Арктическая жара - Сергей Зверев

С момента десантирования прошло несколько часов. Старший сержант Локис по-прежнему оставался на небольшой льдине. Правда, льдина на одном месте не оставалась. Она двигалась. Течение медленно уносило ее из первоначальной точки. Аналогично плыли другие мелкие и более крупные льдины. Плыли, чтобы в один момент соприкоснуться друг с другом. Их соприкосновения имели разный результат. Какие-то ледяные глыбы едва ли не соединялись, образуя более крупное ледяное поле. Другие же сжимались, крошились, переворачивались. Все это в который раз напоминало о противоречивости арктической природы.

В похожей ситуации находился и прапорщик Галченков. Однако в отличие от напарника он вместе с льдиной двигался в относительно чистые воды. Десантники постоянно поддерживали связь при помощи раций. Делились новостями с «ледовых полей». Они очень скоро поняли, что их разносит в разные стороны. Это не обещало ничего хорошего. Связь могла быть потеряна в любой из последующих моментов. Рация могла замолчать на полуслове одного из них. Следовало решаться на какие-либо действия, чтобы не потеряться навсегда. Но условий, минимально подходящих для решительных действий, не наблюдалось. Безрассудный риск в данном случае был неуместен. Холодные океанические воды были готовы проглотить даже самого рискового парня.

Практически единственной надеждой десантников была лодка, сброшенная с самолета. Локис это осознал сразу. Он все время отслеживал ее координаты. Слежение происходило при помощи специального датчика, который находился у сержанта в снаряжении. Автоматически разворачивающаяся при падении на воду надувная лодка была оснащена радиомаячком.

Использование специальных модификаций надувных лодок при выполнении поисково-спасательных операций давно стало чем-то само собой разумеющимся. Они были удобны для десантирования. Кроме того, при необходимости их довольно легко можно было транспортировать вручную. Это условие является одним из немаловажных моментов при выполнении многих спецопераций в экстремальных условиях.

Лодка, которую пытался отыскать контрактник, была изготовлена из синтетической полимерной ткани. Она отличалась превосходными эксплуатационными свойствами. А для арктических погодных условий одним из важных ее свойств была морозоустойчивость.

Расстояние от сержанта до лодки колебалось в пределах полутора-двух километров. Конечно, по наземным меркам это был сущий пустяк. На суше Владимир сумел бы добежать до нее быстро. Здесь же путь представлял собой пространство из разновеликих кусков льда, плавающих в воде. Пройти фиксируемые датчиком два километра вряд ли оказывалось возможным. Течение угрожало унести льдину с Локисом далеко в сторону от местонахождения лодки. Тогда добраться до лодки можно было бы лишь вплавь. Естественно, что экстремальное «моржевание» не входило в планы контрактника. После секундного колебания он принял то самое решение, которое давало хоть какие-то шансы на успешный исход.

Володя перепрыгнул на близлежащие льдины. Они были довольно крепкими и устойчивыми. Поэтому прыжок не вызвал дроблений или излишних колебаний. Удачное начало вдохновило сержанта. Он быстрым темпом направился дальше через ледяное пространство. Крепкие и устойчивые льдины уступали место мелким. Они были неудобны ни для прыжков, ни для просто нахождения на них. Десантник замедлил ход. Некоторое время он высматривал более удобный отрезок для продолжения движения. В нескольких метрах справа от него мелкие льдинки были хорошо скучены. Благодаря недавнему дождю со снегом они даже соединились в целое. Образовавшийся таким образом мост никто бы не назвал вершиною безопасности, но, опять же, приходилось выбирать наименьшее зло. Локис продолжал рисковать. Он осторожно ступил на ледяную корку, сплошь состоявшую из неровностей. Под ногой ощущалась достаточно твердая опора. Владимир с не меньшей осторожностью поставил на нее вторую ногу. Следующие несколько шагов он делал с огромной осмотрительностью. Затем шаг его становился все быстрее и быстрее. Вскоре он даже перешел на медленный бег.

Старший сержант помнил о вероятной опасности. Он бежал, но при этом старался не упускать из вида ни одной детали. Благодаря своей внимательности он заметил перед собой мелкую расщелину. «Если бы нога попала в нее, то перелом был бы гарантирован», – мысленно отметил десантник. Ему не составило труда перепрыгнуть трещинку. Однако от этого прыжка лед под контрактником слегка треснул. Этого оказалось вполне достаточным для потери равновесия. Как он ни старался удержаться на ногах, этого не удалось. Володя упал на шершавую ледяную поверхность. Он сразу же попытался смягчить падение при помощи специальных приемов. Профессиональная выучка помогла избежать травмы. Так он превратил свое падение в весьма ловкий кувырок вперед. Затем Локис попытался встать на ноги. Но он не заметил, что во время кувырка немного отклонился от своего маршрута. Вышло, что он оказался на самом краю высокой льдины. Буквально в нескольких сантиметрах от него зиял глубокий провал. Глубина его составляла около двух метров. От неожиданного открытия Владимир несколько оторопел. В ту же секунду он резко подался назад, стремясь избежать ловушки между двумя высокими смерзшимися льдинами.

Как назло, усилия сержанта совпали с началом нового проливного дождя. Корка под ногами быстро намокла и стала еще более скользкой. Несмотря на все свои старания, десантник поскользнулся и упал в сторону провала. Все происходило настолько молниеносно, что он не сумел воспользоваться какой-либо хитростью. К тому же ледяная корка под ним начала трескаться. Большой кусок льда резко обвалился вниз. Володя едва успел схватиться руками за зазубренный ледяной край. Он повис над низиной. Секундное оцепенение сменилось стремлением подняться наверх. Десантник подтянулся по грудь. Он не ослаблял хватки рук и попытался лечь грудью на лед. Трюк был чистейшей импровизацией. Локис забросил на поверхность правую ногу. Она попала между двумя зазубринами. Несколькими движениями он испытал их на прочность. Прочность показалась ему достаточной для использования зазубрин в качестве упора. Упершись правой ногой в них, он через несколько мгновений вскочил на поверхность.

Отдышавшись, сержант свернул в сторону и осторожной трусцой побежал точно на сигнал радиомаячка лодки. Лед под ногами был гораздо крепче, чем ранее. Это обнадеживало. Но бдительности по-прежнему терять не стоило. И действительно: через два с лишним десятка метров контрактник увидел перед собой еще один крутой обрыв. На этот раз внизу плескалась вода. Владимир посмотрел по сторонам. К своему неудовольствию, он понял, что имеет дело с длинным расколом в льдине. На всей протяженности его ширина была примерно одинаковой – полтора метра. Обежать эту трещину было нельзя. И справа, и слева она упиралась в океан. Оставалось лишь взять разбег и сигануть вперед. Подобное десантник делал многие десятки и даже сотни раз на тренировочных полосах препятствий. Преодолевать земляные рвы такой ширины было для него плевым делом. Но льды и скользкость сильно изменяли обычные условия. Локис отошел на пять шагов назад. Сделав быстрый выдох, он рванул к обрыву. Оттолкнувшись ногами почти что от самого края, он прыгнул на противоположную сторону раскола. Прыжок закончился удачно. Сержант удержал равновесие и немедленно продолжил свой путь. Разыскиваемая им лодка находилась совсем близко.