Ария князя Игоря, или Наши в Турции - Алекс Экслер

— Не совсем, — уклончиво ответил Сергей. — Но я не хочу это обсуждать.

— Воркуете, голубки! — вдруг раздался над ними веселый голос. Ребята подняли глаза и увидели неимоверно довольного собой Игоря, шею которого окружала увесистая цепочка.

— Купил все-таки, — полупрезрительно-полувосхищенно сказала Ира.

— Купил, чтоб он сдох, — гордо сказал Игорь, подергивая плечами, чтобы заставить цепочку блестеть в лучах светильников. — Ровно вполовину цену сбил. Мужик плакал, когда ее отдавал.

— Ты сегодня в ударе, милый, — сказала Ира. — Надеюсь, этот удар на сегодняшней дискотеке превратится в настоящий взрыв?

— Какой дискотеке? — совершенно искренне удивился Игорь.

— Ты мне обещал сегодня сходить со мной на дискотеку, — кротко сказала Ира.

— Пусик, — возмутился Игорь, — мало ли что я обещал! Ты же видишь — папочка неимоверно устал! Папочка торговался, как тигра лютая. Папочка купил нам всем по дублене, Сереге — часы и себе — цепку, о которой давно мечтал. Неужели папочка хотя бы сегодня не заслужил простого человеческого покоя? Чтобы он спокойно выпил текилки, пошел в номер, включил телевизор и тут же заснул с сознанием честно выполненного супружеского долга!

— Но ты обещал, — кротко, но очень упорно повторила Ира.

— Ир, — ответил Игорь. — Когда меня принимали в комсомол, я тоже обещал изо всех сил любить Ленина и Партию. И что? Где теперь эти Партия и Ленин? В гробу я их всех видал.

— Ничего себе сравнения! Меня ты тоже в гробу видал, да? — возмутилась Ира и сделала движение, как будто она собиралась выйти из-за стола.

— Подожди, пупсик, — встревожился Игорь. — Я вовсе не ЭТО имел в виду.

— Тогда я пойду на дискотеку одна, — сказала Ира. — Мне надоело вечера проводить в номере. Ты только залезаешь в постель, как тут же засыпаешь. А я, между прочим, еще юная девушка. К тому же твой орущий телевизор мне мешает спать.

— А кто мешает выключить телевизор? — поинтересовался Сергей.

— Игорь и мешает, — объяснила Ира. — Как только я выключаю телевизор, он начинает жутко храпеть.

— Я? — возмутился Игорь. — Да я в жизни никогда не храпел!

— Всегда храпел, — сказала Ира. — Послушал бы ты себя во сне.

— Да я себя каждый день во сне слушаю! — продолжал возмущаться Игорь. — Никаких посторонних звуков, кроме телевизора, не слышно.

— Во-во, — сказала Ира Сергею. — Поэтому он всегда с включенным телевизором и спит. Чтобы своим храпом себе спать не мешать.

— Друзья, — сказал Сергей, — на этой торжественной ноте я предлагаю закончить безобразную семейную сцену. Мы вообще выпивать сегодня будем или как?

— Будем, — сказала Ира. — Я сегодня напьюсь пьяная и пойду на дискотеку. И ни один деспот меня не удержит.

— Между прочим, — сказал Игорь, — лично я сейчас демократичен — просто до безобразия. И даже готов отпустить тебя на дискотеку, но в сопровождении близкого друга нашей семьи.

— Ты имеешь в виду телевизор? — спросила Ира, якобы наивно хлопая ресницами.

— Я имею в виду Серегу, — объяснил Игорь. — Он мой кровный должник.

— Не понял, — сказал Сергей. — Это когда ты мне жизнь спас?

— Сегодня, — сказал Игорь. — Я спас не жизнь, а твой кошелек, что значительно ценнее. Так что сегодня ты должен пожертвовать своими планами и сводить Ирку на дискотеку. Только предупреждаю, — тут Игорь понизил голос, — она там будет танцевать со страшной силой.

— Игоречек, — нежно сказала Ира. — Это только ты ходишь на дискотеку, чтобы там трескать джин с тоником. Приличные девушки на дискотеке танцуют. И Сергей будет танцевать! Да, Сереж?

— Ну-у-у, — задумчиво протянул Сергей, который как раз и собирался на дискотеке сидеть в углу, тянуть джин с тоником и любоваться танцующими девушками.

— Будет, будет, — успокоил ее Игорь. — Серега — звезда дискотек. Помнится, он в санатории так танцевал, что ему весь зал аплодировал.

— Это потому, что ты, негодяй, мне зажженный бычок в кроссовок засунул, — заметил Сергей. — Вообще-то, я последний раз танцевал лет двенадцать назад.

— Мастерство не пропьешь, — сказал Игорь. — Раз двенадцать лет назад танцевал, значит, и сейчас сможешь. Ты, главное, пятки от пола сильно не отрывай, а то опрокинешься.

— Спасибо за совет, — язвительно поблагодарил его Сергей.

— Всегда пожалуйста, — ответил Игорь. — Я тебе его включу в счет как консультацию врача-офтальмолога.

— Черта с два, — сказал Сергей. — Тогда я требую немедленного осмотра моих органов зрения.

— Минутку, — сказал Игорь и стал пристально вглядываться ему в глаза… — Зрачки не расширены, и глаза не блестят! — решительно заявил он после секундного осмотра.

— И что это значит? — поинтересовался Сергей.

— Это значит, — веско ответил Игорь, — что мы сегодня купили уйму вещей, а до сих пор — ни в одном глазу. Давай разливай скорее. У тебя руки отсохли, что ли?…

Прошел час. Ребята как следует поели, причем Игорь успел совершить аж пять перемен блюд, а бутылка текилы опустела примерно наполовину.

— Ну что, — сказала Ира лениво. — Пора на дискотеку?

— Что ты такая шебутная? — возмутился Игорь. — Все бы тебе на дискотеку. Веди себя прилично, в конце концов. Не видишь, джигиты еще не отужинали!

— Я знаю одного джигита, — сказала Ира, — так вот он до утра может ужинать. Это, вероятно, самый медлительный джигит на свете. За это время враг может крышу его дома разнести вдребезги пополам, забрать его овец, пнуть сторожевую собачку, а джигит все будет кушать и кушать. Это такой джигит, что ему — хоть трава не расти!

— Это правильный джигит, — сказал Игорь. — Едальный процесс суеты не терпит. Кстати, Серег, ты почему не наливаешь?

— Налей сам, — лениво сказал Сергей.

— Нельзя, — объяснил Игорь. — Руку разливающего менять не принято. Плохая примета.

— Вечно ты какую-нибудь отговорку придумаешь, — недовольно сказал Сергей, но разлил всем текилы по стопкам.

Вдруг Игорь в Ирину рюмку кинул щепотку соли.

— Это еще что такое? — возмутилась Ира.

— Это яд, госпожа Бонасье, — объяснил Игорь, которому явно хотелось покуражиться. — Пейте, пейте, голубушка. Сейчас пойдут глюки, и вам привидится этот идиотский д’Артаньян — дикий турок.

— Предлагаю тост за цепак на шее Игги, — сказал Сергей, поднимая свою рюмку.

— Дурачки вы все, — сказал Игорь. — Надо тост поднимать не за цепак и не за шею, а за мою голову! Что бы вы без нее делали, а?

— За голову Игги, — сказала Ира, поднимая рюмку. — Чтобы в нее не только всякие глупости лезли.