Жиган против террористов - Сергей Зверев

Он укрылся за железным ящиком, выбрав позицию, с которой выезд с территории завода хорошо просматривался, и приготовился ждать.

«Вел он меня до самого Серегиного "жигуля", – рассуждал Константин. – Потом вернулся назад, там где-то у него наверняка спрятана машина. Не пешком же он сюда пришел. Вот эта машина-то меня и интересует. Удалось же Наташе разыскать тачку Джексона…»

Панфилов ждал минут десять. Потом до него донесся звук работающего мотора, и из ворот завода выехал ничем не примечательный «жигуленок», «шестерка» серого цвета. Впрочем, ничем не примечательным он мог показаться только человеку, знакомому с машинами понаслышке. Константин же был опытным водителем, машины любил и знал как свои пять пальцев. На номер он особого внимания не обратил. Номера человек, конечно же, меняет часто.

Константин смотрел на саму машину. Он хорошо знал, что на машинах, как и на людях, время оставляет свои неповторимые следы. Чем старше машина, тем она индивидуальнее. У нее даже какое-то свое выражение «лица» появляется, если можно так выразиться. Так вот этот «жигуленок», показавшийся из ворот завода, был какой-то, как говорится, «себе на уме». Что-то хитрое и в то же время усталое было в его внешнем облике.

А может быть, Константин все это придумал. Но он был уверен, что узнает теперь эту машину из десятков таких же «шестерок». Константин даже усмехнулся, подумав, что если бы машина могла иметь мнение о себе, то этот «жигуль» считал бы себя как минимум джипом.

Когда машина скрылась из вида, Константин выбрался из своего укрытия и отправился в город. Естественно, пешком. Времени это займет немного, а вот подумать спокойно по дороге будет неплохо.

Итак, что он имеет на сегодняшний день?

Если говорить конкретно, то почти ничего. Попытка установить через азербайджанцев контакт с чеченской группировкой закончилась практически безрезультатно. Единственным следствием этой его акции стал интерес, который проявили неизвестные ему люди к его предложению продать взрывчатку. Кого они представляют, Константин не знает. Связаны ли они с чеченцами, тоже не знает. Их представитель спас ему жизнь, застрелив человека, который принимал участие в налете на его склад.

Налет мог объясняться только тем, что на складе искали все ту же взрывчатку. Кто искал? Чеченцы? Если это были чеченцы, то почему их человек оказался застрелен? Или тут действуют две разные, не связанные между собой группы? Это маловероятно. А кому еще сейчас, кроме чеченцев, может понадобиться взрывчатка?

Допустим, кто-то хочет купить у Константина взрывчатку и потом перепродать ее тем же чеченцам и хорошо на этом заработать. Такой вариант в принципе возможен. Он даже объясняет, почему Джексон оказался застрелен – для того, чтобы не дать Константину установить прямой контакт с конечным покупателем.

Но Константина такой вариант тоже устраивает, хотя он и оказывается более сложным. Если выследить человека, который сегодня расправился с Джексоном, рано или поздно он все равно выведет Константина на чеченцев. Вот тогда Панфилову и пригодится его арсенал, спрятанный в лесу. Он им устроит фейерверк!

Мысль об оружии напомнила Константину, что в кармане у него лежит пистолет Джексона. Подобрал он его только для того, чтобы проверить реакцию стоящего перед ним человека. А теперь от этой штуковины придется избавиться. Мало ли что за этим пистолетом числится. Не дай бог, опять наедет какой-нибудь толстяк Воропаев с обыском – оправдывайся потом, что не имеешь к этому «макарову» никакого отношения.

Константин достал пистолет из кармана, тщательно вытер его носовым платком, уничтожая свои отпечатки пальцев, и, недолго думая, зашвырнул пистолет в заросли бурьяна, тянувшиеся вдоль дороги. Так спокойнее будет.

А сейчас поскорее домой, и спать! Константин представил, как он примет душ и свалится в постель, чтобы до завтра восстановить силы и энергию, и прибавил шагу.

Через полчаса он уже подходил к дому, в котором его должна была ждать Наташа.

* * *

Однако дома Константина ждало известие, которое полностью поменяло его планы.

Едва он позвонил, как Наташа тут же открыла дверь и, не успев впустить его, атаковала вопросом:

– Ты один?

Константин удивился, что она не спрашивает его о Джексоне, но Наташа так и не задала ни одного вопроса, не поинтересовалась, чем закончилась его погоня за парнем, которого она выследила.

– Один, – ответил Константин. – А что случилось? Ты в порядке?

Наташа только отмахнулась. Она была похожа на офицера связи, который получил приказ о предстоящем наступлении и собирается доложить о нем командующему фронтом.

– Иван позвонил! – выпалила она. – Он говорит, что узнал одного из тех, кого видел в Чечне. Видел его на базаре. Побритый, помытый, но Иван говорит, что улыбку его запомнил, кривая такая, злорадная. По ней и узнал.

– Русский? – спросил Константин.

Наташа кивнула.

– Что еще сказал? – спросил Константин. – Он его выследил?

– Иван говорит, что установил дом, где тот остановился, – ответила Наташа. – Расспрашивать об этом человеке он не стал – слишком опасно. Он хочет идти прямо туда!

– Подожди-подожди, – остановил ее Константин. – Давай-ка помедленнее. Иван, значит, узнал в Запрудном одного из тех, кого видел в Чечне, так?

– Ну так, я же говорю!.. – начала было Наташа, но Константин вновь ее перебил:

– Он пока никаких шагов не предпринимал?

Наташа энергично замотала головой.

– Нет. Я же…

– Подожди, – опять перебил ее Константин. – А что ты-то такая взбудораженная?

– Так ведь это значит, что взрыв на самом деле готовится! – воскликнула Наташа.

– Это пока ничего не значит, – возразил Константин. – Иван будет еще звонить?

– Он сказал, что позвонит через два часа, – быстро ответила Наташа. – Теперь полчаса осталось…

– Вот и хорошо, – улыбнулся Константин. – Я успею душ принять.

Он удалился в ванную, оставив Наташу в волнении ходить по комнате из угла в угол. Что-то странное было в ее поведении, хотя что именно, Константин не мог сказать. Как-то слишком активно вела себя Наташа. Сначала этот Джексон, потом звонок от Ивана. Она словно специально оказывается в центре событий. А это Константину совсем не нравилось. Он предпочел бы, чтобы Наташа вообще оказалась где-нибудь в стороне. Не женское это дело – разбираться с террористами.

Иван позвонил, когда Константин уже принял душ и брился, разглядывая в зеркало свое лицо. Наташа принялась барабанить в дверь. Константин открыл, взял у нее телефон и категорично выставил ее обратно, несмотря на все возражения, похожие даже на бунт.

С Иваном он говорил не больше минуты. Тот сразу сказал ему, что долго разговаривать не может, почему, объяснять не стал, а Константин не стал спрашивать. Это к делу, в конце концов, не относится. Главное, что делать дальше?