Честь в огне не горит - Александр Тамоников

– На то он, Дима, и майор Шепель. Сто против одного, вернется с нужной нам информацией. Или без таковой, но по причине отсутствия в Глумино каких-либо заведений на окраине поселка. При этом адресов точек, где можно приобрести пойло, доставит немало.

– А они нам нужны?

– Нет, но он доставит.

– Что ж, как говорится, будем посмотреть…

Шепель вышел из-за палатки, которая уже давно закрылась, постоял на небольшой площадке, посмотрел на магазин, на стоявшее рядом и мерцающее названием «Привет» кафе. Пошел туда, откуда доносилась ритмичная музыка. Кафе оказалось вполне приличным. Аккуратные деревянные столики и стулья вдоль стен, чистый пол, полумрак от светильников, вмонтированных в потолок, декоративная отделка, стойка у бара, на подставке современная музыкальная аппаратура, сбоку большой телевизор. Бар заполнен различными напитками; имелся и аппарат для приготовления кофе, а также термошкаф с прохладительными напитками. В общем, все цивильно, на уровне. За стойкой молодой парень в белоснежной рубашке, над карманом бейджик. В кафе расположились человек десять посетителей, в основном молодежь; одна пара танцевала в углу у цветочной тумбы.

Шепель подошел к стойке, присел на стул.

– Здравствуйте, – тут же поздоровался бармен. – Что желаете?

– Сто пятьдесят граммов водки – только хорошей, настоящей – и дольку лимона, – сделал заказ Шепель.

– У нас все хорошее, настоящее, подделок не держим, – с некоторой обидой произнес парень.

Шепель быстро прочитал на бейджике: «Крайнов Анатолий, бармен».

– Все так говорят, Толик, а попробуешь – дерьмо дерьмом… Но если обидел, извини. Устал сегодня.

– Да, у вас сейчас работы много… Вы из пожарных?

– Нет, эколог. Мы из Москвы сюда переброшены, две лаборатории, будем отслеживать экологическую ситуацию.

– Тут, по-моему, и без лаборатории все ясно.

– Ну, не скажи… Дым, конечно, плохо, но есть в продуктах горения вещи и посерьезней, которые впоследствии вызывают очень опасные болезни.

– Да?

– Да, Толя. Но ты не волнуйся: первые пробы воздуха показали, что пока атмосфера в районе поселка нормальная.

– Это хорошо!

Бармен налил сто пятьдесят граммов водки, щипцами положил на блюдечко лимон, пододвинул Шепелю. Михаил выпил, бросил в рот закуску, кивнул:

– Твоя правда, водка нормалек. А скажи мне, Толя, кроме этого кафе, в Глумино другие питейные заведения есть? Типа рюмочных, «рыгаловок» разных?

– Вам плохо у нас? Или дорого?

– Не в этом дело, Толя. Понимаешь, напарник мой в поселок уехал часа два назад. Расслабиться. А тут начальство нагрянуло… В общем, мне надо срочно найти товарища. Здесь его нет – значит, он подался куда-то в другое место. Вопрос: куда?

Бармен, подумав, проговорил:

– Есть в поселке одно заведение. Вот уж точно «рыгаловка». Там не водку наливают, а спирт разбавленный; на закуску – кусок хлеба с солью. А скажите, товарищ майор, – Шепель нацепил на форму МЧС погоны майора, – ваш товарищ любитель выпить, или не только?

– В том-то и дело, Толик, что не только. Ему больше не выпивка нужна, а бабенка смазливая да страстная.

– В «Снежинке» полно шлюх.

– В какой еще «Снежинке»?

– Да так называется рюмочная, о которой я говорил.

– И где она находится?

– Вы на машине? – уточнил бармен.

– Конечно.

– У кафе оставили?

– На дороге, в сторону Переслава, у рынка.

– Понятно. Тогда разворачивайте машину, доезжайте до первого поворота – и налево. В поселок войдет дорога; по ней проедете перекресток, на втором вновь повернете налево, метрах в пятидесяти по улице справа увидите старый двухэтажный дом. С торца вход в подвал. Над входом вывеска «Снежинка», это и есть «рыгаловка», в которой мог зависнуть ваш товарищ.

– И много там шлюх?

– Ну, «бабочек» пять-шесть найдете точно.

– А если моего товарища уже увела какая-нибудь из них?

– Далеко не уведет. Они снимают комнаты в этом же доме.

– И кто же мне скажет, с кем и куда ушел друг? Там наверняка компания еще та…

– Да, – согласился бармен, – народ там собирается разный, сплошь пьянь, можно сказать. Часто драки устраивают. Но за пузырь водки вам не только все расскажут, но и прямо до постели доведут. Вот только задерживаться в этом шалмане не стоит. Хотя вас, офицеров МЧС, вряд ли тронут. Чревато последствиями.

– Это точно! Ну, ладно, сколько с меня?

Бармен назвал сумму, Шепель рассчитался. Приняв деньги, Толик нагнулся через стойку:

– На будущее, майор… Вы здесь наверняка не на два-три дня, так что если надумаете расслабиться, то не надо по притонам шарахаться, приезжайте к нам. У нас девочки тоже найдутся, и не такие, как в «Снежинке», – обслужат в уютных квартирах по высшему разряду за весьма умеренную плату.

– Так ты по совместительству сутенер?

– Ну, о чем вы? Просто в поселке много красивых, молодых женщин, работы же никакой. Да и мужиков стоящих дефицит. Вот и хотят любви… ну, и денег, тоже, конечно. Это их выбор. И разве можно осуждать за это? Жизнь-то какая пошла? Если раньше…

– То, что было раньше, – прервал бармена Шепель, – уже не вернешь, и жить надо не прошлым, а настоящим. Я учту твое предложение. Пузырь водки мне продашь?

– Так в магазине дешевле…

– Знаю. Но ты мне продашь? Или у вас это запрещено?

– Да нет, продам, конечно.

– Давай, не самой дорогой.

Купив бутылку водки и завернув ее в пакет, Шепель вернулся к машине. Тимохин курил у капота.

– Что-то ты задержался, Миша…

– А ты хотел, чтобы тебе все вот так, с ходу и выложили?

– Ладно, докладывай, что узнал.

– То, за чем и посылал. Есть в Глумино еще один шалман, и как раз в северной части поселка. Рюмочная. Там, по словам бармена, шваль всякая отирается – местные «синяки», шлюхи…

– Шлюхи? – переспросил Тимохин. – Интересно…

– Очень. Рюмочная находится в подвале старого двухэтажного дома. Проститутки снимают клиентов в забегаловке и тащат прямо наверх, в комнаты. Публичный дом, в натуре. Впрочем, бармен не советовал мне снимать девочек там; сказал, если надо, в кафе можно шлюшку получше зацепить и развлекаться не в гадюшнике каком-то, а в уютной хате.

– Куда же менты здешние смотрят?

– Какие менты, командир? Тут на всю округу, на тридцать четыре населенных пункта, включая Глумино, один участковый, да и тот наверняка бездельник, потому как в таких условиях и захочешь работать не сможешь.