Забей стрелку в аду - Сергей Зверев

– Мистер Хоукс, как вы смотрите на то, чтобы отправиться в Россию? – тон босса стал более официальным.

– Не слишком приятный вояж. Я не переношу холодных зим и предпочитаю тропики. Но это предложение для меня большая честь. Я не стану отказываться. Кроме того, я люблю экзотику, – с расстановкой, взвешивая каждое слово, произнес инженер.

Ответ вызвал бурную реакцию босса. Он расхохотался, хлопая ладонями по столу. Справившись с весельем, вызванным какими-то только ему известными воспоминаниями, член совета директоров корпорации таинственно подмигнул и сказал:

– О, экзотики в России хватает. Вы будете довольны.

С таким напутствием мистер Хоукс отправился в далекую страну. Игривое подмигивание босса, так не свойственное настоящему джентльмену, не выходило у Стивена из головы. Этот идиотский жест, будучи непонятым, выводил инженера из равновесия. Но, прилетев в заснеженную Москву, он позабыл этот малозначительный эпизод, происшедший в кабинете, расположенном на верхнем этаже небоскреба главного офиса корпорации.

Россия – необычная страна. Этот факт признают все иностранцы, пытающиеся здесь делать бизнес. Она живет по своим законам, не совпадающим с общепринятыми. Проблемы бизнеса в России решаются обходными путями и никогда – напрямую. Самая влиятельная подпись на контракте порой ничего не значит без закорючки третьестепенного чиновника. Многие вопросы решаются на верхней полке в парилке бани. Сказанное там слово весит больше, чем подпись на бумаге с печатью. А главный принцип выражен пословицей: не подмажешь – не поедешь.

Впрочем, в тонкости переговорного процесса Стивен Хоукс не вникал. На правительственном уровне договаривались другие люди из руководства компании. Он готовил только техническую документацию, обследовал площадки предполагаемого строительства завода, готовил проект на конкурс, изучал объемы подлежащего уничтожению оружия.

Очень скоро Стивен уяснил, что в России он застрял надолго. Проекты с треском проваливались. Местное население протестовало против строительства заводов. Пикетчики осаждали пустыри, отданные под строительные площадки. Агитаторы вывешивали лозунги: «Нет смерти, лжи и коварству», «Не дадим пролиться диоксиновому дождю на головы нашим детям». Местные власти бойкотировали постановление центра, и все начиналось по-новому.

Компания вела переговоры сызнова. Хоукс анализировал с русскими учеными предполагаемый ущерб природе от стремительно стареющих ракет. Деятели из правительства и соответствующих комитетов Государственной Думы обещали сдвинуть дело с мертвой точки. Но нет в России ничего постояннее, чем проблемы.

Климат суровой страны самым удивительным образом повлиял на инженера. Обязанности он выполнял с непонятно откуда взявшейся ленцой, поставив на первое место досуг и развлечения. Сначала мистер Хоукс наслаждался русской культурой. Он посетил все крупнейшие музеи Москвы, побывал в Третьяковской галерее и на спектакле в Большом театре. Выполнив обязательную программу, Стивен заскучал. По большому счету ему было наплевать на великую русскую культуру. В живописи он ничего не понимал, балету предпочитал бродвейские мюзиклы, а литературу читал только техническую. Культурный кругозор Хоукса ограничивался национальными чемпионатами по бейсболу, походом в кинотеатр на премьеру фильмов Стивена Спилберга и беглым просмотром газет. Этого ему вполне хватало.

Зато не хватало женского тепла. Мистер Хоукс вступил в тот опасный для каждого мужчины период, когда появляется непреодолимая тяга к молодым девушкам, годящимся им в дочери. Стив заглядывался на юных москвичек, вспоминая проказы молодости. Но подступиться к ним не отваживался. Он уже не был стройным морским офицером, затянутым в белоснежный китель с золотыми шевронами. Грузный, с объемистым животом, способным вместить дюжину гамбургеров и не один литр пива, с блестящей плешью от лба до затылка, он вряд ли мог надеяться на взаимность юной красотки. У него бывали случайные связи с русскими женщинами среднего возраста. Но когда они начинали намекать о замужестве и последующем переезде в Штаты, Стивен разрывал отношения.

Знакомство с Сергеем Николаевичем Ястребцовым принесло изменения в жизнь закоренелого холостяка. Они встретились на праздновании дня рождения высокопоставленного чиновника из Таможенного комитета. Дружба с людьми подобного ведомства была чрезвычайно полезной. Они могли помочь обойти закон и упростить многие формальности при оформлении пошлин, залоговых платежей и прочих процедур оформления груза. Кроме того, Стив приобрел несколько милых антикварных вещиц из золота и не хотел, чтобы их конфисковали при таможенном досмотре в Шереметьеве-2.

Пышно обставленный юбилей отмечался в шикарном ресторане с зеркальными потолками и стенами. Стол ломился от деликатесов традиционной русской кухни, перемешанных с утонченными блюдами фирменной стряпни поваров, стажировавшихся во Франции.

Стив налегал на рыбу в кляре, когда господин, сидевший по его правую руку, тактично посоветовал:

– Попробуйте расстегаев с черной икрой. Это очень вкусно.

Хоукс повернул голову. На него смотрел молодой человек с безупречно подобранным галстуком в тон костюму и рубашке из дорогого бутика. Инженера поразили странные глаза соседа по столу: круглые, словно у птицы, они пронизывали собеседника насквозь, как рентгеновские лучи.

– Возьмите расстегаев. Это настоящее русское блюдо. Слоеный пирог. И обязательно запейте ледяной водкой, – не дожидаясь согласия, он прищелкнул пальцами, делая знак официанту. – Меня зовут Сергей Ястребцов. А вы, кажется, иностранец? И как вам в гостях?

Торопливо взяв накрахмаленную салфетку, Стивен вытер уголки рта и протянул ладонь:

– Хоукс. Представитель корпорации «Локхид-Мартин».

Твердые, словно сработанные из железных прутьев пальцы стиснули ладонь инженера. Стивен еле сдержался, чтобы не вскрикнуть от боли.

– Серьезную контору вы представляете. А я занимаюсь мелкими посредническими операциями. Оказываю разные полезные услуги деловым людям.

За подобными рекомендациями могло скрываться все, что угодно. Посреднические услуги были весьма растяжимым понятием в России. Но новый знакомый произвел на Хоукса приятное впечатление уверенного в себе мужчины. Сергей Ястребцов умел держать марку. Они обменялись визитными карточками с вписанными от руки номерами домашних телефонов. Расставаясь, Хоукс с сожалением подумал, что больше никогда не встретит приятного молодого человека, разбирающегося в секретах кулинарии русской кухни и просто приятного в общении. Инженер глубоко заблуждался.

Спустя несколько недель его мобильный телефон разразился прерывистой трелью звонка. Стив поднес трубку к уху и сразу узнал голос Ястребцова.

– Вы очень заняты? Не хотите отвлечься от работы? – раздалось в трубке после традиционного приветствия.

С выбором знакомых Хоукс был осторожен. Россказни об агентах Комитета госбезопасности, сменивших вывеску на ФСБ, американцы впитывают с молоком матери. Но круглоглазый парень вызывал доверие.