Истребитель майданов - Александр Тамоников

– Оттуда. Но все. Будет нужда, зовите, приду.

Знахарка ушла.

Воловов приоткрыл дверь в комнату дочери.

– И вправду спит, да спокойно так.

– Тогда и я пойду. Вам есть о чем вдвоем поговорить, – сказал Катанов.

– Погодь, Степаныч, давай-ка по сто граммов. День-то какой тяжелый выпал!

– Не хочу, Алексеич. Да и вставать придется рано. К семи часам подходи к дому, и поедем.

– Ладно. А я все же выпью.

– Дело твое.

Ровно в 8 часов у поляны собрались люди из Курина и Шаткой. Подъехал и следователь.

Андреев представил его Грошеву и Воловову:

– Старший лейтенант Маканов Илья Сергеевич.

– С чего начнем? – спросил Катанов.

– Вижу, трактор есть, давайте для начала попробуем вытащить из болота «УАЗ», – распорядился следователь.

С этой минуты он руководил всеми действиями.

Машину тракторист вытащил довольно легко и быстро. Внутри никого не оказалось. Ее отбуксировали на поляну.

Мужчины, прибывшие из Шаткой, накачали резиновые лодки, растянули большой бредень. Они решили начать проводку от старого моста.

Вскоре кто-то крикнул:

– Есть что-то тяжелое!

Мужики завели бредень к берегу, и все увидели в нем тело участкового, раздетое до трусов.

– Вот и труп, – проговорил Андреев.

– Давай, мужики, на берег его и сворачивайтесь, – распорядился следователь.

Эксперт-криминалист осмотрел труп, подошел к следователю, Андрееву и Воловову, который нервно теребил в руке носовой платок.

– Картина ясная, господа-товарищи. Смерть Зайцева наступила примерно сутки назад. Душили удавкой со спины, но очень аккуратно, чтобы не порезать шею. Видно, убийца имел опыт в этом деле. Кроме борозды от удавки, на шее видимых повреждений не обнаружено. Вскрытие даст полную картину. Возможно, перед убийством участкового лишили сознания каким-нибудь препаратом. Парень он был крепкий, но ничего сделать не смог. Тело надо перевезти в морг.

– Понятно, – проговорил следователь. – Материалы по осмотру местности при вас, Александр Викторович? – обратился он к Андрееву.

Капитан указал на эксперта:

– У Моисеева.

– Тогда нам здесь больше делать нечего. Надеюсь, вы вчера еще опросили всех, кого надо было.

– Смотреть, куда ушла «Нива», не будем? – спросил Андреев.

– Уже посмотрел, Александр Викторович. Следы ведут до шоссе, там, понятно, теряются. На посту ДПС грязную машину инспектора не видели. Видимо, преступники объехали это место. Искать мотив убийства и самих преступников придется в Губинске. Вряд ли мы раскроем это дело. После убийства участкового раздели, потом привязали груз и утопили. Из этого следует, что целью преступников было завладение обмундированием, удостоверением личности, а главное – табельным оружием.

– Это может быть и отвлекающий маневр, – предположил Андреев.

– Не исключено. Будем работать, Александр Викторович.

– А когда можно будет забрать тело и похоронить по-христиански, – спросил Воловов.

– Вам сообщат об этом. Похороны сотрудника полиции, погибшего при исполнении служебных обязанностей, организует и проводит УВД. В общем, Владимир Алексеевич, с супругой погибшего свяжутся и все согласуют.

– С Наташей не надо. Связывайтесь со мной.

Следователь посмотрел на заместителя начальника уголовного розыска.

– Номер телефона гражданина Воловова у вас есть, Александр Викторович?

– Есть.

– Хорошо. Тогда свяжемся с отцом. Грузите труп в свою машину. Пора в отдел. Вы, капитан, можете поехать со мной.

Полицейские уехали. Местные мужики вернулись по домам. По округе тут же разнеслась весть об убийстве участкового.

Ближе к вечеру заполыхал охотничий домик. Кто-то поджег его. Искать преступника не стали. Добровольцы-пожарники залили огонь водой из реки, чтобы не загорелся лес, и вернулись в Шаткую.

В тот момент, когда мужики обнаружили в реке труп участкового, на стоянку у гипермаркета Московского района города Губинска въехал джип. Из него вышли двое мужчин, достали из багажника по большой сумке, поставили автомобиль на сигнализацию, прошагали к зданию охраны, оплатили неделю стоянки.

Потом они вошли в крайний подъезд ближайшего девятиэтажного дома, поднялись на шестой этаж. Один из них достал из кармана ключи и открыл дверь квартиры номер двести тридцать восемь, двухкомнатной, меблированной в современном стиле. Ее окна и застекленный балкон выходили на северную сторону.

В зале мужчины сбросили сумки. Один присел на диван, другой – в кресло напротив телевизора.

– Наконец добрались, – проговорил Леонид Ремешко, сидевший на диване. – Эти чертовы провинциальные дороги выматывают нервы похлеще сварливой бабы.

– Пора бы привыкнуть, Леня, – заявил второй, Дмитрий Варенин. – Перекусим?

– Надо с Бородинским связаться. Босс приказал сделать это сразу по прибытии на хату.

– Свяжись, какие проблемы? А я распакую сумку, достану продукты.

– Проверь сначала холодильник на кухне. Мэр должен был позаботиться о нашем питании.

– Одно другому не мешает.

Варенин вытащил из сумки черный пакет, прошел с ним на кухню. Ремешко достал сотовый телефон, набрал номер, данный ему в Москве Аркадием Максимовичем Градоверовым, руководителем радикальной националистической партии «Сплоченная Русь».

Абонент ответил сразу же:

– Слушаю, Бородинский.

– Добрый день, Владимир Константинович, позвольте передать вам пламенный привет от господина Градоверова.

– Благодарю. Значит, вы прибыли.

– Да. Находимся на квартире. Готовы к работе.

– Нам надо встретиться, господин Ремешко. – Бородинский знал, кого должен был прислать его московский куратор.

– По-моему, вы должны предоставить нам план местности и действий, а также проводника, который позже будет отправлен в долгое путешествие.

– Это так, но ситуация немного изменилась. Мне необходимо лично встретиться с вами, причем не на квартире.

– Господин Градоверов в курсе ваших внезапно возникших проблем?

– Это не проблемы, но он в курсе. Можете проверить.

– Незачем. Мне было сказано, что я могу во всем полагаться на вас. Хорошо, скажите, где и когда мы встретимся.

– Я пришлю машину. За вами лично, Леонид Михайлович. Не удивляйтесь, что за рулем будет женщина. Молодая, красивая. И прошу, не пытайтесь ухаживать за ней. Это мое!