Судьба педераста или непридуманные истории из жизни… - Зяма Исламбеков

К компании вдруг подошли несколько мужчин с женщинами, которые улыбались и хихикали, ничего не понимая, но заражаясь всё сильнее и сильнее здоровым залихватским смехом. Видимо, они решили, что рассказывают хорошие анекдоты?! Вот и подошли поближе, чтобы не было скучно на пляже, да и послушать было крайне интересно.

– Я, кстати, сегодня в вещах надыбал у себя интересную брошюрку, – не без кокетства заметил Сан Саныч. – Полюбуйтесь-ка. Как, падлюки, пишут, а?!

– Ну-ка, ну-ка, – Александр Владимирович первым взял в руки несколько потертую книжонку и начал перелистывать, находя черно-белые схемы, картинки и рисунки. Много было таблиц, много графиков, диаграмм, и что самое главное – формул. – Вот, Оксаночка, это – Вам. Тут всё написано про нас и про Виктора! – Телегин, протягивая книжку Оксане, вдруг опять взорвался от смеха.

Оксана с некоторой неловкостью принялась внимательно перелистывать книгу. Затем, остановившись на 25-ой странице, она начала читать вслух.

– Физика человека. Данные о среднем инженере / инженере-даме или будущем инженере. Механика и гидравлика инженеров. Расход энергии инженерами. Тепловые параметры инженеров. Инженеры и звук. Электрические параметры инженеров. Оптика инженеров.

Таблица 1. Механика и гидравлика человека (верно для инженеров, но, конечно, не только для них).

– Читайте, читайте, – подбадривал Сан Саныч, – здесь всё-всё про вашего кавалера. А то отдыхаете вместе и не знаете, что это за фрукт?! – после этой остроты смеялись практически все, даже Лобов, который стал догадываться, что не он, вовсе не он, а, наверное, Макеев – объект внимания и шуток.

– Что это? – Ковальчук читала всё подряд, и чем дальше, тем больше вопросов у нее возникало. Она окончательно запуталась в таблицах и формулах, в которых она даже при всём желании никогда бы не разобралась. Мозг её начинал лихорадить, посылая тревожные сигналы-импульсы различным частям тела. Оксана стала слегка дергаться, как если бы её начали пытать электричеством. – Средняя плотность тела человека – 1036 кг/м³, Плотность крови человека – 1050-1064 кг/м³, Средняя скорость движения крови в сосудах человека, м/с – 0,2-0,5 в артериях. Ну что это? – с нетерпением и раздражением спросила Ковальчук у Макеева.

– Это – автореферат кандидатской диссертации товарища Шплеймана Артура Францевича, – прочитал на обложке книжонки Виктор и вопросительно взглянул сначала на Клизмина, затем на Телегина, который в открытую громко смеялся.

– Ладно, коллеги, сейчас всё объясню. – Александр Владимирович, помогай мне, пожалуйста, если кто-нибудь будет смеяться, то просто бей его ногами. Только не больно. Ногами, ногами, вот так, вот так, – пошутил Клизмин и продемонстрировал несколько каратистских ударов ногой в воздух, в область головы воображаемого противника.

– Ничего себе?! – восхищенно захлопала Ковальчук, явно не ожидавшая от Клизмина такой гибкости, такой растяжки и такого артистизма.

Клизмин с Телегиным присели на пляжный топчан, остальные расположились тесным кругом вокруг рассказчиков.

– Совсем недавно была успешно защищена кандидатская диссертация по экономике по очень важной проблеме – увеличение длины шага воинского контингента в нашей стране, – начал свой рассказ Клизмин.

– Саня, так ты про ту хрень, о которой сейчас все говорят? – переспросил Телегин.

– Ну да, разумеется. А ты думал, что я знаю ещё что-то? – и Клизмин начал опять смеяться.

– Давай-ка я лучше, а то ты будешь долго рассказывать? – предложил Телегин.

– Нет, если хочешь, чтобы было долго, но захватывающе, то предложи лучше Николаю Михайловичу!

Здесь все дружно смеялись, кроме Лобова, который, как говорят в народе, не понял «шутки юмора». Зато он прекрасно осознавал, что все смеются над ним.

Лобов, стройный и подтянутый, с атлетической фигуркой мужичка-легкоатлета, с волосатой грудью и лобными залысинами, стоял в напряжении. Он готов был взорваться в любую секунду и броситься с кулаками на любого, но всё ещё с трудом себя сдерживал, яростно сжимая кулаки и играя желваками на лице.

– Так вот, Шплейман Артур Францевич, взял за основу данные американских исследователей, которые установили опытным и расчетным путем среднюю длину шага мужчины (инженера) и женщины (инженерки), – Клизмин взял в руки автореферат диссертации и начал его листать, одновременно собираясь с мыслями. – Вопрос неожиданно оказался необычайно актуальным для Штатов.

– Саня, ты не забудь сказать, что согласно многолетним измерениям ВС США: средняя длина шага мужчины – 76 см и средняя длина шага женщины – 67 см – вклинился в разговор Телегин.

– Александр Владимирович, спасибо, – Клизмин поблагодарил сослуживца, который прервал маленькую паузу в рассказе. – Данные, естественно, актуальны не только для инженеров и, неожиданно мало зависят от роста и расы взрослого человека. Тут, видимо, дело в том, что социализация очень усредняет этот показатель, лишая его индивидуальности. От себя хотел бы добавить, что в ВС СССР для ориентирования использовали очень даже практичное соотношение, именно «2 шага = 1,5 м» или «четыре шага = три метра».

– Сан Саныч, давай я продолжу, – опять вмешался Телегин.

– Давай, а то я что-то волнуюсь, – сострил Клизмин и все вокруг опять дружно засмеялись.

Александр Владимирович суть диссертации изложил настолько кратко и точно, что обычные люди слушали рассказ с неподдельным интересом, не перебивая рассказчика и не отвлекаясь на всякие мелочи, типа проходивших мимо симпатичных баб и мужиков, которые чуть ли не в открытую пытались кого-нибудь склеить из числа отдыхавших противоположного пола.

– Друзья, а нет ли у кого просто попить? – громко спросил Телегин, – ведь рассказ будет долгим. Боюсь, к утро можем не кончить?!

– Виктор, а ты бы смог вот так? – еле сдерживаясь от смеха спросил Клизмин Макеева.

– Как так? – не понял вопроса Виктор.

– Ну, так… Чтобы кончить только утром, – и Клизмин взорвался от гомерического смеха. Маленькая толпа прирастала зеваками, которые подходили и дружно, словно по команде, начинали громко смеяться. Через пять минут вокруг чекистов стояло не менее 70 человек.

– Так, тихо! – скомандовал Александр Владимирович. – Вы же мешаете сосредоточиться! – с улыбкой заметил Телегин.

– Ишь ты какой нежный?! Как будто в туалете или на партсобрании?! – сострил Макеев.

Толпа разрывалась от смеха.

– Сан Саныч, а ты помнишь тот вокзальный анекдот? – вдруг ни с того, ни с сего спросил у Клизмина Макеев.

– Это который? – напрягся Клизмин, силясь вспомнить один из сотни, рассказанных в купе во время пьянки.

– Я только напомню, пока Александр Владимирович сосредотачивается и настраивается на лекцию, – игриво пошутил Макеев. – Три мужика бегут за отходящим поездом. Двое успевают запрыгнуть, третий остается и заливается хохотом. Дежурный по вокзалу: