Дневник новой русской - 2. Взрослые игры - Елена Колина

…Ох! Последний раз я испытывала такой стыд, когда в пятом классе написала записку одному мальчику, а он в ответ только покрутил пальцем у виска. Мальчик был как Андрей, особенный, — от любви к нему наши девчонки умирали всем коллективом… Не везет мне с такими мальчиками, они не для меня, могла бы уже и знать в моем возрасте.

Почему-то самым обидным для меня было не то, что он меня больше не любит, — каждый человек имеет право разлюбить меня и полюбить другую. Но дружба-то, дружба! Почему наша дружба должна исчезнуть?! Это и было главное, невыносимо обидное предательство, — Андрей не захотел остаться со мной друзьями…

— Мужчина может предать, а вино — никогда, — сказала я Ольге. Сама я этого не помню, но она уверяет, что я так сказала, странно. Думаю, я вдруг ощутила себя героем произведений Ремарка — разочарованный в жизни, преданный женщиной, много пьет и непрерывно курит. Поэтому и я выпила еще парочку глинтвейнов. Другого объяснения у меня нет.

Как только Олег посадил меня в машину, я сразу же уснула. Длительные спортивные усилия на свежем воздухе очень изматывают.

Вообще я очень люблю спать. Проснешься, а все неприятное исчезло. Как будто случайно порвешь страницу в книге, потом быстро захлопнешь книгу, поставишь в шкаф, и все — она стоит там как ни в чем не бывало, будто никто ее и не брал.

Но когда я проснулась в моем дворе (Ольга уверяет, что ей пришлось потереть мне щеки снегом, странно), оказалось, что все мое неприятное осталось при мне. Я проснулась с мыслью о том, что сегодня я потеряла Андрея навсегда.

Вскоре пришли гости. Ирка-хомяк привела ПетраИваныча и незнакомого симпатичного гостя.

— Это тебе, — гордо сказал мне ПетрИваныч. — Жених. Разведенный, обеспеченный. Он мой оппонент по бизнесу. Только вот… нет, ты не думай, у него это… абстиненция. Он не пьет, потому что уже вылечился.

Оппонент по бизнесу не пьет, ну а я еще выпила с гостями, и правильно сделала, потому что у меня уже начало портиться настроение. А зачем мне быть сухим алкоголиком, который не пьет и из-за этого имеет такой плохой характер, что лучше бы пил? Я предпочитаю быть веселым алкоголиком, добродушным алкоголиком, жизнерадостным алкоголиком, забывшим, что Андрей не подошел к нему в кафе в Коробицыне.

Ближе к ночи я наконец поняла, как люди спиваются. Просто они не могут сами справиться с тоской и внутренним опустошением. Они думают: «Жизнь не удалась. К тому же я все равно уже выпила, так не выпить ли еще немного?..»

Еще я поняла, почему люди пьют в одиночестве. Я вышла на кухню, налила мартини в два бокала, чокнулась ими сама с собой и выпила оба. Эти два бокала мартини полностью усугубили ощущение моей вины. Человек в одиночестве думает: «Ну и пусть, все равно пропадать, так что чем хуже, тем лучше», — а потом возьмет и выпьет назло самому себе. И тогда внутренний мир этого человека снова заиграет яркими красками и наполнится радостными образами — к примеру, как его берут за воротник и спасают в снегах Коробицына.

— Мы с Петром Иванычем думаем расширяться, — сказал мне оппонент по бизнесу.

— Это хорошо, это правильно, — степенно кивнула я, стараясь поддержать беседу.

Я уже почти засыпала в кресле, и последнее, что я запомнила в этот вечер, была моя дочь Мура.

— Моя мама? Она у меня выпивает, — воровато озираясь по сторонам, тихо рассказывала кому-то Мурка, как потом оказалось, непьющему жениху. — Да-а, пьет, знаете ли… вот так мы и живем. Да, конечно, быть ребенком алкоголика нелегко, но ничего, я уже привыкла…

Я не все запомнила в этот вечер, например, как-то упустила из виду внешность непьющего жениха. Это называется «лоскутная память алкоголика».

25 декабря, пятница

Я проснулась от звонка. Пусть звонят, а я не буду брать трубку, не буду, и все.

Но ничего не вышло, потому что это звонила Алена. Никто, кроме нее, не будет так настойчиво трезвонить одновременно на домашний телефон и на мобильный.

— Ура, ура, наш план сработал! — закричала Алена в трубку. — Сегодня ночью Никита сказал, чтобы я больше Валерию к нам не звала!.. Так и сказал: «Я тебя очень прошу, чтобы больше ее у нас в доме не было».

— Поздравляю… — вяло отозвалась я.

— Ты что, не рада? — подозрительно спросила Алена.

— Ты что, конечно, рада… Ура-ура! — сказала я. — Просто моя жизнь подошла к критической отметке.

— Отметке чего? — удивилась Алена.

— Не знаю чего, но чувствую — жизнь подошла к критической отметке. Возможно, у меня просто посталкогольный синдром раскаяния, а возможно, что-то более серьезное.

Алена на секунду задумалась и радостно проговорила:

— Совсем забыла — мне только что приснилось, что ты очень скоро встретишь свою судьбу!..

Алена врушка — ничего ей не приснилось, она просто хотела меня утешить. Но это не важно, не нужно мне никакой судьбы. Я сама приняла решение изменить свою жизнь — бросить пить и знакомиться со всеми, в том числе на улице. То есть я не так выразилась. Наоборот, начать знакомиться со всеми, в том числе и на улице, безо всяких ограничений. Вчерашнего жениха я не хочу (Ирка-хомяк говорит, из чистого упрямства), а начиная с него — пожалуйста.

Психологическое обоснование решения:

1. Стою перед реальной угрозой попасть в учебники психиатрии в качестве иллюстрации синдрома Адели, несчастной дочери Гюго, — она до восьмидесяти пяти лет маниакально преследовала несчастного человека, в которого была влюблена. А он и знать ее не хотел, как меня Андрей. Не хочет даже остаться со мной друзьями — после встречи в Коробицыне совершенно ясно, что можно не преследовать его до восьмидесяти пяти лет — бесполезно. Только зря время тратить.

2. Настоящая любовь дается не каждому, а у меня она уже была. Так что мне повезло, я счастливый человек.

3. Любить — это талант. Но у меня, кроме таланта, есть еще просто способности.

4. Начиная с сегодняшнего дня все люди должны меня знакомить, кто с кем может. Особенно Алена, Ольга, Ирка-хомяк, потому что я их не стесняюсь. Они уже давно меня приручили, вот и пусть теперь несут ответственность за меня и мое женское одиночество.

Вот только… Думаю, в таких нарочитых знакомствах есть какая-то неловкость… Представила, как девочки хватают за рукава малознакомых мужчин и под разными предлогами приглашают их к себе домой, а через минуту-другую случайно прихожу я. Алена, Ольга и Ирка-хомяк торопливо нашептывают Пойманному Мужчине, что я — их очень красивая, образованная, временно одинокая подруга с квартирой в центре и без вредных привычек. Пойманный Мужчина разглядывает меня строго, но благожелательно. Девочки изо всех сил пытаются представить меня в выигрышном свете, например, говорят: «Она у нас хозяйственная, знаете, что у нее в сумке?» — «Курица», — пищу я, и на моем лице проступает яростное желание зажарить эту курицу для Пойманного Мужчины прямо тут, в прихожей.