Гнев смотрящего - Евгений Сухов

– Береженого бог бережет, – сказал Герой Социалистического Труда Федор Кузьмич Данилов, директор из Екатеринбурга.

– В наше время осторожным надо быть, – поддержал его Алексей Михайлович Лобанов из Челябинска, тоже заслуженный человек.

Они сидели в мягких креслах вокруг покрытого льняной скатертью приземистого столика, на котором в окружении четырех пузатых бокалов красовалась большая бутыль отборного дагестанского коньяка «Нарын-Кала», не бывающего в широкой продаже. Лобанов потер руки:

– Дагестанский – это хорошо! Я отборный дагестанский больше армянского уважаю.

– А я «отборный» русский предпочитаю литературному. Особенно на работе, – брякнул Данилов. – А никуда не денешься, наш народ только его и признает.

Лобанов, оценив юмор собеседника, рассмеялся и, потирая руки, закряхтел:

– Ну, Кузьмич, наливай!

– Дагестанский и подделывают меньше, – заметил Данилов, разливая по рюмкам душистый маслянистый напиток.

Алексей Михайлович застонал от удовольствия, вбирая ноздрями разлившийся по комнате аромат. Из кухни появился охранник, поставил на стол блюдо с нарезанными лимонами, открытую коробку шоколадных конфет, пепельницу и вновь скрылся на кухне.

– Закуска такая, как вы просили, – развел руками Игнатов. – Может, хотите чего-нибудь посущественней – сейчас организуем…

– Не надо, Владислав Геннадьевич, – отказался Лобанов. – Мы в думской столовой пообедали.

– Хорошая столовая, – согласился Данилов, – но больно уж дорогая. Никаких командировочных не хватит.

– Значит, здесь у вас будет как бы продолжение десерта, – усмехнулся Игнатов, поднимая рюмку. – Ну, ваше здоровье! – чокнулся он с гостями и с Платоновым.

Какое-то время все сосредоточенно смаковали благородный напиток. Затем заговорил Варяг. Обращаясь к гocтям, он сказал:

– Как вы знаете, в «Госснабвооружении» я работаю недавно. Не собираюсь делать вид, будто я крупный специалист в промышленной политике – пока я, в сущности, дилетант. Однако по долгу службы мне приходится анализировать ход дел в концерне и те проблемы, которые перед ним встают. Концерну, которым мы с Андреем Егоровичем Платоновым руководим, небезразлично также и положение крупных предприятий, подобных вашим. Думаю, что и вы, в свою очередь, заинтересованы в нашей успешной работе…

– Само собой! Куда же мы без вас! – живо откликнулся Лобанов.

– Заказов мало даете, – закусывая, с упреком сказал Федор Кузьмич.

– Согласен, – кивнул Варяг, – могли бы давать больше. Однако для этого надо распутать целый клубок проблем. Оплачивать заказы мы можем из двух источников: теми деньгами, которые мы получаем из бюджета, и доходами от собственной деятельности, то есть от экспорта вооружений. Из бюджета нам дают все меньше и меньше. Да и наша экспортная деятельность встречает все больше препятствий. Я работаю недавно, но уже успел столкнуться с целым рядом необъяснимых фактов, когда мы не попадаем на международные оружейные ярмарки, когда конкурсы на поставку оружия проходят без нас, когда уже изготовленные и оплаченные товары застревают в пути и не доходят до потребителя, когда наши заявки постоянно опаздывают и не попадают в нужное место и в нужное время… По мере возможности я пытался разобраться в наиболее вопиющих случаях и могу вам заявить: препятствия совершенно сознательно создаются чиновниками федерального уровня. При этом, разумеется, конкретных виновников саботажа в недрах аппарата найти невозможно.

– Это точно, – желчно рассмеялся Лобанов и одним махом опрокинул рюмку в рот. – Иван кивает на Петра, Петр кивает на Ивана и все шито-крыто, все концы в воду!

– Да, у них все отработано, – со вздохом подтвердил Данилов.

– И силовые структуры нам не помогают, – продолжал Владислав. – Словом, необходимо хорошенько перетряхнуть всю систему управления государственной машиной, однако нужных рычагов для этого у нас не имеется. Во всяком случае, пока нет. Смена гoсударственного аппарата – всегда вопрос политический.

Варяг многозначительно посмотрел на Платонова. Директора же разом открыли рты, собираясь что-то сказать, но Владислав Геннадьевич поднял руку:

– Я еще не закончил. Я предлагаю ясно осознать, что, если заниматься только экономикой, мы далеко не продвинемся. Я предлагаю самим активно включиться в политическую деятельность и создать свое политическое движение.

– Вон вы куда хватанули! – воскликнул Лобанов. – Политическое движение!

Данилов закряхтел, почесал в затылке седую прядь и наконец промолвил:

– Поссорюсь с верхами, а на мне завод. Как тогда быть?

– Ни с кем не надо ссориться – по крайней мере сейчас, – возразил Варяг. – Можно создавать гуманитарные и благотворительные организации, но работать в них будут наши люди и выполнять те задачи, которые мы перед ними поставим. И вообще, пока не стоит спешить оформлять что-то на бумаге. Сейчас главное – это поиск людей, обладающих определенными возможностями. У кого-то есть деньги, у кого-то связи в средствах массовой информации, у кого-то контакты во властных структурах… Мы должны объединить все эти силы вокруг себя.

Платонов внимательно слушал Владислава Геннадьевича, многозначительно в знак согласия кивая головой, как бы приглашая двух директоров-собеседников согласиться с мнением своего коллеги.

– А что, – сказал Лобанов после минутного раздумья, – мне это нравится. Мы на производстве как резиновая Зина – все, кому не лень, нас имеют, а мы только кряхтим иногда. Пора самим влиять на ситуацию.

– Не привыкли мы к этому, – осторожно заметил Данилов. – Мы отродясь политикой не занимались. Как бы впросак не попасть.

– Федор Кузьмич, странно вас слушать, – удивился Варяг. – Вы же директор, ваша работа – управлять людьми. Вы же не можете на заводе сами все делать, правда? Ну и в политике так же – ищите надежных людей, задавайте им направление деятельности, и они сами сделают все без вас.

– Газеты все у нас под банками… – задумчиво протянул Данилов.

– А у тебя что, зубов нет? – живо откликнулся Лобанов. – Если банк сильно выпендривается, скажи, что перекинешь свои счета в другой банк. У тебя ж на счетах миллиарды! Посмотришь, как они запрыгают. А то просто возьми и свой банк создай!

– А мы в нем поучаствуем, – весело улыбнулся Варяг. Он не спеша наполнил рюмки до краев и спросил: – Ну что, двинемся в политику? Сразу говорю: отказ не влечет за собой никаких последствий – как работали, так и будем работать.

– Надо двигаться, – уверенно сказал Лобанов, словно о чем-то давно решенном. – Важно только подтянуть всех наших ребят под это дело, губернаторов с мэрами запрячь и связь держать постоянно, советоваться…

– Связь будем держать через «Госснабвооружение», о конкретных формах контакта договоримся, – сказал Варяг. – Важно принять принципиальное решение и начать работать. Ну так как, Федор Кузьмич?