. Ступай же!

Оператор поспешил к роднику, где по приказу узбека его уже ждал подъемный трос, спущенный бойцами поста наблюдения за подходами к перевалу с запада.

Садык задумался: «Если утром кассета попадет к Кериму, то где-то в обед она уже будет в руках командования спецназа. В таком случае, следует выходить на связь с гяурами 29-го числа. Послушаем, как они воспримут то, что снято на пленке!» Узбек подозвал к себе Резу.

Тот явился сразу же:

– Слушаю вас, Хозяин!

– Сколько у нас человек, способных держать оружие в руках?

Помощник ненадолго задумался. После событий последних дней сразу ответить даже на такой простой вопрос было сложно.

– Так! Мой отряд – двадцать человек, пять – остатки Фархада, и ваши пуштуны, босс! Итого выходит тридцать пять человек, ну еще пост наблюдения – четыре человека, и я. Сорок джигитов, Хозяин!

– Яхши! Прикажи поджарить шашлык с косточками, я что-то проголодался! На ночь ко мне бабу, сам отберешь!

Реза расплылся в улыбке:

– Может, эту певицу? Все равно подыхать ей, а так развлечетесь на славу!

Но Садык резко осадил Резу:

– Чего лыбишься? Дойдет очередь и до нее! А пока бабу из старых заложниц, незатасканную и не тощую, ты мой вкус знаешь!

– Понял, Хозяин! Все будет исполнено!

– Иди!

Садык прошелся по аулу. Он обдумывал дальнейшую тактику общения с федералами. То, что они пойдут на выкуп, сомнению не подлежит: разные продюсеры да дельцы от шоу-бизнеса деньги найдут, все одно вернут быстро. Будут лишь торговаться. Но торг сразу же прекратится после второй отрубленной головы человека из обслуживающего персонала, эти никому не нужны, и их можно мочить спокойно. Вопрос, как и куда потребовать перевода крупной суммы? Об этом надо посоветоваться с Вахтангом. Тот, как никто другой, даст нужный совет. Но все это завтра, сейчас душ, бабу и сон. Ну и косячок отборной дури.

Узбек развернулся, отправившись в дом чеченца Курбана, который в собственном доме вынужден был стать слугой наркоторговца. Хорошо, что Садык особо не доставал старика: кормил, поил, используя по мелочам, – воду подогреть, белье отдать в стирку. Это Курбану было не в тягость.

Вот и сейчас при появлении узбека он получил приказ приготовить душ.

Кряхтя, старик пошел в сарай, где была оборудована душевая комната.

Заложники тем временем привыкли к темноте, начали устраиваться в подвале. Тоня подошла к барду и пародисту, присела рядом, предложив развязать их. Но тут же против выступил дуэт «Клен». Старший из них, Леонид Кравчук, оттолкнул женщину:

– Ты что, охренела, Лидка? Не слышала, что сказал командир боевиков? Нас же всех перережут, если их освободить от пут.

Друга поддержал младший солист дуэта, Всеволод Дубровин.

Но певица обожгла их презрительным взглядом:

– Шли бы вы на… трусы паршивые! А еще мужчинами себя считают! Да вы хуже предателей! Прикажи этот узкоглазый, так вы сами, ради спасения собственных шкур, нас всех собственноручно убьете!

Она начала развязывать узлы, но ее остановил Алтаев:

– Спасибо тебе, девочка, но не надо ничего делать. Мы уж с Иосифом как-нибудь… А вам, – он повернул голову в сторону дуэта, – суки позорные, если удастся вырваться из клетки, я хавальники, зуб даю, посворачиваю! Заткнулись, «шестерки», и в угол к параше! Сидеть там, чтобы я вас не слышал!

Кравчук и Дубровин послушно отползли туда, куда им указал Алтаев. Они понимали, что бард на воле, где они окажутся после выкупа, не менее опасен для них, чем этот Садык. И раз обещал свернуть челюсти, сделает это. Он слов на ветер не бросал.