Брат за сестру - Александр Тамоников

Рабочий день давно закончился, но в кабинете заместителя начальника управления за плотными шторами горел свет.

– Присаживайся. – Полковник Атаманов выглядел печальным и уставшим. – Подожди минутку, сейчас спроважу секретаря. – Он взял трубку: – Ирина Александровна, идите домой. Я еще поработаю.

Затем что-то пощелкал на селекторе, подошел к компьютеру, включил его. Минутку посидел в служебном смартфоне, закрывая ненужные приложения и открывая нужные. Потом с кряхтением поднялся, подошел к стеклянному книжному шкафу. Про этот муляж Олег давно знал. За «нарисованными» папками и скоросшивателями таился бар. Полковник извлек оттуда бесхитростный армянский коньяк, два бокала. Пристроился рядом за журнальным столиком, разлил поровну.

– Давай, майор, уже можно, рабочий день закончился. А у тебя и вовсе не начинался.

– Вашими молитвами, Егор Тимофеевич.

– Ладно, не дерзи. Чокнись со стариком…

«Старику» едва стукнуло пятьдесят пять. Но на этой безумной работе год считался за три. Коньяк был хорош, и в кабинете у куратора было уютно. По стеклу стучали дождевые капли.

– Ну, как ты, рассказывай. – Атаманов извлек из стола увесистый апельсин и принялся сдирать с него шкуру. «Еще один реквизит долгого спектакля», – подумал Олег.

– В Заславле кукую, – пожал он плечами. – Может, женюсь скоро.

– Не шутишь? – изумился полковник. – Молодец, майор, хвалю, только прибыл в Заславль, и уже жениться. И как у вас? Трения каждый день? Простыни дымятся? – подмигнул он.

– Вроде того, – кивнул Олег. – Самое главное в этой истории то, что умирать, в связи с вышесказанным, я не собираюсь. Улавливаете мысль?

– Ну да, это было бы жестоко по отношению к даме твоего сердца, – согласился Егор Тимофеевич. – Я понимаю твои метания, майор. Случись с моей родней что-то подобное, умом бы тронулся.

– Может, перейдем к делу? – предложил Олег. – Вы уже подготовили почву?

– Можно и к делу, – задумчиво пробормотал куратор, наполняя бокалы по второму разу. – Держи емкость, майор. И слушай. В свое время я учился в академии вместе с сирийцем Надимом Бахузом. Абсолютно нормальный был парень, таким и остался. Только русский язык ему давался сложно, больше шпарил на английском. Грамотный, толковый офицер. Сейчас он заместитель начальника разведки в армии Башара Асада. Звание – полковник. Сидит не в Дамаске, кочует с войсками. Вчера был под осажденным Алеппо, сегодня передислоцировался в Эль-Баб. Лично собирает и обрабатывает поступающие разведданные. Имеет широкую сеть агентов на подконтрольных террористам территориях. Окружен специалистами и надежной охраной. Работает, кстати, в тесном контакте с нашими ВКС. При нужде его всегда прикроют с воздуха. Бахуз рискует: линия фронта постоянно меняется, воюют все кому не лень, вплоть до бедуинов, сегодня он может находиться в тылу своих войск, а завтра – отрезанным от всех коммуникаций и уничтоженным. Но это лирика и военные будни. Полковник Надим Бахуз занимается сбором информации по трафику наемников из Европы через Турцию и ближневосточные страны – Аравию, ОАЭ, Катар, через Ирак, Ливан, а также группировками ИГИЛ, имеющими в своем составе группы подготовки шахидок. Утром я отправил ему присланные тобой фото – нужно было убедиться еще раз. Ответ от Бахуза пришел несколько часов назад. Есть такая девушка в Аль-Фарадже – во всяком случае, очень на нее похожая. Это курсы обучения смертниц… прости, майор, на улице Эль-Шааба, в одном из цехов разбомбленного лакокрасочного завода. Это информация от внедренного в ИГИЛ агента полковника. Кадр ценный – возит главаря отряда. Расслабься, информацией о том, что шахидок скоро пустят в дело, пока не располагаем. Процесс обучения в разгаре. Помимо учебы курсистки участвуют в патрулировании улиц, следят, чтобы местные гражданки соблюдали нормы шариата. Возможно, не всех из них отберут в смертницы – ценными воительницами жертвовать не будут…

– Допустим, я проехал в Сирию, – буркнул Олег, – куда мне нужно попасть?

