Одесса на кону - Александр Афанасьев

Досчитал до десяти и ломанулся обратно в подъезд. Зинаида Дмитриевна, увидев меня, вскрикнула, поднесла руки ко рту…

– Все нормально, – я пытался улыбаться, – все хорошо. Здесь черный ход есть?

Дом был старый. И черный ход в нем был…

Звонок другу. Сам я эту головоломку разгадать уже не мог.

Слон в этот раз прибыл не один. Помимо знакомой светлой «Шеви Нивы» был еще микроавтобус «Фольксваген» с затемненными стеклами…

Вместе со Слоном прибыли еще пять человек. С виду без особых понтов, на Рэмбо не похожие, так, человек божий, мимо прохожий, так про таких говорят. Но я по движениям, по тому, как грамотно они выстраиваются – даже в относительно безобидной ситуации каждый встает так, чтобы пасти свой сектор наблюдения и не перекрывать обзор и обстрел другому, – понял, что это спецназ. Скорее всего посольские – засекреченная группа, занимающаяся не только обеспечением безопасности российских диппредставительств за рубежом, но и активными действиями под крышей посольств. Называются они «Заслон», и это одна из немногих настоящих групп спецназа, еще сохранившихся^[27].

И просто так «Заслон» нигде не появляется.

И пока Игорь и спецназовцы уговаривали Зинаиду Дмитриевну, что будет лучше, если она «купит путевку» и пару недель поживет в пансионате в Крыму (а убедить в этом еврейскую маму крайне сложно), мы со Слоном отошли в сторону. Встали так, чтобы не просто разговаривать, но и смотреть, что происходит за спиной у другого.

– Что происходит?

– Нас дважды пытались убить за этот день, – ответил я, – оба раза со стрельбой.

– Кто?

– Не знаю. Кто-то, кто хочет, чтобы мы перестали копать убийство Курченко.

Ага. Знаешь. Может, ты кого-то и обманешь, но не меня.

– Слон…

– …

– Что происходит в городе? Только не говори мне, что ты и этот спецназ здесь – просто так. Это ведь «Заслон»?

Слон в упор посмотрел на меня:

– А кто спрашивает?

– Не надо, Слоняра. Я здесь на легальном положении, полицейский с правом ношения оружия. Могу получать информацию. Ты – москаль и русский шпион. Что это означает в сегодняшней Украине – ты понимаешь. Давай просто поможем друг другу. Если ты не знал – полицейский должен поддерживать порядок в городе. И наказывать преступников. И я пытаюсь это делать. Как могу.

Слон помолчал. Я понимал его – делиться информацией с человеком, который признан подозрительным, – ставить под удар карьеру. Но и связи в полиции, доступ к базам данных и право проводить аресты – ему было нелишним.

– В городе в ближайшее время намечается провести конференцию. Точнее, даже не конференцию, а…

– Тайную вечерю, – подсказал я.

– Вот именно. По теме Крыма и окончательного урегулирования.

Уже веселее.

– Кто будет присутствовать?

– Речь о высшем уровне не идет, скорее это уровень экспертов. Незаметных, но важных людей из МИДа, Госдепа США, украинского МИДа. Требуется подготовить почву, провести согласование позиций…

– …

– Ты не хуже меня понимаешь, что ситуация тупиковая.

– Турция держит Северный Кипр вот уже более 50 лет.

– Да, и к чему это привело? Фамагуста некогда конкурировала с Ниццей и Монако, а теперь там что? Мертвый город. Послушай! – Слон поднял руку. – Мне также не по себе. Потому что я знаю, как наши могут продавать. И продаваться. Но на этот раз на нас вышли Соединенные Штаты Америки. Не мы на них. А они на нас.

– …

– Твоя очередь.

– В городе действует криминально-террористическая группа, – сказал я, – бывшие ветераны АТО. Предположительно костяк группы сформировался еще во время АТО, на базе 25-й десантной бригады и ее командира, полковника, а теперь генерала Пивовара. Они организационно не входили в 25-ю бригаду, были членами «Правого сектора» и совершали преступления в зоне АТО из корысти, по найму, а также просто из садизма. Сейчас Пивовар, по моим данным, продвинулся вверх как герой АТО, и, возможно, они продолжают работать на него, а может быть, и нет. Мой человек пытался установить личный состав этой группы поименно. За это его застрелил снайпер, после чего попытался застрелить и нас.

– То есть у тебя этого списка нет?

– Нет. Мы знаем только одного из них.

– Морбида? – быстро спросил Слон.

– Да. Откуда знаешь?

– …

– Откуда знаешь? – настойчиво спросил я.

– Он известен еще со времен АТО и с той, и с этой стороны. Мы подвели к нему своего агента.

– Курченко?

– Да.

Ну, вот, собственно, и недостающая часть головоломки. Откуда у девушки деньги и почему она связалась с психопатом – охранником порта. Совсем не из-за размера его мужского достоинства, простите…

– Ты подвел телку двадцати семи лет к Морбиду, зная, что он психопат?

– Перестань. Тем более не я отвечал за Одессу.

– Ну, да. Конечно.

– Хватит! – разозлился Слон. – Не надо строить из себя моралиста. В разведке все – пешки, в том числе и ты, и я. Курченко должна была получить у Морбида информацию, связанную с незаконными поставками оружия в Украину.

– Незаконными поставками оружия в Украину? – переспросил я. – А Морбид-то тут при чем вообще? Он же псих.

– Не такой и псих. По нашим данным, Украина активно вышла на черный рынок торговли оружием. Они усиленно пытаются приобрести необходимое им оружие в обход ограничительных мер. И прежде всего – ракетные комплексы «Джавелин». В обмен они готовы поставлять все что угодно, в том числе радиоактивный кобальт, который у них есть, и ПЗРК последнего поколения. Это не шутки. И Морбид в порт работать устроился совсем не просто так.