Мертвая линия. Оно начинается... - Джонатан Уокер

– Дедушка? – Рагнар изумленно хлопал глазами, с трудом сохраняя равновесие и переводя взгляд с деда на скрита и обратно.

Стью, почувствовавший запах Олафа уже давно, только кивнул в ответ. Ширл сползал с его плеча и пытался найти на гладкой голове скрита какие-нибудь выступы. Рагнар не верил своим глазам:

– Что ты здесь делаешь?

– У меня к тебе тот же вопрос. И еще много других. Извинись перед Гристоном и его ребятами, и идите за мной. – Олаф повернулся и пошел к Арене.

Спорить было бесполезно. Рагнар послушно убрал меч, Стью вернул копье, и оба, виновато кивнув стражникам, отправились следом. Ширл тихо ойкнул и упал змею в капюшон. Инъекций, чудом избежавший погребения, счел за благо удрать.

Пройдя вслед за Олафом по длинным подтрибунным коридорам, компания вошла в уютную комнату на верхнем ярусе. Слегка протрезвевшего дракончика усадили на диванчик около большого окна без ставен, вырубленного в стене для наблюдения за состязаниями, и дали кружку с пивом, чтобы ему было чем заняться. Остальные уселись за дубовый стол и принялись разглядывать разминающихся на площадке участников соревнований.

– Здорово придумано, – восхитился Рагнар, обводя взглядом комнату. – И игры смотреть можно, и выпивать…

– Это ложа для почетных гостей, – кивнул Олаф. – И для меня.

– Так ты теперь местный капитан?

– Да, должность непыльная, а деньги хорошие.

– А как же бабушка?

– Бабушка как бабушка. Ты мне лучше скажи…

В это время на центральный балкон вышел человек в полосатой тунике и сложил руки ковшом:

– Внимание! Объявляется заезд сегодняшнего вечера! На арену вызываются: Хло Пирис из Канинарии, Бади из Нконканкои, Андремидис Четвертый из…

– О! Это наш. – Рагнар пихнул локтем скрита и подался вперед.

На площадку состязаний выезжали названные участники. Первый был украшен перьями и боевой раскраской (равно как и его конь), второй оказался чернокожим дылдой с огромным кольцом в ухе и зверским выражением лица. Андремидис щеголял в своих любимых латах и со свеженамалеванной татуировкой.

– …Тея из провинции Ню и Незнакомец из Гаринона. Старт будет дан огненной стрелой!

Тея был маленьким и кривоногим, с огромным изогнутым мечом. Незнакомец предстал перед публикой облаченным в черный плащ и без видимого оружия, его скакун тоже был черным как смоль. Когда все пятеро выстроились в линию и приготовились к старту, на балкон вышел лучник в алом плаще. Он поджег стрелу и, замерев на секунду, послал ее в небо. Жеребцы, получив шпорами в бока, сорвались с места и помчали своих наездников к победе.

Вперед сразу вырвался темнокожий Бади, его скакун был крупнее остальных и выигрывал на более длинном шаге. Незнакомец в плаще вышел на второе место, остальные немного отстали. Вереница прошла первый поворот, и Бади стал уходить еще дальше. Незнакомец выхватил из-под плаща хлыст и взмахнул рукой. Кожаный язык охватил петлей воздух над хозяином, а затем метнулся и стегнул идущего впереди скакуна по крупу. Жеребец фыркнул и, выпучив глаза, прыгнул в первые ряды, прямо на зрителей. Бади воскликнул: «Мбумба катанаки!» – и грузно выпал из седла.

Воспользовавшись схваткой лидеров, Андремидис и Тея, пригнув головы к холкам, пронеслись вперед. Незнакомец выронил хлыст и, не оборачиваясь на потерянное оружие, бросился в погоню. Он быстро догнал Тею, совершил резкое движение корпусом и оказался под своим скакуном, обхватив его бока ногами. Пока Тея пытался понять что к чему, Незнакомец поравнялся с ним и, взмахнув кинжалом, перерезал крепления седла соперника. Тея стал медленно сползать на землю, его скакун взбрыкнул и, избавившись от седока, ускакал на середину Арены щипать травку.

Рагнар опрокинул кружку и присвистнул:

– Во дает! Это же техника Гримских Наемников!

Олаф покосился на внука:

– А ты откуда знаешь?

Рагнар попытался утопить ответ в пиве:

– Ну, я там, глю-ю-юм, тогда еще, глю-ю-юм, а они как раз, глю-ю-юм…

Повисла пауза. Викинг изучал реакцию деда, не вынимая носа из выпивки. Олаф медленно одним пальцем наклонил кружку внука и заглянул внутрь:

– У тебя пиво кончилось. Давно.

Ширл, снова залезший на плечо скрита, изумленно наблюдал за другом: таким он его еще не видел. Рагнар покраснел и тоже уставился на дно кружки:

– Я за них воевал.

Голос викинга прозвучал так тихо, что дракончик всем телом подался вперед, чуть не свалившись со змея. Олаф укоризненно покачал головой:

– Мы с бабушкой отпустили тебя учиться в Военную Академию Севера и были уверены, что внук постигает морское дело. А ты… – Олаф еще раз вздохнул. – И давно ты смылся из академии?

– Через месяц…

– После чего?

– После начала занятий.

– Та-а-ак. И где же ты шатался эти пять лет?

– Ну-у-у…

– Ладно, смотри скачки. Завтра поговорим.

Олаф достал трубку и стал набивать ее табаком. Ширл высунулся из-за головы скрита:

– Рагнар, давай тоже покурим.

Викинг, словно змеей ужаленный, подпрыгнул на месте и впился глазами в дракончика:

– Ты что? Я НЕ КУРЮ.

Ширл сглотнул:

– Да? Какой молодец… я тоже… бросаю.

Олаф сделал вид, что ничего не слышал, и только усмехнулся в бороду.

На дорожках тем временем Незнакомец поравнялся с Андремидисом и, улучив момент, пнул его ногой в бок. Андремидис выхватил двуручный меч и занес его, целя противнику в голову. Публика была в восторге. Зрители выкрикивали имена наездников и бросали на дорожки пустые кружки. Одна из них угодила в голову Хло Пирису, державшему в руках уже натянутый лук. От удара тетива выскользнула из пальцев, и стрела, сорвавшись, унеслась в небо, а Хло, потеряв равновесие, опрокинулся на спину и кубарем слетел с лошади. Незнакомец свесился на стременах головой вниз и, почти не снижая скорости бега, подхватил с земли хлыст, потерянный два круга назад. Арена содрогалась от криков и топота зрителей.

– А сеня будут ище заезды? – Ширл завернулся в крылья от вечернего ветерка.

– Нет. На сегодня все. Вчера был заезд и завтра еще один, а потом решающая скачка за главный приз, – ответил Олаф.

– А какой он? Главный?

– Тысяча монет.

– Золотых?

– Ну а каких еще?

– Вот это да! Мне бы стока денег. – Дракончик мечтательно закатил глаза.

Три следующих круга не выявили победителя. Андремидис и Незнакомец довольно активно пихались, однако оба оставались в седле. Император постоянно уходил от прямых столкновений, юлил и выжидал момент для атаки. Черный всадник, напротив, старался схватиться в открытую, но проигрывал в скорости и заметно злился.