– Время встречи синхронизируем, чтобы никому не пришлось долго ждать. Переход границы, скорее всего, состоится у турецкого селения Акчакале – для ИГИЛ это самая безопасная точка. Группы с севера стекаются в основном туда, у экстремистов там все куплено. Турецкие власти все знают, но делают вид, что не знают. Тебе придется избавиться от сопровождающих лиц и выйти к городку Хаман, который находится в 15 километрах от границы с Турцией. Проштудируй карту, нужно знать ее с закрытыми глазами. А заодно Коран полистай, не повредит, – усмехнулся полковник. – Увезут на другой пропускной пункт – весьма прискорбно, но все равно ты должен добраться до Хамана. К западу от городка в небольшой роще тебя будет ждать помощник Бахуза – капитан Али Самери. Тоже интересный кадр. Ему под сорок, но выглядит моложе. Представь известного грузинского актера, убери харизму, породу – получится Самери. Учился в России – в столичном военном училище, отлично шпарит по-русски. По уверению Бахуза, превосходный разведчик, знает местность и идеально ориентируется в местных межэтнических и религиозных сплетениях. Для тебя – лучший вариант. Но на подходе ты должен связаться с ним по телефону. Запомни номер. – Атаманов открыл в смартфоне соответствующее сообщение и показал Олегу вереницу цифр. Майор запомнил. – Но здесь загвоздка, Олег, ты должен придумать, где добудешь телефон. Мобильник у тебя отнимут еще в России, в лучшем случае – в Турции.

– Это моя проблема, – проворчал Олег.

– Причем не главная, – поддел полковник. – Тебе придется довериться Самери, он знает, что делать. Дальше будешь действовать по обстановке. Самери, Бахуз… больше никого не посоветую. Захочешь связаться с нашими военными – только через этих людей. А вот тебе большая проблема – деньги придется тратить собственные. Причем огромные. Это тысячи долларов, майор. Переправка не бесплатная. Война за веру, знаешь ли, стоит многого…

– Хорошо, я сниму, сколько нужно, – кивнул Олег, – переведу в валюту. Как добраться до Турции?

– Ну ты даешь! – удивился полковник. – Откуда мне знать? Я как-то не работаю в агентстве, вербующем боевиков ИГИЛ.

– Кто знает?

– Знает тот, по кому рыдают несколько статей УК РФ. Прошу к компьютеру. – Полковник, кряхтя, поднялся с кресла и, не выпуская бокал, побрел к компьютерному столу. Соответствующая закладка, видимо, была – открылся сайт на русском языке. «Вояж!» – размашисто сообщала шапка. Мерцали рекламные баннеры, фотографии с пальмами, синим морем и минаретами. – Знакомься, майор, перед тобой сайт вербовщиков, замаскированный под турагентство. Адреса нет – ни фактического, ни юридического, общение с работниками фирмы только виртуальное. Контора организует туристические поездки в Турцию – причем необязательно на море. Будь это реальная турфирма, она схлопотала бы крупный штраф. Контора занимается только вербовкой. Тем, кто «ошибся адресом», отказывают под всяческими деликатными предлогами.

– Неужели? – удивился Олег. – Вы знаете и терпите? Позволяете вербовщикам работать у вас под носом?

– Контору только вычислили, – объяснил Атаманов. – Отслеживали связи не только виртуальных вербовщиков, но и тех, кто работает в реале. ФСБ уже собралась прикрыть лавочку. Но я вмешался после твоего вчерашнего демарша, попросил повременить пару дней. Чекисты поскрипели зубами, но согласились. Выходит, тебе повезло, майор. Тебя благополучно переправят, а на следующий день лавочку прикроют.