Крутая глиссада - Альберт Байкалов

– Это точно, – согласился с ним Утюг. – Только…

– Что? – насторожился Скрипач, почувствовав в интонации напарника скрытую нерешительность.

– Дерьмом все это попахивает, – выпалил Утюг. – Одно дело бандюгана или какого хапугу замочить, у которого самого руки в крови. Здесь же получается, что Таровский нас отдал обыкновенным террористам. Мы уже их внутренние проблемы решаем… Это ни в какие ворота не лезет. Мне такая работенка не по нутру.

– А кому она нравится?! – удивился Скрипач. – Денежки просто так с неба не сыпятся.

– Что на них купишь в зоне? – хмыкнул Утюг. – А почему чехи сами с этим уродом не разберутся?

– Они лишь предполагали, что Фазыл устроил нападение на Саламбека, – уже уверенный в том, что это не так, ответил Скрипач. – Чтобы не выносить сор из избы, чехам все равно пришлось бы его кончить. Но за дело взялись мы. Теперь Саламбеку будет легче отмазаться. Тем более в квартире все осталось так, словно Фазыл попросту бежал после неудавшейся попытки разобраться со своим хозяином. Следов борьбы нет. Сейф не взломан, а открыт при помощи кода.

– Идет! – перебил его Утюг. – Как баран на бойню.

Скрипач проследил за взглядом напарника и увидел силуэт чеченца. Пройдя вдоль стены дома, Хутуев повернул к машине.

– Все, – усевшись на заднее сиденье, проговорил Фазыл. – Куда теперь?

– У нас за городом есть хорошее местечко для таких случаев, – заговорил Скрипач. – Отсидишься, пока мы будем думать, как выйти из положения.

– Давай подождем, когда рассветет? – заволновался Утюг. – Нас сейчас на всех постах тормозить будут!

– Ну и что? – удивился Скрипач. – Мы что, атомную бомбу везем?

Небо на востоке окрасилось сиреневым свечением, когда миновали Балашиху. Утюг, ничего не подозревая, слепо выполнял команды Скрипача, уверенно ведя машину к своей могиле. Свернули с автострады, проехали через небольшое село. Дорога пошла вдоль реки. Уже совсем рассвело.

– Тормозни у берега, в сон клонит, – потребовал Скрипач. – Ополоснусь.

– Нашел время, – проворчал Утюг, решив, что пришло время убивать Фазыла.

Скрипач по интонации напарника понял – ему не нравится место.

«Интересно, что бы он сказал, узнав, что выбирает его для себя?» – украдкой бросив взгляд на Утюга, подумал Скрипач.

Его охватило возбуждение. В груди как будто стал шевелиться и ерзать маленький, пушистый, с когтистыми лапками зверек. В низу живота возник холодок, а по спине пробежали мурашки. Так всегда бывает перед ответственным моментом – ощущаешь трепет перед тем, как кого-то лишить жизни. Скрипач поймал себя на мысли, что чаще, чем следовало бы, поглядывает на сидевшего за рулем Утюга. Испугавшись, что напарник заметит это и обо всем догадается, посмотрел на чеченца. Чем дальше отъезжали от Москвы, тем заметнее Скрипач волновался. В его положении можно подозревать что угодно. Несмотря на все опасения, Фазыл не очень походил на своих земляков. Он почти не оказал сопротивления, не угрожал и очень быстро сломался.

«Может, здесь кроется подвох? – заволновался Скрипач. – Ладно, сейчас разберемся».

Съехав к самой воде, Утюг заглушил двигатель. Все вышли из машины. Скрипач стал раздеваться.

– Ты чего, действительно купаться вздумал? – удивился Утюг, увидев своего шефа в одних плавках. – Весна все-таки.

– И тебе советую, – серьезно ответил Скрипач и по колено вошел в воду. Холод приятно обжег кожу.

Речка была не широкой, но глубокой. Дно илистым. Вдоль берега росли ивы, чуть дальше березы. Кое-где виднелись группы сосен.

«Даже жалко такую красоту поганить», – подумал про себя Скрипач, наклонился, зачерпнул пригоршню воды и плеснул себе в лицо.

И в тот же момент сзади раздался вскрик, топот и несколько выстрелов. По звуку он понял, что стреляли и Фазыл, и Утюг. Скрипач не ожидал такого развития событий и упал. Ледяная вода попала в рот, нос и легкие, сковала дыхание. В разные стороны полетели брызги. Скользя руками и ногами по дну, морщась, плюясь и кашляя, он развернулся лицом к машине. Утюг корчился на земле. Он еще пытался дотянуться до лежащего рядом пистолета. Однако Скрипачу было достаточно одного взгляда, чтобы сделать вывод – не жилец. Лицо и грудь напарника были в крови. Неестественно вытаращенные глаза и перекошенный рот говорили о том, что он уже плохо соображает и наверняка не понимает, для чего ему нужно выпавшее из рук оружие. В двух шагах от него, опершись одной рукой о машину, а другой держась за левый бок, стоял Фазыл.

«Вот проблема сама собой и разрешилась», – подумал Скрипач и направился к берегу.

– Он первый вытащил ствол, – просипел Фазыл.

– Наверняка понял, зачем мы едем, – развел руками Скрипач, подходя ближе.

Он догадался, что, оказавшись здесь, в глуши, чеченец разволновался и достал оружие, Утюг увидел пистолет и тут же попытался убить Фазыла. Однако Хутуев успел выстрелить первым.

Тем временем, бросая на Скрипача настороженный взгляд, Фазыл положил пистолет на крышу машины, расстегнул пиджак, а затем рубашку. Морщась от боли, осмотрел бок:

– Только кожу содрал.

– Точно? – Скрипач оглядел берег, открыл дверцу и взял лежащую за спинкой заднего сиденья аптечку. Протянул ее Фазылу: – Сможешь сам оказать себе помощь?

– Да, – кивнул Хутуев.

– Пока я его спрячу, обработай рану и сядь сзади. – Скрипач еще раз осмотрелся и сплюнул: – Немного не по сценарию получилось.

Скрипач планировал, что чеченец поможет утопить труп. Теперь придется возиться одному. Пусть даже слегка раненный в бок, Фазыл уже плохой помощник.

Скрипач открыл багажник и заглянул внутрь. Только ящик с инструментом. Взял его и подошел к Утюгу. Тот еще хрипел. Не обращая на агонию внимания, расстегнул на Утюге брючной ремень, продернул его через ручку, закрепил на поясе ящик, при этом изрядно перепачкав в крови руки. Груз маловат. Огляделся. Чуть в стороне был небольшой обрыв, где лежали несколько крупных камней. Скрипач направился к ним. Спустя полчаса труп был утоплен на приличном расстоянии от берега.

Они уже подъезжали к Кольцевой, когда зазвонил сотовый телефон.

– Короче, – с ходу заговорил Карась, едва он представился, – я покрутился во дворе, заскочил на работу к твоей супруге. Вроде все тихо.

– Спасибо, – Скрипач нахмурился. – А почему с вечера не позвонил?

– Закрутился, – ответил Карась. – Извини. Ты сейчас где?

– Как раз домой еду. Пока.

Почему-то звонок Карася не только не обрадовал, но и насторожил Скрипача. Он посмотрел на часы. Половина седьмого. Пятница. Странно. Карась никогда не жаловался на память. И снова Скрипач подумал, что Карась поторопился выложить информацию и отключить телефон. Его будто тяготило общение с ним.

– Ты сказал, что оставишь меня за городом, – неожиданно напомнил о себе Фазыл. – А мы едем обратно.