Минный дрейф - Сергей Зверев

Вода в котелке давно закипела, макароны и открытая банка тушеной свинины ждали своего часа, и Геннадий Геннадьевич прислушался к тишине природы, ожидая уловить со стороны водоема треск мотора их надувной лодки. Никакого шума, однако, он не услышал. Осмотр в бинокль окрестностей тоже не дал никаких результатов, и капитан третьего ранга, еще раз глянув на часы, на сей раз обеспокоился куда больше прежнего. По его расчетам, у Полундры и гидролога азотно-гелиевой смеси в их баллонах должно было быть еще минут на пятнадцать-двадцать, но Малиновскому очень не нравились такие ситуации, когда аквалангист появлялся из-под воды чуть ли не с последним глотком кислорода. Как-то не по себе становилось от этого Геннадию Геннадьевичу. Слишком много он знал о таких непредвиденных задержках.

Да и с чего бы это Полундре и Наташе ждать, когда их баллоны опустеют? Что за необходимость такая? Малиновский описал небольшой круг возле стоянки, озабоченно поглядывая на часы и то и дело прислушиваясь, потом уселся возле костра и попытался успокоиться. В конце концов, не противодиверсионные сети ребята преодолевают, не обследуют затонувшие корабли, где любое неверное движение могло завести в непреднамеренную ловушку. Полундра – опытный аквалангист. Да и Наташа не впервой погружается. Нечего паниковать раньше времени.

Однако смутная тревога не покидала многоопытного капитана третьего ранга. Все еще вслушиваясь в мерное плескание реки, Геннадий Геннадьевич уловил какой-то шум, исходящий как раз от того места, где он час назад поставил удочки.

«Щука, что ли, попалась? – подумалось Малиновскому. – Или, может, у ребят что-нибудь с лодкой приключилось и им пришлось добираться до берега вплавь?»

Капитан третьего ранга встал и приглушил и так негромкий звук радиоприемника. Так и есть. Что-то беспокойно чавкало и плескалось у берега. Геннадий Геннадьевич поспешил к кромке воды.

– Странно, – тихо пробормотал Малиновский, выбравшись из-за скрывающих их лагерь кустов на пологий речной спуск. – Барабашка тут какой завелся, что ли?

Ничего подозрительного или настораживающего. Мирная идиллия природы. Птички поют, лягушки квакают, где-то поодаль плещется рыба, уходя дальше на глубину, солнышко припекает. Чуть отнесенные течением к берегу поплавки спокойно болтаются на поверхности. Никакого иного шума, который показался Малиновскому непонятным, больше слышно не было.

Приложив к глазам сложенную козырьком руку и защищаясь от бившего прямо в лицо солнца, Геннадий Геннадьевич увидел, что резиновая надувная лодка была на том же самом месте, где два часа назад оставили ее Полундра и гидролог. И похоже, в ней до сих пор – никого из пловцов. Капитан третьего ранга уже в который раз глянул на часы. Все, кислорода у ребят больше не было. Малиновский осторожно отступил в чащу кустарника и достал бинокль. Что бы там ни произошло, а показываться на глаза рыбакам со своим оптическим прибором в руках не следовало.

«Почему не всплыли ребята? – панически метались мысли капитана третьего ранга. – Что произошло? Заблудились в ответвлениях? Исключено. Рыбацкие сети? Обвал? Или, быть может, я зря паникую? Забрались далеко от лодки, а когда стал заканчиваться кислород, просто выбрались на ближайший берег и сейчас спокойно малым ходом направляются к лагерю?»

Геннадий Геннадьевич приладил окуляры к глазам, потянулся рукой к лимбу, пытаясь максимально настроить резкость, однако ничего рассмотреть так и не успел. Позади него раздался короткий и громкий хруст ломаемых веток, и капитан третьего ранга упал прямо во влажную грязь, получив сильный удар по голове…