Парни в бронежилетах - Сергей Самаров

– Против одного, умеющего за себя постоять, – семеро людей приблизительно равной подготовки... Не исключено нападение из засады... Трудно быть постоянно готовым к отражению нападения. Любого человека можно подкараулить... Но мы идем дальше...

– Идем, – соглашается Ангел.

– Как должен повести себя Сережа? Вот здесь я могу «плавать», потому что не знаю его характера.

– Он упертый, – за отца отвечает Пулат. – Он из тех, кого нельзя победить... Убить можно, но не победить. Он мальчишкой таким же был... Помнишь, в школе еще...

Пулат смотрит на Ангела. Тот кивает.

– Наверное, это важная деталь... В каждой школе есть своя шпана. Меня перевели в новый гарнизон. Новая школа. Новые отношения. Никого не знает. Это было, кажется, классе в пятом... Да, незадолго до того, как мы развелись с его матерью... Как раз началось все из-за переездов. Так вот... Мальчишку пытались прижать ровесники и пацаны постарше... Мы потом узнали, когда нам начали жаловаться. Он дрался несколько дней подряд, отстаивая себя. И ни разу не пожаловался. Сам разбирался... Потом начал драться, отстаивая других, которых тоже обижали. Один против всех... И победил. Характером. Жесткостью немальчишеской. И, повторяю, это, наверное, важно... Не жаловался. Действовал сам...

– Да, – соглашается Басаргин. – Это важно... Это как раз к тому и относится, что он ничего не сказал военной жандармерии... Не назвал ни одного имени... Тогда логично предположить, что шестеро товарищей Термидора – его жертвы... Одного за другим... И к самому Термидору подбирался...

– Вполне допустимый вариант, – соглашается Тобако. – Но как он связан с событиями в Москве?

– Это потом... Связывается полностью, только я хочу пройти все по порядку... Итак, мы принимаем вариант, что Сергей преследовал дезертиров и мстил им. Но тогда возникает и еще один вариант, – Басаргин продолжает свое фирменное «гуляние» по кабинету. – Ограбление контейнера в Онфлере. Тогда получается, что Сергей прибыл туда вслед за Термидором, преследуя группу. Вернее, остатки группы... Тогда уже из семерых осталось только трое. Именно там найдены, как мы знаем, тела двух последних сподвижников Термидора. Трое... Грабителей контейнеров было тоже трое... Понимаете?.. Таким образом, мы приходим к пониманию, что нитрат аммония из порта был похищен именно Термидором. Сам Термидор ускользнул... Предположительно ускользнул... Труп вообще-то могли и не найти... Хотя мне почему-то кажется, что Сережа не смог его «достать».

– И почему ты не служишь во французской полиции! – вздыхает Тобако.

– Наверное, потому, что он никак не может выучить прилично французский язык, – предполагает Доктор. – Только начинаются интенсивные занятия, ему подворачивается работа.

– Дальше я прошу обратить внимание на некоторые интересные вещи... – Басаргина трудно сбить с мысли, когда он за нее уцепился. – Естественно, любые случайности могут иметь место и разрушить мои умозаключения, тем не менее мне кажется, что они имеют чуть больше пятидесяти процентов правдоподобности... В частности, я сразу концентрирую ваше внимание на такой странной детали, как появление человека по кличке Термидор в «Аль-Кайеде» именно полгода назад. В одном месте пропадает сельскохозяйственное удобрение, из которого достаточно просто изготовить взрывчатое вещество, пропадает вместе с похитителем... В другом месте этот похититель появляется среди людей, которым нитрат аммония может понадобиться... Связь улавливаете? Он работал по заданию «Аль-Кайеды». И груз нитрата аммония попал, несомненно, к ним...

– Наверняка вокруг Онфлера были перекрыты все дороги. Рискованно было вывозить оттуда такую большую партию. Я думаю, французская полиция «стояла на ушах»... – Тобако высказывает скепсис не потому, что он сомневается в аналитических способностях Басаргина, а только помогая ему развивать мысль.

– А он и не вывозил... Я так думаю... Как бы вы поступили на его месте? Есть варианты?

– Просто, – отзывается из угла Дым Дымыч. – Я бы заранее подготовил к отправке какой-то малозначительный груз. Накануне оформил бы все документы в таможне... А потом перегрузил бы нитрат аммония в свой контейнер... Печать таможни подделать не так сложно. И, кроме того, когда там присматривались к посторонним, никто не придрался к человеку, отправляющему груз и оформляющему документы в порту. Это естественно и не вызывает таких подозрений, какие вызвала личность Шайтанова, который не смог обосновать свое пребывание там... Никто не обратил внимания на Термидора и его помощников. Кроме Сережи...

– Правильно, – соглашается Басаргин. – У меня появилась точно такая же мысль. Это почти идеальный способ. Практически невозможно вскрывать все контейнеры для проверки. Это, вероятно, даже против портовых и таможенных правил. И потому... Доктор, отправляй новый запрос в Лион. Пусть проверят... Груз оформлялся прямо накануне похищения. Может быть, за день... Может, чуть раньше, если груз был достаточно объемным. И отправлялся достаточно быстро. Контейнеры не должны были простаивать... Этот груз предположительно уходил куда-то на Ближний Восток. Туда, где люди «Аль-Кайеды» могли его получить без проблем... Необходимо выяснить место назначения и, если это возможно, координаты и личность отправителя. Я боюсь, что и первое, и второе будет фальшивым. Если они смогут найти нам фотографию Термидора, попроси их прислать. И пусть предъявят таможенникам и портовым чиновникам, если реальная личность отправителя не будет установлена.

Без стука входит Александра.

– Кофе будете? Я сварила на всех. Нужен помощник, чтобы принести второй поднос...

Естественно, сидящий в кресле у двери Пулат, как штатный джентльмен подсектора, без слов отправляется за женой Басаргина. И делает это с видимым удовольствием.

– Дождитесь меня, – просит он. – Не продолжайте...

– Мы дождемся, – обещает Доктор, уставившись в монитор. – Наша трубка, обитающая в Баку, обосновывается в самолете... Пора бы и звонить моей прекрасной даме...

И тут же раздается звонок. Определитель опять не показывает номера абонента.

– Это наверняка она...

Доктор включает спикерфон.

– Самолет должен вылететь через восемнадцать минут, – без предисловия сообщает женский голос с бархатистым тембром.

– Меня, кстати, зовут Доктор Смерть, – улыбается Доктор своей трубке.

– Очень приятно, господин Доктор, – женский голос не склонен к лишнему общению. – Что мы имеем со спутника?

– Трубка летит...

– Спасибо. Возможно, мы попросим вас проконтролировать и ее передвижение по Москве, хотя это вовсе не обязательно. Если наши планы изменятся, мы вам сообщим...

Басаргин наклоняется к микрофону аппарата:

– Будьте любезны, передайте привет Сереже...

Некоторое время женщина ничего не отвечает.

– Кто это говорит? – наконец спрашивает она.

– Моя фамилия Басаргин. Передайте Сереже Ангелову привет, – повторяет он. – Мы хотели бы с ним поговорить...