Лейтенант с одной жизнью - Сергей Зверев

Ухватившись за острое ребро камня, Валентин все сильнее и сильнее сдавливал его, как сухарь, который хотелось разломить на несколько частей. Он прекрасно слышал приближающиеся к нему афганские голоса, но боялся поднять голову и посмотреть, где они.

«А зачем это тебе?» – словно дятел, бил в его сознании один и тот же вопрос, предлагая ему не двигаться, задеревенеть, чтобы душманы подумали, что он мертв.

«А вдруг это не душманы, а солдаты Сарбуланда? – еще теплилась надежда. – Они шепотом разговаривают, замерли, чего-то ждут. Чего?»

Он рукой осторожно отодвинул от себя острый по краям булыжник и, задержав его на несколько секунд на весу, резко бросил вперед. Услышав его стук при падении, поднял голову и стал осматриваться по сторонам.

Вскочившие справа от него несколько человек были не солдатами Парвиза, а душманами. Перекатившись вбок и вскинув автомат, Валентин ждал. Чего?

Первый душман оказался над ним, буквально через несколько секунд короткая очередь, одна-вторая, врезались в него смертельным огнем, и его тело, со стоном, падающее своей тяжестью на Валентина, вдавило его с прикладом автомата в камни.

«Что это? Что это?» – дрожа от боли и испуга, думал лейтенант. Желание скинуть с себя убитого душмана тут же сменилось желанием этого не делать.

Новая автоматная очередь, сделанная не им, закончилась громким падением еще одного тела. Кого?

– Товарища лейтенанта, вы живы? – Голос Сайдудулаева показался ему спасением.

Собрав все силы, Валентин оттолкнул от себя тело убитого душмана.

– Товарища лейтенанта, вы живы? – повторил ефрейтор.

– Самид?

– Так точно. Я второго убила!

– Спасибо, дорогой! Я жив? Я жив! – с облегчением вздохнул Стеклов.

Работавший справа пулемет говорил о том, что Каплин находится в очень сложной ситуации, и они с Сайдудулаевым продолжили движение ползком вперед.

Выскочивший впереди них душман тут же присел и, прячась за камнем, стал целиться в открытого с этой стороны пулеметчика. Валентин этот момент уловил и, мгновенно развернув свой автомат, дал короткую очередь в спину душмана. Тот содрогнулся и, со стоном падая на спину, выронил свою винтовку.

Видел ли это Каплин и лежавший с ним его помощник Лабетов, Валентин не знал. Открывшийся справа и слева от него огонь говорил о том, что душманы продолжают атаковать. Вытерев лицо рукавом, он поднял голову и, заметив вдруг бегущего к ним человека, нажал на курок. Но, кроме сухого щелчка, ничего не услышал. Секунды, потраченные на вытаскивание из автомата сдвоенного магазина и вставку его в автомат, дали душману возможность спрятаться за камнями.

Валентин прекрасно понимал, что теперь ему придется безотрывно следить за местностью и ждать врага, который, вполне возможно, сейчас через какую-то щель в камнях наблюдает за ним. Вопрос в другом – кто первым выстрелит в цель!

– Щас, щас, не двигайтесь, – раздался голос Игоря Клязьмина, и в ту же секунду послышался выстрел, и тело убитого душмана выкатилось из камней на видимое место.

– Спасибо, боец! – с дрожью в голосе прошептал Валентин. – Как я его не увидел? – И, только сейчас поняв, что пулемет молчит, машинально спросил, непонятно у кого: – Он жив?

– Жив Костя, жив! – в один голос ответили Сайдудулаев и Клязьмин. – Вон там, чуть ниже, солдаты Парвиза кого-то убитого или раненого тащат.

– Не самого ли Парвиза?

– Кто его знает, – прошептал Клязьмин.

– Вот кутерьма! Знать бы, сколько их?

– Мы человек пять «духов» убили.