Пуля из дамасской стали - Сергей Зверев

Зато Пашка, который уже успел понять, что серьезная выволочка им не светит, напротив, ощущал себя вполне комфортно и сидел с абсолютно невозмутимым видом.

– Этот Али собирал компромат на всех своих клиентов. Попали в его досье и вы, молодые люди, – продолжил гость, достал из кармана конверт, вытащил из него фотографии и положил их на стол. – Особенно один из вас. За последний год вы, можно сказать, стали там завсегдатаем. – Гость смерил Пашку внимательным взглядом, на что тот не преминул ответить скорбно-шутовской миной. Мол, увы, понимаю – грешен!

Сашка сцепил пальцы и сидел не шелохнувшись, тогда как Самарин с нескрываемым интересом перебрал фотоснимки, на которых они с приятелем были засняты в самые пикантные моменты. Он толкнул Александра локтем и протянул ему снимки, но тот сердито отмахнулся.

– Я понимаю, вы еще молоды, кровь кипит, хочется ласки, – уже почти по-отечески заговорил старший гость. – Но прошу быть осторожнее. Вы можете оказаться в такой западне, из которой не найдете выхода даже при всей вашей сноровке и храбрости. Надеюсь, этот случай станет для вас хорошим уроком. Теперь еще один вопрос. Внимательно посмотрите на этот снимок и постарайтесь припомнить, не встречали ли вы раньше этого человека. Возможно, он тоже бывал у Али?

Пашка взглянул на фото худощавого интеллигентного мужчины, в лице которого восточные черты переплетались с европейскими, и сразу же отрицательно качнул головой. А вот Журбин смутно почувствовал, что где-то уже однажды видел этого субъекта. Но где именно? Нет, не в притоне Али, это однозначно.

– Да, в нем есть что-то знакомое, – не отрывая взгляда от фотоснимка, согласился он. – Я видел его, хотя уже давненько. Но вот когда и где?..

– Обязательно постарайтесь вспомнить! – попросил начальник «Мухабарата». – Для нас это очень важно.

Закрыв глаза, Сашка мысленно перебирал в памяти самые разные лица и вдруг… Точно! Оказывается, вот где все было!

– Этот человек летел с нами одним рейсом из Москвы еще в июне, – сказал он, положив снимок на стол.

– Вы в этом уверены? – Гости переглянулись.

– Абсолютно! Я еще тогда подумал: «Смотри-ка, прямо копия Тома Круза!»

– Верно. – Начальник районного отдела удовлетворенно кивнул. – Его кличка и в самом деле Том Круз. Это международный террорист, агент ЦРУ Ибрагим Малик. Ну что ж, вы нам очень помогли, за что мы весьма признательны вам. Эти снимки из притона мы оставляем как напоминание о необходимости соблюдать осторожность. Не беспокойтесь, негативы сегодня же будут уничтожены. Это я вам обещаю. Или, может быть, подарить и их? – рассмеялся он.

– Нет, не надо! – Сашка уже несколько пришел в себя и краем глаза поймал взгляд гостьи.

Женщина чуть заметно улыбалась и смотрела на него. Это он почувствовал сразу. В ее взгляде не было осуждения, чего так боялся Сашка, зато имелся, как ему показалось, какой-то интерес.

Когда встреча закончилась, Таранов приказал героям немедленно идти на обследование в амбулаторию. Первым на прием пошел Самарин. Минут через пятнадцать он вышел с кислой физиономией и белоснежной повязкой на предплечье.

– Блин, всю задницу уколами истыкала! – горестно пожаловался он. – Тебе-то ничего этого не светит.

Сашка вошел в помещение амбулатории, пропитанное специфическим запахом, сел на стул, предложенный Екатериной Васильевной, и воззрился на свою карточку, заполняемую ею характерным «медицинским» почерком, который без специального переводчика непосвященным не понять.

– Ну-с, Александр Журбин, давай тебя посмотрим… – отложив авторучку и вставив в уши блестящие рога фонендоскопа, объявила докторша и тут же приказала ему снять рубашку.

Хозяйка кабинета прослушала сердце и легкие, помяла на кушетке живот пациента, прощупала мышцы и суставы. По завершении осмотра она объявила, что он здоров как бык. Сашка поднялся, быстро оделся и собрался уходить.

Неожиданно Екатерина Васильевна негромко спросила:

– А что это вы надумали бегать по всяким притонам к местным одалискам? Вам что, здесь женщин не хватает?

Журбин даже несколько опешил от этого вопроса. Он взглянул на докторшу так, как если бы увидел ее впервые. До него вдруг дошло, что это вообще-то и не Екатерина Васильевна вовсе, а Катя, которой чуть за тридцать. Она весьма привлекательна, и если бы не ее излишне строгий взгляд настоятельницы женского монастыря, то…

– Да, женщин тут хватает, только уж очень они неприступны, – ляпнул он первое, что пришло на ум.

– Совсем еще мальчишка, который так и не научился понимать женщин. – Она отчего-то вздохнула и безнадежно махнула рукой. – Иди уже, Казанова ты наш!

Он вышел на крыльцо к Пашке, маявшемуся там в ожидании. Тому не терпелось убедиться, что не его одного постигла печальная участь, хотя бы пара уколов выпала и на долю приятеля.

Сашка понял настроение Самарина, рассмеялся и неожиданно для себя самого ответил в его же манере, чем немало удивил знакомца:

– Знаешь, Паша, что мне сейчас пришло на ум? Скорее всего, в этом мире невозможно сделать только три вещи: наполнить бездну, поймать рукой солнечный зайчик и до конца понять женщину.