Кровь за кровь - Александр Тамоников

Авдотьева устроилась на заднем сиденье. Машина тронулась и пошла к дому Демьянова.

Главарь банды обернулся к Авдотьевой:

– Все бабки прокутила?

– Все! До копеечки. Но такие вещи купила – закачаешься! Куда-нибудь пойдем вместе, все бабы обзавидуются.

– У тебя одно на уме.

– А что? Надо жить красиво, пока есть такая возможность.

– А не будет, что станешь делать?

– На панель вернусь. Не привыкать.

– Дура!

Демьянов повернулся к водителю:

– Останови возле продовольственного магазина, дома пойло кончилось.

Кузнеченко кивнул, выбрал место, остановил «Форд».

Выходя, главарь банды приказал помощнику:

– Смотри за этой красавицей, чтоб из тачки ни ногой.

– Понял.

Демьянов затарился водкой, вином, шампанским, уложил пакеты рядом с любовницей. Через двадцать минут они с Авдотьевой вошли в квартиру. Женщина тут же бросилась раскрывать коробочки с драгоценными украшениями, затем стала примерять их к нарядам. Демьянов прошел на кухню, где курил помощник, поднявшийся в квартиру следом за шефом.

– Так что за заказ сбросил Ачил? – спросил он Демьяна.

Демьянов тоже прикурил, открыл бутылку «Столичной», налил стакан, в два глотка выпил водку, затянувшись дымом сигареты.

– Что за заказ, спрашиваешь? Мочкануть Ломакова с его помощницей и любовницей. На хате у последней. Завалить в четверг, 21-го числа.

Кузнеченко сморщил лоб:

– Ломакова? Это какого? Депутат Облдумы?

– Его самого.

– Ни хрена себе! А чем Ломаков не угодил чеченам?

– Это не твое дело. Сейчас езжай домой, как говорил, обзвонишь всех ребят, кроме Кожана – Славке я сам позвоню, – и отдыхай. Завтра быть у подъезда в 9.00!

– Понял. Один вопрос, Демьян?

– Спрашивай!

– И сколько за Ломакова с его шлюшкой положил Ачил?

– Не обидел. Каждый получит столько, сколько заработает. И это буду решать я. А я, как знаешь, не обману.

– Знаю, но хоть какую сумму назначил чечен, сказать можешь?

– Тебе лично двести штук – естественно, деревянных. Пойдет?

Кузнеченко, знавший, что прямого участия в акции ему принимать не придется по-любому, довольно ухмыльнулся:

– Пойдет, шеф!

– Ступай! Да подъезд посмотри, последнее время пацанва какая-то на чердаке кружится.

– Так это наркоши, наверное, или придурки, что в тимуровцев еще не наигрались.

– Они мешают.

– Так сейчас они вряд ли будут на чердаке.

– Посмотри и дверь чердачную закрой. Так, чтобы никто открыть не мог.

– А замок?

– Он врезной. Захлопни люк и сломай этот чертов замок.

– Так пацаны с другого подъезда зайдут.

Демьянов повысил голос:

– Значит, все двери закрой, во всем доме.

– Ладно, раньше ты о пацанах ничего не говорил, – пожал плечами Кузнеченко.

– Ступай, Кузнец, а?

– Все, ушел!

Демьянов выпроводил помощника. На кухню вышла Авдотьева в красном коротком, обтягивающем фигуру платье, вся в украшениях.

– Ну, дорогой, как я тебе?

– Ты чего нарядилась новогодней елкой? Посмотри гламурные журналы, что валяются в спальне. В них на фото кто-нибудь так обвешивается брюликами?

– Ничего ты не понимаешь в женской красоте.

Демьянов усмехнулся:

– Для меня баба красивая голой!

– Что еще от тебя можно услышать? Но все равно спасибо, дорогой!

– Носи на здоровье.

– Было бы где носить…

– Дома! И иди, у меня дела.

– Вечно ты занят, деловой мой. А как насчет секса? Меня украшения завели.

– Секс – это хорошо, это можно. Готовь спальню. И сама подготовься, чтобы не вставать за кремами.

– Поняла, дорогой!

Авдотьева вышла. Демьянов закрыл за ней дверь, затушил прогоревший до фильтра окурок, достал сотовый телефон, набрал номер Кожанова. Тот ответил не сразу, пришлось ждать. А когда ответил, Демьянов услышал заметно пьяный голос подельника на фоне громко играющей ритмичной музыки и женского смеха.

– Да, шеф? Слушаю тебя!

– Ты где находишься, Кожан?

– Как где? Дома, выполняя твое распоряжение.

– Водку пьянствуешь?

– Э, совсем чуть-чуть.

– А что за бабий хохот у тебя на хате? И музыка?

Кожанов нашелся быстро:

– Так это телевизор пашет, какое-то шоу!

– И по какому каналу?

– А черт его знает, по кабельному.

– Да? Значит, так, в 17.00 я жду тебя у себя. И чтобы к этому времени был как стекло, понял?

– Шеф, может, завтра встретимся?

– Сегодня! Досмотришь шоу, примешь душ, отдохнешь – и ко мне. Все! На подходе отзвонишься. Приезжай на такси, где выйти, знаешь. Все, жду, шоумен!

Демьянов отключил трубку. Из душевой донесся шум льющейся воды – любовница принимала душ. Выпив еще сто граммов, главарь банды в гостиной скинул с себя одежду и прошел в душевую, где и началась очередная дикая, яростная, развратная случка с Веркой.

В 17.00 раздался звонок в дверь. Главарь банды крикнул любовнице, красившейся в спальне:

– Верка, открой, это Кожан!

Любовница Демьяна вышла в гостиную в прозрачном пеньюаре, сквозь который просвечивалось все ее тело.

– Ты охренела в таком виде принимать гостя? – воскликнул Демьянов.

– А че? Нормальный вид!

– Ненормальный! Одень обычный халат, да быстро!

Авдотьева подчинилась, вернулась в спальню, переоделась, прошла в прихожую. Вскоре в гостиную вошел Кожанов. Было заметно, что он так и не протрезвел.

Демьян указал подельнику на кресло:

– Присаживайся! Значит, хер на мои слова положил? Так и гулял до приезда сюда?

– Да ладно тебе, Демьян! – усмехнулся Кожан. – Ну, каюсь, гулял. И когда ты звонил, у меня на хате не телевизор работал. Сучку из салона заказал; за сутки, между прочим, оплатил. И такую телку привезли, охренеть! Ну, я и подвис с нею…

– Где сейчас эта телка? Ждет тебя дома?

– Нет. Пришлось расстаться до лучших времен, ты же просто так вызывать не будешь.

– Ну, мыслишь ты вроде здраво, хотя и пьян.