Террорист в погонах - Сергей Зверев

– Как вы попали на территорию американского закрытого объекта? – перебил Батяню следователь прокуратуры.

– Какого объекта? – не понял прапорщик.

– Ну, гостиницы.

– Как… Я помогал загружать грузовик мясом. Ребята работают, деньги зарабатывают. Затем мы должны были разгрузить. Но что-то произошло. А потом я очнулся здесь, – прапорщик говорил уже очень тихо, его глаза начинали закатываться.

– Все, допрос окончен, – безапелляционным тоном сказал доктор, – больному необходимы покой и сон. Все выходим.

– А мы можем показать ему запись? – поинтересовался Батяня.

– Не сейчас…

– А когда?

– Только завтра или послезавтра.

– Да ты что?! – чуть не вспылил Батяня. – Время-то уходит!

– Это у него время уходит. Он может и не выжить, – парировал доктор, – и вы тоже, товарищ полковник, освободите палату.

Следователь военной прокуратуры выключил цифровой диктофон. Он рукой показал, что выйдет из палаты только после Батяни. Лавров пошел вперед, прошептав:

– Мудак.

– Вы что-то сказали, – нахмурился следак.

– Я спросил: «Мне туда?»

– А, значит, мне послышалось.

В палате у Починкова остался только лечащий врач. Ему надо было осмотреть раненого.

– Пошли, – Батяня кивнул своим, и десантники, а с ними и особист из части быстро, не оборачиваясь на следователя военной прокуратуры, пошли вперед.

Военный госпиталь находился в небольшом городке, который вырос на месте оазиса. Напротив госпиталя, который утопал в тени фруктовых деревьев, была чайхана, обвитая виноградом. Перед ее входом десантники пожали руку весельчаку Перочинникову. У него еще были свои дела в городке.

– Скажи командиру, пускай сильно не беспокоится. Прапорщик жить будет, – уверил его Батяня, – уж поверь мне, я умирающих на своем веку повидал предостаточно. Это не тот вариант. Его замучил этот, засушенный.

– Знаете, Валентина – жена Починкова – такая женщина! Душа компании. А как поет! – закатил глаза Перочинников. – Она у нас вроде командира наших жен. Вот ей это будет радость. Только я ей под подписку о неразглашении сообщу.

– Давай, – махнул ему Батяня.

Особист забрался в свою потрепанную «Ниву» и аккуратно покатил по не очень широкой и плохо заасфальтированной дороге.

Десантники уже прилично проголодались. Они зашли в чайхану и у официанта с роскошными седыми усами заказали себе по плову.

Пока они ждали, когда им принесут заказ, Колесниченко достал очки, надел их и «отрешился». Медик «загрузил свои мозги» в какую-то брошюру на английском языке. На обложке была изображена змея, ползущая в чашечку из-под мороженого.

Батяня вытащил из внутреннего кармана телефон в прорезиненном непромокаемом корпусе и нажал «быстрый вызов».

– Товарищ полковник…

– Да, Лавров. Дела хреновей не придумаешь, – Батяня услышал напряженный голос Дерюгина. – А что там у тебя? Может, чем порадуешь старого боевого друга?

– Да застряли мы здесь, товарищ полковник, из-за одного хлыща. Он дело о тайной организации раскручивает, ему новые звезды на погонах мерещатся. Но эта организация – полная чушь.

– Откуда такая информация? Ты это точно знаешь?

– Точно. В части следов такой организации нет. Парней одурманили. А вот нитей, ведущих к террористам, – пока никаких. Ты не можешь по своим каналам добиться, чтобы мне разрешили с раненым прапорщиком один на один переговорить?

– Понятно. Хочешь без свидетелей из него выудить информацию… Я перезвоню, – в трубке пошли гудки.

В этот момент как раз подоспел усатый официант. На среднеазиатский манер ароматный плов был выложен в большое круглое блюдо с орнаментом. Десантники заказали чаю, а официант порекомендовал им традиционную закуску для плова – лепешки и салат из помидоров, лука, солений и сузьмы. Трое мужчин не отказались – они не знали, когда в следующий раз смогут подкрепиться, тем более так аппетитно.

– Что это у тебя? – спросил Батяня, показывая на очки Колесниченко.

– Это вместо экрана, планшета и вообще компьютера. Надеваешь и все видишь. А клавиши нажимаешь зрачками.

– Чего? – удивился Батяня.

– Просто наводишь глаза на виртуальную – висящую в воздухе – клавиатуру. Задерживаешь взгляд, буква печатается. А можно и шептать – микрофон уловит. Ну как в «компе» – я вот «Неудержимые-2» сейчас смотрю.

– Слушай, а если мы тому прапору твои очки наденем и пустим ролик с его речами?

– Да никаких проблем.

– Ладно, давай подкрепимся пока что, – Батяня взял вилку. Есть руками, как это делают местные, он не очень-то желал.

– Вилкой – гигиеничнее, – словно прочитал его мысли старший лейтенант Боткинов. Он тоже отложил свою книгу и принялся за еду.

Через несколько минут в кармане у Батяни зазвонил телефон.

– Да, товарищ полковник, – сказал Лавров, не очень удачно проглотив ком плова.

– Да не спеши, а то успеешь… подавиться, – проговорил Дерюгин. – В общем, чекисты и эскулапы не дают разрешения. Ничего сделать ни я, ни мои товарищи не могут. Завтра-послезавтра пришлют данные «комары над шариком». Тогда и будешь действовать. Сейчас вживайся в обстановку.

– Завтра-послезавтра, – повторил Лавров. – И что они там нащупают… – Он понимал, что «комары над шариком» – это космическая разведка, и информацию они выдают сухую, бездушную. А самая лучшая подсказка всегда идет от местного населения. – Товарищ полковник. Ведь время не ждет. Американцы хотят провести тайную двустороннюю встречу со здешними политиками. А это для уродов – отличная мишень. И если что…

– Отстал ты, браток. Уже поступили новые данные. Вначале будет проведена трехсторонняя встреча. Мы, американцы и киргизы. Но я тебя отлично понимаю, Лавров… Однако официально ничем пока помочь не могу.

– Отлично, – Батяня услышал знакомые нотки в голосе полковника, – так, значит, официально нет… а все мои неофициальные действия вы одобряете.

Дерюгин промолчал.

– И в случае чего, прикроете…

Полковник не отвечал, но и не бросал трубку.

– Значит, инициативу я беру в свои руки, – повеселев, сказал Батяня.

– Ты это, Лавров, только поаккуратней. Без переломов и вывихов. Понятно?

– Есть, товарищ полковник, – улыбнулся Батяня и положил трубку.

Наконец принесли душистый чай с лепешками.

– Нам надо проследить за корпусом, где лежит прапор. Дай-ка мне эти свои чудо-очки.

Батяня нацепил их, поправил на переносице, чтобы лучше сидели. Капитан Колесниченко показал, как ими управлять.