Запрещенный прием - Альберт Байкалов

Ветки деревьев противно скребли по корпусу машины. Ветер со злостью мотал из стороны в сторону кроны деревьев. Набухшее дождем небо странно гудело. Сверкнула молния. По спине Германа пробежали мурашки. Он поежился.

– Долго еще, Сережа? – спросила с заднего сиденья Елена Викторовна.

– Уже скоро, – не оборачиваясь, бросил Лебедев.

– Папа, зачем в такую погоду едем? – вновь заладила старую пластинку Дарья. – Страшно!

– Чего расхныкалась? – цокнул языком Сергей.

Машину подбросило. Лес становился все гуще и темнее. Неожиданно Герману показалось, что из-за дерева выглянул Кислый. Он зажмурился и снова открыл глаза. Показалось. Но нет, он перевел взгляд на другую сторону дороги и пришел в ужас. Бандит с развороченной пулей челюстью снова появился между деревьями, сделал реверанс и скорчил рожу.

«Этого не может быть, это мне снится!» – попытался успокоить себя Герман, как впереди появился «Опель» бандитов.

– Это еще что такое? – прищурился Сергей.

– Может, поедем в другое место? – стараясь скрыть волнение, предложил Герман.

Но Лебедев не слушал его. Он подъехал почти вплотную к машине и надавил на тормоз.

– Выйди, посмотри, что там, – попросил он Германа.

– Зачем? – от страха Германа затрясло.

– Но ведь нам надо проехать дальше, – глядя на машину, пояснил Сергей.

Набравшись смелости, Герман открыл дверцу и вышел наружу. Гул, доносившийся откуда-то сверху, усилился. Захотелось броситься прочь и бежать без остановки от этого ужасного места. На негнущихся ногах он стал подходить к машине. Неожиданно крышка багажник вдруг открылась, и оттуда выскочил Фриц. Лицо было окровавлено, а левый глаз выбит. Голова при этом неестественно болталась на тонкой, словно тряпичной шее. Фриц улыбнулся.

– А-а-а! – Герман развернулся и бросился прочь. Однако ноги словно налились свинцом. Он сделал несколько шагов и вдруг увидел, что стоит в окружении милиционеров…

Герман пришел в себя сидящим на кровати. Одеяло было сброшено на пол. Грудь мокрая от пота. Сердце билось так, словно он на одном дыхании взбежал по лестнице небоскреба.

– Фу-ты! – выдохнул он, одновременно почувствовав радость. Оказывается, это сон!

Герман встал, прошел на кухню, набрал из-под крана воды, выпил. Немного постоял, приводя свои мысли в порядок. Потом открыл шкафчик, взял коробку с лекарствами и стал искать успокоительное. Под руку попался флакон йода, перекись водорода и, наконец, валерианка. Открутил крышку, накапал, не считая, прямо под язык, плеснул в стакан воды, запил.

Накануне он все же набрался смелости и зашел к Лебедевым домой, чтобы пригласить всех на природу. Елену Викторовну не пришлось долго уговаривать, а вот Сергей согласился – нехотя, с условием, что место выберет сам. Ненароком Герман подумал, что есть вероятность вновь оказаться в районе, где три дня назад расправился с бандитами и рыбаками. Он не исключал вероятности, что сейчас в близлежащих селах паника, и очень боялся быть узнанным кем-то из тех, кто мог случайно видеть его. И вот, как результат, кошмар…

Широков подошел к окну. Небо над городом светлело. Он посмотрел на часы. Спать не хотелось.

Немного подумав, направился в душ…

Герман покрутил шампуры. Мясо покрылось золотистой корочкой, на которой пузырился сок, и разносило вокруг аппетитные запахи.

– Кажется, готово, – он посмотрел на Лебедева.

– Мальчики, мы умираем с голоду! – раздался от установленного под березой раскладного столика голос Елены Викторовны.

Герман сгреб шампуры и направился к женщинам.

Костя стал разливать по небольшим металлическим стаканчикам из туристического набора красное вино. Его купил Герман, не пожалев денег.

– Вот, – Елена Викторовна подвинула блюдо.

Герман выложил шампуры на него, двумя пальцами достал из кармана куртки платок и стал вытирать руки.

– А где папа? – неожиданно встрепенулась Дарья.

Герман оглянулся. Сергей стоял у мангала и говорил с кем-то по телефону. Лицо было хмурым.

– Ну вот, опять на работу вызывают, – сразу заметила Елена Викторовна.

– А где, кстати, работает ваш муж? – как бы невзначай спросил Герман.

– Он тренер, – ответил за мать сын Костя. – Борьбу преподает.

– Какую, если не секрет? – спросил Герман.

– Самбо, – ответил Костя, стянул с шампура кусок мяса и сунул в рот.

Сзади раздался шум шагов и голос Сергея:

– Хорошо, я постараюсь вырваться. Хотя говорю, проблематично… Да было бы это ближе… Ладно, я позвоню.

Он подошел к столу.

– Что-нибудь случилось? – насторожилась Елена Викторовна.

– Просят приехать в один город и кое-что выяснить, – он взял стаканчик. – За что пьем?