Помолвка с плачущим ангелом - Лана Синявская

Был Аркаша колдуном или нет – доподлинно неизвестно. Но клиенты у него не переводились. Было ему около шестидесяти, но ни отчества, ни фамилии никто не знал.

Казалось, он жил на кладбище всегда, обитая в старой будке кладбищенского сторожа, построенной еще в прошлом веке и сохранившейся до наших дней разве что чудом. Когда сделали новые ворота, то и сторожу поставили новенький домик неподалеку от церкви. Старую будку ломать не стали, и Аркаша воцарился здесь полноправным хозяином. Понемногу подрабатывал могильщиком, но основные деньги на жизнь получал от клиентов. Брал он немного, но голодная смерть ему не грозила.

Все это я узнала от моей проводницы, которую звали Зинкой. Она оказалась смышленой и разговорчивой, мы быстро нашли общий язык.

Покосившаяся избушка в самом деле выглядела до крайности ветхой. Прямо посреди крыльца рос красивый лопух, окна были темными от грязи, крыша заросла мхом.

Я поднялась по скрипучим ступенькам и постучала в дощатую дверь.

– Чего стучишь, заходи, – посоветовала Зинка и первая прошмыгнула в темные сени. Я последовала за ней и очутилась в крошечной комнатке. Кроме стола и кровати в углу, никакой другой мебели не было. Под потолком висели пучки каких-то трав. Возле двери валялось множество пустых бутылок.

Хозяин далеко не сразу заметил наше появление. Он был пьян. Помня о словах Зинки, я не очень-то удивилась, так как она утверждала, что дед Аркадий постоянно бывал или «пьян», или «сильно пьян». Изредка, правда, напивался до белой горячки.

Трезвым его никто и никогда не видел.

Я немного потопталась у порога, разглядывая толстого, лысоватого мужичка, сидевшего за столом возле окна. Когда мне это надоело, я громко кашлянула и поздоровалась. Взгляд его мутных глаз скользнул по моему лицу и ушел в сторону.

– Дед Аркаша, я тебе клиентку привела, – звонко сообщила Зинка.

– Проходи, раз пришла, – вздохнул хозяин, пытаясь сконцентрировать на мне взгляд. Тяжелые веки так и норовили опуститься, похоже, его неудержимо клонило в сон.

Тем не менее я решила воспользоваться приглашением и осторожно присела на стул. Зинка расположилась на перевернутом ведре. Уходить она явно не собиралась и вообще чувствовала себя здесь как дома.

Аркаша снова посмотрел на меня и внезапно оживился.

– Муж, что ли, изменяет? – поинтересовался он неожиданно.

– Да нет, – оторопела я.

– Тогда пьет, – уверенно предположил он.

– Я бы не сказала… Дело в том, что я вообще не замужем, – поспешила я прояснить ситуацию.

– А чего тогда пришла? – искренне удивился знахарь, нисколько не смутившись своими промахами.

Вопрос попал в точку. Я действительно начала сомневаться в том, что сделала правильно, явившись сюда.

– Мне кажется, что моя подруга обращалась к вам, – неуверенно сказала я. – У нее что-то не ладится с женихом, и я за нее беспокоюсь.

– Вот оно что, – протянул дед Аркадий и широко зевнул.

Я удивилась, обнаружив у него крепкие ровные зубы.

– Когда она приходила? – спросил тем временем знахарь. Сообразив, что я не клиентка, он потерял ко мне интерес.

– Кто?

– Ну, твоя подруга, разумеется.

Я ненадолго задумалась и назвала точную дату, затаив дыхание ожидая ответа. Аркаша помолчал, поскреб подбородок и покачал головой.

– Вроде, в тот день никого не было, – сообщил он.

– А как же та, на «Волге»? – напомнила Зинка.

– Ну ты скажешь, – захохотал старик. – Твоей подруге сколько лет?

– Двадцать.

– Вот. А той не меньше полтинника. Нет, не было у меня в тот день молодых. Точно тебе говорю.

– Понимаете… Я думаю, что она приходила не днем, а ночью… – ухватилась я за последнюю надежду.

– Глупости ты говоришь, – рассердился Аркаша. – Сама подумай, кто же сюда ночью пойдет? Это же кладбище, а не ночной клуб. Здесь ночью всякое случается…

Зинка, сидя в своем углу, неожиданно хихикнула. Дед Аркадий бросил на нее осуждающий взгляд.

– Чего ржешь? – подозрительно спросил он. – Кыш отсюда!

Зинка не сдвинулась с места.