Агент силовой разведки - Михаил Нестеров

Виктор выстрелил ему в сердце. И прежде чем сбросить его в люк, забрал у него из кармана диск.

Ему стоило присоединиться к своей группе, он и так подзадержался здесь. Виктор набрал номер Габриэлы и назвал ей марку и номер автомобиля Возняка.

– Ни о чем не беспокойся, – ответила она.

Перед Молчановой Лугано предстал в образе Минотавра. В своем лабиринте он передвигался безошибочно... Насколько глубока подземная часть лабиринта, куда он сбросил тела поляков?.. От напряжения у нее заныло в затылке. Она не расслышала, что и кому сказал Лугано. Только не ей были адресованы его слова – случайного свидетеля двойного убийства он не видел. Обращался сам к себе или через толщу стен разговаривал с покойниками? А может, эти двое не убиты, а только тяжело ранены и Лугано обрек их на мучительную смерть? Погребение заживо?..

Сложив трубку, Габриэла прихватила с собой сумочку и направилась к белоснежному «Лексусу» с непроницаемыми стеклами. Стукнув в окно, она достала сигарету.

– Дайте прикурить, мсье, – попросила она по-французски.

Сибор Возняк полез в карман за зажигалкой. Склодовская вынула пистолет и выстрелила поляку в висок. Открыв дверцу, вынула из замка зажигания ключи. Прежде чем закрыть ее, подняла стекло и заблокировала замки пультом-брелоком.

Ушел. Слава богу... Молчанова каждую минуту ожидала возвращения убийцы. Он мог появиться в колонном зале, имеющем сквозной проход, как спереди, так и сзади.

Прошло долгих пять минут, прежде чем Молчанова покинула это место. Но, спохватившись, вернулась за диском.

Ей предстояла очень трудная задача: взглянуть в глаза убийце. И случится это через десять-пятнадцать минут, когда он присоединится в Среднем замке к своей группе.

Она не помнила «горячие» номера телефонов полиции, службы спасения, российских консульств в Варшаве и Кракове, но они хранились в адресной книге ее сотового телефона.

Она успокоилась. И по пути к Среднему замку не переставала думать о том, кто же такой этот Лугано. «Возможно, ответ я найду на этом диске...»

Варшава, 25 июня, пятница

Прощание с Виктором вылилось в телефонный звонок. «Я привязан к туристической группе и вынужден уехать. Прости меня, Габи». – «Мы увидимся?» – «Обещаю». И все. Обидно, что в такой ситуации не прозвучали гудки, которые в представлении Габриэлы походили на систему оповещения «искусственное сердце»: в ней бы еще затеплилась надежда – пикает, значит, борется, – но она буквально окунулась в вакуум. Полный обрыв...

Она вышла из дома. В магазине купила бутылку коньяка, в киоске – свежую газету и открытку с видом замка Мальборк. У себя дома, выпив рюмку обжигающего напитка, по памяти написала тунисский адрес: Route Touristique Kebili, Kebili, Tunisia, Richard Nero.

В 1992 году, в канун Нового года, к Габриэле неожиданно приехал Вадим Мартьянов. Она не сразу узнала его: полный, с бородкой-эспаньолкой, в очках.

– Здравствуй, принцесса!

Никто ее раньше так не называл. Пусть будет принцесса, она отнеслась к этому равнодушно. У нее было неважное настроение, она переживала развод с первым мужем и мысленно давала клятву замуж больше не выходить.

– Хочешь быть сказочно богатой? – спросил Вадим.

Она пожала плечами:

– Допустим.

– Пошли открытку с видом замка Мальборк в гостиницу «Фата Моргана» на имя Ришара Неру, если однажды к тебе обратится кто-нибудь из военной разведки.

Мартьянов написал на листке бумаги адрес и имя.

– Лугано, например? – предположила Габи, принимая записку.

– Это вряд ли, – усмехнулся Мартьянов.

– Почему?

– Много причин, и среди них – главная. Примерь-ка вот это, – он не дал ей уточнить, что же за главную причину он имел в виду. Он подарил ей драгоценное украшение начала XX века – с изумрудами чистого цвета в окружении алмазов столь же чистой воды.

Давно, очень давно она лично не отправляла открыток по почте, перейдя на электронный вариант. Была не уверена в том, что открытка с видом замка, в котором три человека – Мартьянов, Лугано и Склодовская – готовили покушение на лидера независимого профсоюза, дойдет до адресата. Восемнадцать лет минуло с тех пор. Но инструкции есть инструкции. Она получила их от старшего группы. Инструкции были ей даны развязным тоном. Но если сравнить тон Мартьянова с тоном Лугано, то выбор ее был не в пользу последнего.

«Ты думала, о тебе забыли?.. Ты думаешь о том, как мы ухлопали Вуйцека... Не гонись за дешевизной: если оружие дешево, значит, из него недавно стреляли».

И денег дал меньше, чем стоили два ствола.

Скряга?

По сравнению с Вадимом – да.