Мастер ближнего боя - Александр Тамоников

Феликс встречал Каракурта у самого трапа. Рядом стояла служебная «Ауди».

После обоюдных приветствий Феликс предложил Станиславу прогуляться тут же, у самолета, по летному полю.

– Феликс, что произошло? Почему меня сняли с акции? Я сделал что-то не так?

– Нет, Стас! Работа твоя высоко оценена, дело здесь совсем в другом. Наберись мужества! Я знаю, что ты человек сильный и должен воспринять то, что я тебе скажу, достойно.

– Да что за дела, Феликс? Что ты кружишь вокруг да около?

– ...У тебя погибла семья, Стас!

– Что?.. Погибла?.. Люда... и Даша?.. Стой, стой, Феликс. Ты о чем? О чем ты говоришь? Они же... Нет! Этого не может быть! Понимаешь? НЕ МОЖЕТ! Зачем ты так говоришь, Феликс?

– Стас! Приди в себя! Будь мужчиной, Стас!

– Погибла семья... – смотря на друга непонимающим взором, повторил Каракурт.

– К сожалению, Стас, это так! И мне очень жаль, ты же сам знаешь...

– Подожди, Феликс, подожди, – Кауров, потирая рукой лоб, отошел немного в сторону. Постепенно смысл страшной новости начал доходить до него. – Боже! Люды и Даши больше нет? Но... как же это так? Что произошло, в конце концов?

Не оборачиваясь, он спросил:

– Несчастный случай? Авария?

– Нет! Это не несчастный случай!

– Нет? – Каракурт резко повернулся. – Тогда что?

– Их убили, Стас!

– Что?.. Убили?.. Кто?.. Ты, ты... это серьезно?

– Неужели я стал бы сейчас шутить?

– Господи!!!

Каракурт пытался взять себя в руки, что всегда и при любых обстоятельствах ему удавалось, но сейчас не мог. Окружающий мир для него на какие-то мгновения перестал существовать. Мысли кружились, как снег, разлетались в разные стороны, а в сознании, словно вспышки сигнальных ракет, загорались два имени: Люда и Даша... Его жену и дочь какой-то подонок лишил жизни! Это невозможно!

Кауров пошел по летному полю в сторону выхода, не обходя лужи, не замечая дождя, который лил не переставая.

Сопровождающий Феликса водитель спросил:

– Что это с ним, товарищ полковник?

– Горе у него большое!

– То-то я смотрю, пошел как невменяемый. Вернуть бы его? А, товарищ полковник? Так и до беды недалеко!

– Вернуть? – задумался Феликс. – Нет! Не стоит! Пусть сам справится с горем. Только вот что... Ты ключи от машины мне оставь и иди за ним. Чтобы чего не произошло. Если что, подстрахуешь! Понял?

– Так точно!

Водитель, крепкий и высокий прапорщик, отдал ключи и пошел следом за Каракуртом.

– Да! – остановил его Феликс. – Когда подполковник прибудет домой, не выпускай его из виду.

– Понял, товарищ полковник! В общем, я за ним до утра понаблюдаю. Все равно моя смена только началась.

Наутро в резиденцию прибыл совсем другой Каракурт. Замкнутый, холодный, напряженный. Страшная ночь оставила тяжелые следы: густая шевелюра с редкой проседью стала почти полностью белой, морщины рассекли лицо, как трещины сухую землю.

Прапорщик доложил Феликсу, что подполковник Кауров дошел пешком прямо до своей квартиры. А это часа четыре под дождем! В квартире ночью стояла тишина, так что прапорщик Скоробогатов даже немного встревожился. Но войти в квартиру никакой возможности не было, на звонки Каракурт не отвечал, а ломать металлическую дверь?! Утром, однако, Кауров спокойно вышел из подъезда и направился к метро.

Приехав в управление, Каракурт сразу поднялся в кабинет генерала. Следом вошел Феликс. Кауров начал доклад:

– Товарищ генерал-лейтенант...

– Брось, Стас! Сам-то как? – прервал официальный рапорт Валентин. – Отошел хоть немного? Или, может, тебе пройти курс реабилитации? Лекарства там всякие, процедуры?..

– Лекарства? Для меня теперь есть одно лекарство – головы ублюдков, убивших мою семью.

– Понимаю! И поэтому принял решение на проведение особой, негласной, но полномасштабной операции по поиску и ликвидации преступников. Действовать будем автономно, без сотрудничества с органами МВД. Мы найдем этих уродов, Стас!

– Спасибо, – только и произнес Каракурт сжатыми губами.

Феликс положил руку на плечо друга:

– А теперь, Стас, ответь-ка мне на один вопрос.

– Задавай!

– Некий Лобанов знаком тебе? Константин Владимирович?

– Костя? Конечно! Мы дружили семьями!

– Так вот, убийцы охотились за семьей Лобанова, но твои случайно оказались на его даче в ту трагическую ночь.

– Как понять, случайно? И почему охотились за Лобановыми? И кто, наконец?

Феликс рассказал Каурову, как и почему его жена и дочь оказались на даче Лобанова. Каракурт задумался. Затем, словно сбрасывая с себя некое наваждение, проговорил:

– Не могу поверить! Это бред какой-то! Кому потребовались жизни семьи Лобановых? Моей семьи?

– Твоих убивать никто не хотел, это трагическое совпадение. А вот за Лобановым охотились не случайно. Главный убийца, организатор этого дьявольского преступления, тебе должен быть известен.

Каракурт удивленно посмотрел на Феликса:

– Даже так? И кто он?

– Некий Али Комолов.

– Комолов? Постой, постой, знакомая фамилия...

– Чехословакия...

– Все! Вспомнил! Дезертиры и убийцы, братья Комоловы. Одного из них при захвате завалил Костя! Второго, старшего, взяли живым. Но его же приговорили к смертной казни!

– Верно. Но не расстреляли. Высшая судебная инстанция заменила смертный приговор пятнадцатью годами лишения свободы. Он не так давно вышел на волю и начал мстить за гибель брата.

– Ну и новость ты мне преподнес, Феликс! Трудно поверить. Но если все обстоит так, как ты говоришь, то Комолов долго не будет прятаться. Поняв, что допустил ошибку, он вновь выйдет на «тропу войны», но теперь уже будет более осторожен.

– В операции предполагается задействовать нас с тобой, Лобанова да еще при необходимости ребят из особого резерва генерала.

– Понял.

– С чего начнем, Стас?

– Сначала в морг.

– Может, не надо хотя бы сейчас! Я тебе сразу не решился сказать, там страшная картина... издевались. Давай потом?

– Нет! Я все должен узнать и увидеть сегодня!