Пятнадцать дней в Африке - Анатолий Сарычев

– Самых лучших бойцов забираете, Дик! Мне нравится ваш подбор людей! – похвалил капитан Снейк, махнув рукой.

Вертолет взревел двигателем и взлетел.

В открытую на американский манер дверь вертолета врывался свежий ветер.

На всякий случай Клим пристегнул привязной ремень к поясу и приготовился к долгому полету, но не тут-то было.

– Командование решило принять ваш план защиты водохранилища. Машина пойдет по плато, выполняя отвлекающий маневр для противника, а вы пойдете по протоке на резиновой лодке. Вам надо продержаться всего недели три, после чего получите свои деньги. Мы вас забросим миль на тридцать к северу, а там вас будет ждать лендровер с проводником, который и доставит вас к протоке.

– Насколько я помню карту, по прямой до водохранилища миль двести. Это меньше часа лету, – попробовал поторговаться Клим.

– Тут большая политика. Мозамбик и Ангола посылают на нашу территорию террористов, шпионов, а мы не можем выставить на границе даже регулярные части. Сразу поднимают вой все газеты, что мы готовим вооруженное вторжение на территорию независимого государства.

По данным разведки, на приграничных территориях Мозамбика по горам идет группа в количестве десяти человек для проведения диверсии на плотине водохранилища. Поэтому я не стал возражать против участия Таббса в операции, тем более что он там бывал, хотя он позарез нужен на другом участке фронта.

Я вам скажу больше: так как ваша операция очень важна, Ангола совместно с коммандос планирует провести операцию с применением воздушно-десантных сил. Там воюют такие же наемники, как и вы. Командование с помощью передвижных зенитных комплексов хочет сбить самолеты над нашей территорией и тем самым доказать всему цивилизованному миру, что мы мирные люди и на нас нападают агрессоры.

Кубинцы могут разделаться с нашей маленькой армией за сутки, но никто не возьмет на себя ответственность за такие боевые действия. У них больше чем двойное превосходство в живой силе, не говоря о качестве оружия. Советский Союз поставлял много лет Кубе, Анголе, Мозамбику самое современное оружие, а нам приходится довольствоваться списанным, – тяжело вздохнул капитан.

– Будем воевать тем, что дают! – бодро сказал Клим.

Русский боевой пловец воюет в качестве наемника на стороне Южной Зауру! Защищает апартеид! Ни одна комиссия не примет в расчет сложившиеся обстоятельства! В лучшем случае до конца дней придется охранять льды Северного Ледовитого океана от вражеского вторжения! Это в самом идеальном случае, а про худшее не хотелось и думать. Клим до того ушел в свои мысли, что не заметил, как замигала синим светом лампочка над выходом.

– Приземляться не будем! Пройдем на высоте метра два над землей. Время поджимает! Вот ваши документы! По ним вы мирные ученые из Великобритании, которые занимаются исследованием миграции рыб на водохранилище. Это искусственное сооружение, вот и надо посмотреть, что там с рыбами. Документы настоящие, выписаны в Булавайо в прошлом году. Так что теперь ты гражданин Великобритании, поздравляю.

– Но я… – попробовал возразить Клим.

– Не парь мне мозги. Я знаю, что ты водолаз с русского корабля. Ван Вейс все мне рассказал. Вертолет, который тебя с Вейсом засек на острове, мозамбикский. Мы кое-что у них покупаем, и они нам помогают, по мере сил. Наши государства такие маленькие, что большие акулы типа Америки, Англии, Китая могут нас запросто проглотить, но мы стараемся маневрировать, и у нас неплохо пока получается! – закончил на бравурной ноте капитан, забирая из рук Клима автомат.

– Зачем мирному английскому ученому израильский автомат последней модификации?

Засунув документы за пазуху, Клим отстегнул страховочный ремень и подошел к открытой двери, у которой стояли Таббс и Родс, выбрасывая снаряжение.

Вертолет шел метрах в двух от поверхности со скоростью километров тридцать в час.

Выпрыгнув, Клим перекатился через голову и встал на ноги.

Следом за ним от черной туши вертолета отделились три темных фигуры и покатились по земле.

Одна из фигур осталась неподвижной, а две бодро встали и побежали к Климу.

– Возьмите лежащего! – громко крикнул Клим, стараясь перекричать гул вертолета.

Одна из фигур, более высокая, вернулась к лежащему человеку и, взвалив на плечо, побежала к Климу.

Первым добежал до Клима маленький Таббс.

– Ван Вейс без сознания, сейчас Родс принесет его! – доложил минер, вытаскивая из кармана пачку сигарет.

– Отставить сигареты! – приказал Клим, забирая пачку.

– Три часа не курил, сил нет терпеть! – пожаловался Таббс, сделав жалостливое лицо.

– Маленьким вредно курить! – съязвил Родс, сваливая прямо под ноги Климу Ван Вейса.

Быстро ощупав тело южноафриканца, Клим не нашел видимых повреждений. Сердце Ван Вейса билось ровно, но в сознание он не приходил.

– Тащить его у меня нет никакого желания! Давайте просто пристрелим! – предложил Таббс, вытаскивая пистолет.

– Действительно, зачем он нам нужен? Место, где находится водохранилище, мы знаем, а тащить лишнюю тяжесть по жаре – лучше самому застрелиться! – поддержал Родс своего приятеля.

– Звук выстрела далеко разнесется по плато, и вы проживете ровно на сутки больше меня, – не открывая глаз, сообщил Ван Вейс.

– Слава всевышнему, что ты хоть говорить можешь! – обрадовался Клим.

– Эта черная макака так меня трясла на плече, что, будь я даже мертвым, все равно должен ожить! – слабым голосом сказал Ван Вейс и попытался приподняться.

Дернувшись, он откинулся на землю, и если бы не подставленная ладонь Родса, то Ван Вейс имел шанс получить серьезную травму.

– На бок ты его правильно положил, – одобрил действия Родса Клим.

– При сотрясениях головного мозга часто возникают рвотные явления. Больной может захлебнуться в собственной блевотине. Этот белый ублюдок никому не прощает подлости, но и всегда помнит добро, – пояснил Родс.

– Дай закурить, и я через минуту поставлю твоего белого друга на ноги, – пообещал Таббс, залезая в нагрудный карман своей рубашки.

– Я сам обеспечу светомаскировку, только помоги! – взмолился Клим.

Быстрое движение, и рука Таббса зажала ноздри Ван Вейса. Тому волей-неволей пришлось открыть рот, куда мгновенно метнулась вторая рука Таббса.

Ноздри были отпущены, но рот перекрыт второй рукой.

Ван Вейс забился в конвульсиях, но на него мгновенно прыгнул Родс, придавив его своим телом. Секунд тридцать Родс удерживал тело Ван Вейса, после чего слез с него.

– Вы, черные ублюдки, засунули такую гадость мне в рот, вкуса которой я не забуду до конца жизни! – заявил Ван Вейс, тряся головой. – По сто фунтов – и мы в расчете? – предложил он, бодро вскакивая на ноги.