Ритуал возмездия - Александр Тамоников

— Какая разница, Кара?

— Нас в свое время этому не учили.

— Сам знаешь, все течет, все изменяется! Что дальше, проводник?

— Привал! Пусть люди, где залегли, там и отдохнут. Ну а потом – спуск!

— Надеюсь, не по расщелине?

— Нет! Взгляни на склон. Спуск будет намного легче.

Богаев оказался прав. После получасового отдыха группа спустилась легко, перед этим закрепив и сбросив в пройденную расщелину трос, дабы облегчить и обезопасить подъем группы майора Лукина, идущей следом.

Хотя и говорят, что спуск в горах тяжелее подъема, это не совсем так. Все зависит от местности. И если на путь вверх бойцам «Вихря» потребовалось более двух часов, считая привалы, то спустились они за полчаса. Растянувшись в цепь, однако сохраняя при этом структуру группы – боевыми двойками.

Дно ущелья в этом месте было ровным, лишь кое-где хаотически разбросаны каменные глыбы, сорвавшиеся со склонов перевалов, но в основном ближе к противоположной стороне, у неширокой, мелкой, но быстрой речушки, носившей, как и аул, название Гуни. На участке временной дислокации ширина дна ущелья составляла от пятидесяти до ста метров. Растительности не было. Ущелье хорошо просматривалось через бинокль и оптику винтовок. Посторонних, на удалении до километра, ни на дне, ни на склонах в обоих направлениях замечено не было.

Майор Горелов приказал:

— Группа! Всем ко мне!

Офицеры и прапорщики подошли к командиру.

— Движение по ущелью походное, обычное, за исключением порядка построения, двойкам идти в шахматном порядке. Замыкающей разделиться и двигаться в арьергарде вдоль склона и реки. Наблюдение и контроль тыла. Внутренним – так же, вдоль склонов, контролируя противоположные от себя стороны, я с проводником впереди. Меня страхует Бунин. Дистанция прямого контакта, но не ближе ста метров, если позволит рельеф этого каменного мешка. Начало движения по моей команде, а пока оправиться и приготовить весь арсенал к отражению возможной атаки противника. Разойдись!

Горелов отошел к реке, вызвал Лукина:

— Ты на вершине?

— Да, черт бы побрал эту расщелину, хорошо, что ты догадался трос сбросить! Ума не приложу, как вам удалось подняться!

— Там и оставайся! Укройся, жди отряд Кулана, пропусти его. После доклада мне следуй за замыканием противника, не вступая в контакт.

— Мне не отсекать его?

— Пока не знаю! Окончательное решение сообщу позже, начинаю движение по ущелью. При получении тревожного сигнала…

— Знаю, Дима, все знаю. Тут же иду к тебе!

— Соображаешь!

— Как учили.

— До связи, Эфа-2!

— Счастливого пути!

Вернувшись к Богаеву, Горелов сказал:

— Ну что, Кара, идем к твоим пещерам?

— Вы были на связи с командиром?

— Ты считаешь, я должен отчитываться перед тобой? – спросил Дмитрий.

— Нет, конечно! Но если вы решили применить большие силы, то лучше мне об этом знать. Мы сменим тактику, исходя из численности отряда, отправленного на Кулана.

— Кара! Менять ли тактику, следовать ли твоим советам или действовать самостоятельно, буду решать только я, запомни это! Твоя задача – вывести группу на Гуни и дать на местности ответы на те вопросы, которые у меня возникнут. Уяснил?

— Уяснил.

— Вот и хорошо, веди в пещеры.

— Я готов.

Горелов коротко приказал:

— Группа, за мной, вперед!

Диверсионно-штурмовое подразделение, разойдясь согласно распоряжению майора Горелова, начало марш.

Часы показывали 9-52.

А на удалении в десять километров, южнее, по тому же ущелью в сторону Гуни продвигался передовой дозор полевого командира Кулан-Бека! Десять человек на двух открытых автомобилях «УАЗ-469». Сам главарь банды находился в основной, численностью в двадцать пять штыков, группе своих боевиков, преимущественно афганских наемников. Кулан с ближайшей охраной ехал на джипе, его моджахеды на грузовом «ГАЗ-66». Замыкал колонну арьергард в составе пятнадцати человек, используя три «УАЗа». Двигались бандиты медленно, пять-семь километров в час, соблюдая дистанцию прямого визуального контакта, внимательно следя за окружающей местностью. Встреча у Кадыра была назначена на 14-00, поэтому Кулан не спешил, да и ущелье не способствовало более скорому передвижению. Он постоянно связывался по рации с аулом. Ближайшие подходы к дому Кадыра были под контролем. Горные посты на склонах спускающихся к селению хребтов контролировали дальние подходы, соседний аул Арас. В «зеленках» с запада и востока также были бойцы Кадыра. Место встречи заблокировано, как всегда, когда в Гуни заезжал Кулан.

Опасности Кулан-Бек не ощущал. Он знал, что спецназ ищет его с Джумой в глубине гор, а они тут, почти в долине. Пусть ищут! Кулану надо забрать своих раненых, продовольствие, дождаться друга, который, пощипав частью своих сил аргунские блокпосты, с отборными силами прибудет к Кулану в Гуни.

Ну а потом подойдут остальные сотни! И Кулан-Бек с Джумой-Бандитом пятью сотнями пойдут на райцентр. С задачей выбить оттуда русских, провести свой короткий суд над теми, кто продался гяурам, и ночью уйти в горы, разбившись вновь на мелкие отряды. Показав тем самым, что на этой земли они, Кулан и Джума, истинные хозяева. А не какой-то там Масхадов со своим разрозненным и полным противоречий, кочующим штабом! Только Кулан и Джума способны, при поддержке извне, естественно, эффективно воевать с армейскими подразделениями федералов, затягивая эту кому-то очень выгодную бойню. А значит, и деньги, и оружие, и власть перейдут к ним. Они, Кулан и Джума, должны возглавить священный джихад.

Прикурив косяк отборной анаши, Кулан-Бек расслабился в сладостных размышлениях. Ко всему прочему в одном доме в Гуни, в семье бывшего учителя, подросла и распустилась прекрасным бутоном молоденькая Айни! Пора познать и ее ласки. И забрать с собой. Все и все должны служить защитникам истинного ислама! Их воля – закон! Так будет вечно! А он, Кулан, – Хозяин! Пока еще селений горного юга и деля власть с Джумой, но так будет не вечно! Дорогой друг свободно может стать жертвой случайной пули или острого клинка убийцы-наемника. От этого никто не застрахован, береги его, аллах! Сейчас Джума нужен Кулану. Нужны его отряды, его наемники, его опыт, авторитет, его связи. А вот потом? Потом да пусть будет так, как угодно всевышнему!

Через два часа ущелье сузилось метров до тридцати, река заняла половину дна, суша покрылась сплошными каменными завалами. Горелов, шедший с Богаевым, спросил:

— Кара, Кулан наверняка не пешком следует в Гуни?

— Вы правы, у Бека машины.

— Как же он тут пройдет на них? Или будет расчищать дорогу?

— Думаете здесь устроить ему засаду?