Тимур и его бригада - Анатолий Сарычев

– «Торопись медленно», – говорили китайцы. Так что последуем их совету и сначала пообедаем. Тем более что у меня уже живот к спине прилип, – ответил Игорь, покидая туалет для VIP-персон.

Выйдя на крыльцо, они не увидели своего широкоплечего провожатого. Не торопясь пошли в сторону беседки.

Вдалеке раздался еле слышный рокот мощных моторов, и снова все стихло.

– Похоже, произошли какие-то непредвиденные изменения. Видишь, никого нет. Ни охраны, ни Исмаила, – и, отвечая на недоуменный взгляд Тимура, Игорь пояснил: – Исмаил – это тот толстяк, директор этой базы.

– Зачем обижаешь? Не директор, а хозяин, – сказал возникший на пороге беседки Исмаил. – Я ее год назад выкупил и теперь сдаю хорошим людям. Пока вы ходили в туалет, все уже уехали. Так что можно гулять хоть неделю. – И толстяк гостеприимно отступил в сторону, пропуская Игоря с Тимуром в беседку.

Внутри никого не было.

– А где… – только успел произнести Игорь, как толстяк дернул его за рукав и, приложив палец к губам, сказал:

– …плов? Уже несут. – И он многозначительно покачал головой.

Плов был выше всяких похвал. Из красноватого риса с черными бисеринками барбариса, весь усыпанный ярко-красными зернышками граната – он источал такой аромат, что у всех потекли слюнки.

– Я теперь понимаю, почему ты такой толстый. Когда каждый день ешь такой плов, сложно похудеть, – заметил Игорь, присаживаясь по-турецки возле низкого столика, на котором установили блюдо с пловом, салатами из тонко нарезанных помидоров, лепешками, маргиланской, толсто нарезанной зеленой редькой и огромную тарелку, на которой лежала всевозможная зелень: укроп, базилик, кинза, райхон, мелкий лук.

Открыв запотевшую бутылку водки, толстяк разлил ее в три маленькие пиалы и, вытерев обильный пот, покрывавший его лоб, сказал:

– Давайте выпьем за то, чтобы все хорошо кончалось, как бы плохо ни начиналось!

И, не дожидаясь остальных, лихо выпил водку, запив минеральной водой прямо из горлышка бутылки.

– А что говорил Аллах по поводу водки? – шутливо спросил Игорь, с удовольствием поедая плов, каждая рисинка которого светилась, будто драгоценный камень.

– В Коране по этому поводу ничего не написано, – усмехнулся Исмаил и, налив себе вторую пиалу, ни с кем не чокаясь, выпил.

– Кстати, в нем вообще нет упоминания о спиртном. Только о соке перебродивших ягод. А насколько мне известно, технология изготовления водки совсем другая, – поддержал Исмаила Тимур.

– Ну все, все. Я сдаюсь. Мне ли спорить с вами, знатоками Корана! – сказал Игорь, поднимая руки, как бы отгораживаясь от собеседников.

– Вот здесь ты прав. Как-никак, а я окончил три курса Исламского университета в Исламабаде, – скромно сказал Тимур и, не торопясь, разлил водку по пиалам.

– Извините! У меня был очень тяжелый день. Приезжали от президента, осматривали мой санаторий. Не понравилось, – произнес Исмаил, как бы оправдываясь за свое пристрастие к алкоголю, и потянулся к пиале. – Ну и слава Аллаху! – закончил он и с удовольствием выпил водку.

– Почему не понравилось? – переспросил Игорь, с интересом уставившись на Исмаила.

– А у нас сейчас, как в феодальные времена. Что хан захочет, то и отнимет, – ответил хозяин и обеими руками провел себя по подбородку, имитируя поглаживание бороды. – По базару ходят стражники, смотрят за порядком. Изюм возьмут – спасибо не скажут. Грязными пальцами зачерпнут плов, схватят палочку шашлыка, завернут лепешку – а все им кланяются. Если бы им понравился мой санаторий, то можно было бы с ним попрощаться.

– Без компенсации? – уточнил Тимур.

– Это уже как повезет. Могли бы заплатить, а могли и нет.

– Кстати, если узнают, что мы у тебя были, то могут возникнуть неприятности, – между прочим напомнил Игорь о своем незавидном положении.

В этот момент зазвонил телефон. Извинившись, Игорь встал из-за стола и вышел из беседки.

Звонил Фахритдин.

– Я стою на станции Чиназ под погрузкой хлопка и виноградного масла. Хлопок на станции уже загружают, а масло должны привезти из Коканда. Когда привезут, неизвестно, – в телеграфном стиле сообщил Фахритдин и, когда Игорь сказал, что понял, сразу же отключился.

Когда Игорь вернулся в беседку, Исмаил многозначительно показал глазами на то место, где часа два назад лежала женщина.

– Она оставила тебе записку, которую желательно было прочитать сразу. К ней еще имеется довесок. – И, встав с матраца, которым был застелен пол, он протянул руку, представляя девушку, возникшую в проеме двери.