Спасти Париж и умереть - Сергей Зверев

Снова наступила тишина, прерываемая лишь шарканьем шагов. Через некоторое время Павел споткнулся.

– Черт! – выругался он.

Тут же темноту прорезал луч фонарика.

– Адель, выключи, – строго произнес Павел. – Надо беречь батарею!

– Я не хочу, чтобы кто-то из нас сломал ногу, – возразила девушка. – Осмотрись хорошенько… ты в порядке?

– В порядке, – ответил он.

Повернув луч света, Адель осветила себя, и стало видно, что она улыбается.

– Ты такая же сумасшедшая, Адель, – вздохнул Павел. – Не можешь не напоминать о себе.

– Я просто не хочу, чтобы ты забыл, какая я красивая. Иначе будешь засматриваться на других девушек… – Она покачала головой. – Ох, не нравится мне твой вид…

– Это? – Павел свободной рукой потрогал отворот гимнастерки. – Успокойся, ты же знаешь, что это специальная одежда для подземелья. И потом, мне нравится, когда мне хоть что-то напоминает о моей стране… Мы переоденемся перед тем, как выйти на поверхность.

Адель улыбнулась.

– Ты все успела передать? – спросил Павел.

– Да, – ответила девушка.

– А каким был ответ? – не унимался русский.

– Все подробности передадут при следующем сеансе связи.

– Постой, – проговорил мужчина. – Это не ответ…

Девушка остановилась, и он заботливо обнял ее.

– Ты думаешь при помощи объятий выпытать у меня секретные сведения? – оттолкнула Павла девушка. – Не выйдет, дорогой! Сведения я расскажу только полковнику Роль-Танги! И не ревнуй меня!

– Я не ревную. Я хочу знать судьбу советских военнопленных. Заводы «Рено» выпускают вооружение и танки для Германии. Работают по германским заказам… Ведь это те самые люди, с которыми я работал на строительстве «Атлантического вала»…

– Наше дело – не пленные, а подготовка к восстанию… – ответила девушка. – Никаких конкретных инструкций не передали. Но мы же с тобой знаем, что в Париже должен появиться человек, уполномоченный Россией и союзниками…

– Не Россией, а Советским Союзом, сколько можно повторять…

– Пусть! – сказала девушка. – У этого человека все инструкции. Точнее все узнаем при следующем сеансе связи… Я отдохнула, пойдем…

Снова послышались шаги, вспыхнул тускнеющий луч фонарика.

– Нам здесь нужно повернуть, милый. Не мешай, иначе я не сориентируюсь в темноте, – произнесла Адель.

– От души буду надеяться, что света этого фонарика хватит, пока мы не выберемся отсюда, – в тон ей ответил Павел.

– Совсем немного осталось, – ответила девушка. – Еще один поворот… Вот сюда… – Голос ее долетел из-за поворота подземной галереи.

Пройдя еще с полкилометра, подпольщики остановились перед небольшой деревянной дверью. Девушка посмотрела на спутника.

– Пришли, – сказала она. И уверенно потянула за ручку.

Дверь открылась. Фонарик выхватил из темноты ступени каменной лестницы, уходившей вверх, и потух.

– Отлично, – выругался Павел. – Я так и думал. Батареи хватило едва-едва…

Поднявшись, они оказались в подвале разбомбленного дома. Переодевшись – в подвале стоял сундук, они вынули из него одежду и спрятали рацию, – они поднялись по лестнице.

Несколькими минутами позже из руин, которые находились в семнадцатом округе Парижа, вышли девушка в летнем платье и молодой человек в аккуратном парусиновом костюме и белой рубашке, воротничок которой был выложен на пиджак. И если бы в пустынном переулке нашлись наблюдатели, они ни за что бы не подумали, что эти молодые люди только что проделали длинный путь под землей. Более вероятно, что такие парочки всегда ищут убежища в руинах, чтобы им никто не мешал целоваться. Но наблюдателей не было.

Двое молодых людей вышли из переулка и быстро затерялись среди прохожих на улице.