Мракобесы - Альберт Байкалов

Ленька вышел из маршрутного такси и огляделся. Остановка представляла собой две торчащие вверх из асфальта металлические балки с остатками крыши на концах. Его всегда удивляли подобные «шедевры», похожие на скульптуры авангардистов. Кто в России занимается таким изуверским вандализмом, а, главное, зачем? Ведь по большому счету стоять бы ей лет двести, так нет, кому-то понадобилось раскурочить. Вдобавок ко всему из разросшейся у основания травы несло мочой. Значит, пока были целы стены, данное сооружение выполняло две функции. Кроме того, как служить в ненастье и жару пассажирам укрытием, оно еще использовалось в качестве сортира. Теперь это лишь символ рабочих окраин.

С одной стороны от остова высился бетонный забор, из-за которого торчали какие-то трубы. С другой – длинное, унылое здание в три этажа, с похожими на амбразуры окнами. Нельзя сказать, что он плохо знал город, в котором вырос, но в этот район попал впервые.

– Когда эта жара кончится? – простонала вышедшая вместе с ним женщина с двумя набитыми продуктами пакетами.

– Вы не знаете, где здесь Дом культуры «Спецмаш»? – спросил он ее.

– «Спецмаш»? – переспросила она и зло фыркнула. – Нет.

Удивленный реакцией Ленька направился по пыльному тротуару. Повсюду присутствовало запустение, присущее окраинам российских городов. Бурно разросшаяся на каждом свободном клочке земли лебеда и полынь нависали из-за бордюров над дорожками, оставляя для прохода лишь узкую тропинку и пачкая ноги людей ядовито-зеленым цветом.

Ленька прошел по ней до конца забора и едва повернул направо, как нос к носу столкнулся с двумя девушками.

– Привет, девчонки! – поприветствовал он их.

– Привет, – растерялась высокая и худая, как доска, брюнетка.

– Чего надо? – насторожилась ее подруга. Она была ниже ростом. Задорный взгляд, слегка вздернутый носик, усыпанный веснушками, вызвали у Леньки улыбку.

– Вы в этом районе живете?

– Нет, потусить в это захолустье приехали, – усмехнулась длинная.

– Здесь родились, живем, тут и помирать будем, – ответила вторая. – А что?

– «Спецмаш» ищу, – он развел руками. – Дом культуры.

– Понятно, – протянула та, что повыше. – Очередной облапошенный.

– Как это? – растерялся Ленька.

– Раз только ищешь, значит, пока лишь пригласили бред послушать, – пояснила ее подружка. – Через месяц будешь как зомби.

– Это почему? – удивился он.

– По кочану, – улыбнулась высокая.

– Медом там, что ли, намазано? – вздохнула вторая. – Как парень нормальный, так сектант…

– Кто? – подумал, что ослышался, Ленька.

– Сектант, – почти по складам повторила девушка. – Или как вас там еще называют?

– Девчонки, вы о чем? – чувствуя, что они что-то знают, заволновался он.

– Да все о том, – театрально вздохнула курносая. – Чем вас там так заинтересовали, что со всего города собираетесь?

– Секс там у них, наверное, бесплатный, – прищурилась вторая. – Вот и слетаются все туда, как мухи на мед, озабоченные…

– Как это? – неожиданно вспомнив, каким образом встретился с Зоей, вконец растерялся Ленька.

– Там твой ДК, – махнула конопатая рукой по направлению, откуда они шли. – Иди уж, а то на службу опоздаешь…

Девчонки захихикали и прошли мимо.

Некоторое время Ленька смотрел им вслед, размышляя над услышанным. Что все это значит? Неужели Зоя в секте?

Оглядев облупившийся, с выцветшей на фронтоне известкой с желтым колером фасад старинного здания, Ленька взбежал по ступенькам. В огромном фойе было темно и прохладно. Он едва сделал шаг, как его окликнули.

Ленька оглянулся. Справа, у стола, стояли двое рослых парней в белых рубашках и черных брюках. Оба были аккуратно подстрижены и побриты.

– К кому? – спросил светловолосый.

– Пригласили, – пожал он плечами, не зная, что ответить.

– Кто? – похожий на квадрат парень взял со стола металлоискатель и подошел ближе.

– В смысле? – вконец растерялся Ленька.

– Адрес кто дал? – спросил второй.

– Зоя, – Ленька оробел. – Зоя Егорова.

– Кто такая? – блондин обернулся к своему дружку.

– Кличку знаешь? – устало спросил тот.

– Камасутра, – пожал плечами Ленька.

Белобрысый охранник взял со стола список и, пробежав по нему взглядом, выразительно кивнул:

– Есть!

– Так бы сразу и сказал, – парень поднес к его груди детектор и повел им вниз. Потом бесцеремонно развернул Леньку за плечо, проделал то же самое сзади и толкнул в спину: – Иди.

Ленька был удивлен. Значит, пригласив его сюда, Зоя поставила в известность организаторов намечающегося в этих стенах мероприятия. Как у них все строго! Кто они? Что здесь будет?

Теряясь в догадках, Ленька поднялся по широкой лестнице на второй этаж. Здесь, в фойе, потолок которого подпирали с десяток нелепых квадратных колонн, стояли и сидели на небольших скамейках вдоль стен люди. Все они были разных возрастов и пола. Негромко переговариваясь, эта публика словно кого-то ждала. Ленька заглянул в двери. Взору открылся огромный зал со сценой. Когда-то здесь показывали кино, но сейчас рядов с креслами не было. Несколько десятков мужчин и женщин, рассредоточившись небольшими группками, о чем-то негромко переговаривались. Двое парней устанавливали на сцене микрофон и какую-то аппаратуру.

Раздавшийся над самым ухом тихий мужской голос заставил вздрогнуть:

– Кого-то ищешь?

Ленька обернулся. Перед ним стоял лет сорока бородатый коротышка в цветастой футболке и джинсах. На шее болталась массивная серебряная цепь.

– Нет, – покачал головой Ленька, однако, тут же спохватившись, кивнул: – Вернее, да.

– Я могу помочь?

– Не знаю, – пожал плечами Ленька.

– Новичок? – продолжал засыпать вопросами мужчина.

– Наверное, – кивнул Ленька.

– Понятно, – мужчина сунул руки в карманы джинсов.

– Я Камасутру ищу, – следя за его реакцией, наконец, решился сказать Ленька.

– Камасутру? – переспросил мужчина и пожал плечами. – Не знаю такой.

Однако то, что мужчину даже не удивила кличка Зойки, говорило о том, что все члены этой странной секты имеют прозвища.

– А чем вы тут занимаетесь? – задал Ленька следующий вопрос.

– Если ты один из нас, узнаешь, – загадочно сказал мужчина.

– Резонно, – согласился с ним Ленька. – А все-таки?

– Мы ядро нового общества, – ответил мужчина. – Оно сменит старое, с его устаревшими взглядами, идеями и ценностями.