Инструктор по убийству - Сергей Самаров

— Прикупил он ее, наверное, тем, что в штанах носит, — заметил Никифоров.

— Не носит, а носил. Я его обезвредил хорошим пинком в пах. Парня тоже оперировали. Теперь срок ему должен выпасть серьезный. Не скоро он со своей медсестрой увидится. У тебя, Вячеслав Петрович, все нормально? После наших совместных дел осложнений нет?

— Нет и, насколько я понимаю ситуацию, не предвидится. Я вот по какому поводу звоню. Тут ко мне в шесть утра приезжал какой-то майор из ФСБ. Владимиров его фамилия. Я к тому моменту уже встал и даже умыться успел. Его интересовало избиение некоего профессионального бойца ММА. Как я понял, майор подозревал, что ты подослал меня, но взглянул на мою фигуру и эти соображения, кажется, отбросил. Вот и то слава богу, а то у меня ведь алиби никакого нет.

Майор Никифоров был ростом выше ста девяноста сантиметров. Его фигуру трудно было бы не определить и не запомнить.

— Еще этот Владимиров интересовался, с кем из бывших спецназовцев ты еще контактируешь. Он мечтает найти человека моего возраста, способного завалить профессионального бойца. Я просто сказал ему, что ты мог кого-то встретить только у куратора. Но из нашей бригады в области проживает только один полковник в отставке Самохин, большой и толстый. А с офицерами других бригад, насколько мне известно, ты дружбы не водишь. Но там же я и сомнения добавил, сказал, что ты опытный разведчик, мало что о себе рассказываешь. Я могу быть просто не в курсе всех событий твоей жизни.

— Пусть этот майор Владимиров мечтает. Через десять минут я как раз его самого бить начну, — проговорил я. — Он пришел на тренировку, которую я сейчас буду проводить для спецназа ФСБ. Этот субъект — бывший кандидат в мастера спорта по боксу. Придется ему объяснить, что лишние двадцать килограммов, набранные им с тех пор, как он бросил тренироваться, ему на пользу не пошли.

— Ладно, удачи тебе. Я в твоих способностях не сомневаюсь. Ты сам-то сколько весишь?

— Неделю назад взвешивался, было восемьдесят семь. Это для меня тоже максимальный вес. Дальше толстеть я себе не позволяю, хотя возраст, конечно, сказывается, и жирок отлагается. Особенно на боках.

— Этого нам с тобой не избежать. Все! У меня деньги на телефоне кончаются. Привет Тамаре. Скорейшего ей выздоровления!

— Спасибо, я передам.

Я убрал аппарат в чехол, сунул его в карман куртки, пристроенной на вешалке, захватил с полки легкие перчатки и двинулся к выходу из тренерской.

В спортзале бойцы спецназа ФСБ уже выстроились, согласно армейской привычке, по ранжиру, то есть, как говорят среди солдат, по росту и жиру. Я сразу с искренним сожалением отметил, что чем ниже у них был рост, тем объемнее талия. Мне следовало приложить максимум усилий, чтобы заставить их заниматься не только в спортзале, но и дома. Конечно, если жена позволит.

Встречался я однажды с журналистом, который на жену жаловался. Купил он себе гантели, стал заниматься дома.

Жена взъелась:

— Фигуру решил себе подправить! Какая баба тебя надоумила!

Она схватила одну гантелину и ударила бы мужа по голове. Но эта железяка оказалась настолько тяжелой, что замахнуться ею женщина просто не смогла. Жена этого парня была патологически ревнивой.

На руках у всех моих новых подопечных были эластичные спортивные бинты. Я заранее просил полковника Альтшулера, чтобы он обязал всех бойцов это сделать. Тот так и поступил.

Майор Владимиров стоял в строю одним из первых, как ему и было положено. Навскидку я бы сказал, что рост у него был в районе ста восьмидесяти семи сантиметров. Обычно в схватке такие бойцы имеют преимущество на дальней дистанции. Оно, как правило, проявляется на первых минутах. Но стоит только эту дистанцию сократить, как им становится некуда девать длинные руки. Вот так их и надо бить. Тут самое главное — видеть, куда ты наносишь удар.

— В первый раз, когда мне довелось посетить этот спортзал, здесь как раз шла тренировка… — начал я.

— Без тренера, — не очень-то вежливо перебил меня майор Конопольский, стоящий ближе к концу строя. — Делали, кто что пожелает, кто во что горазд, товарищ подполковник. Тренер к тому моменту вышел в отставку. Но он занимался с нами только самбо и дзюдо. Ни рукопашному бою, ни боксу нас никто никогда не обучал.

— Тем не менее вы все равно что-то делали. Пусть даже самостоятельно. Это уже хорошо. Но я тогда мельком посмотрел на пары и заметил одну общую характерную деталь. Вы — по крайней мере большинство из вас — наносите удар, не видя, куда и как бьете. Лишь бы руку выбросить в надежде на то, что она куда-то попадет. Это не просто малоэффективно, но еще и опасно. Противник смотрит на вас, видит ваш удар, защищается от него и наносит встречный, куда более точный и эффективный. Вот я сразу вижу в строю двух бывших боксеров. — Я ткнул пальцем в спецназовцев. — Про майора Владимирова пока вообще не говорю. Спрашивается, как я их определяю? По сломанному носу? Но это заметно только у одного из них. Нет, я сужу по бровям. Боксеры, которые рефлекторно закрывают глаза во время атаки, своей или противника, пытаются бороться с этим именно за счет бровей, поднятых как можно выше, на самый лоб, и правильно делают. Это помогает. Предупреждаю, что сразу не получится, но тренировка поможет. А сейчас, как и полагается, начнем с разминки. Все упражнения повторять за мной, кто сколько сможет, поскольку способности у всех разные. Толк будет только тогда, когда вы перестанете себя жалеть. Я понимаю, что такое усталость, но без нее никакой пользы от ваших занятий не будет. Итак, сначала вокруг зала легким бегом. Делать это здесь, по сути дела, негде. Поэтому я предлагаю каждому из вас совершать пробежку дома, перед выходом на службу. Начинать можно с десяти минут, потом перейдете на полчаса, позже — на час. Итак, начали. — Я встал во главе строя и побежал.

Спецназовцы двинулась за мной. Скромные размеры зала не позволяли нам бежать ни в полную силу, ни даже вполовину таковой. Иначе офицеры, самые легкие на ногу, уже толкали бы в спины тех, которые отставали в общем строю.

Поэтому я скоро перешел на гусиный шаг. Само по себе это упражнение вроде бы и не выглядит достаточно важным. Однако в реальности гусиный шаг дает значительную нагрузку и на мышцы, и на дыхательную систему, и, самое главное, на вестибулярный аппарат.

На развитие вестибулярного аппарата я намеревался дать еще одно задание, упражнение, которое рекомендуется проводить как можно чаще даже дома. Следует выбрать точку на потолке, показать на нее пальцем и с поднятой рукой вращаться вокруг своей оси сначала в одну, а потом и в другую сторону. Это позволяет бойцу сохранять ориентацию в пространстве даже тогда, когда его атакуют несколько человек с разных сторон.

Казалось бы, упражнение пустяковое. Его выполнение в первые моменты вызывает только смех, особенно у человека, непривычного к нему. Мало кто может сохранять равновесие уже через десять секунд вращения. Но впоследствии оно будет продолжаться и минуту, и три, а равновесие останется на прежнем уровне. Это упражнение вместе с пробежками стало домашним заданием для офицеров. Я не был уверен в том, что их этому когда-нибудь учили.