Разговорчики в строю - Михаил Серегин

Витек сник. Прощай, московские девчонки. А могли бы, раз уж такая положительная статья и они всем довольны остались, и еще разок приехать. Он постарается уж и еще на одну статью. Да на целую книгу постарается!

Генерал провел широкой ладонью по лицу, зевнул:

- Значит, ты хорошо отжимаешься. Это хорошо, что хорошо отжимаешься. Значит, выносливый. Собирайся, поедешь со мной в Самару встречать президента.

Резинкин на мгновение потерял дар речи.

- Как, - вымолвил он после паузы, - самого его?

- Ага, - подтвердил генерал и поднялся с дивана. Подошел, пожал руку Стойлохрякову. - Приедет он сегодня к вечеру.

- Да, конечно. - Комбат посмотрел на Резинкина с долей зависти, а тем временем генерал уже выходил из кабинета.

Витек, продолжая пребывать в шоковом состоянии, лупал глазами и смотрел на комбата. Наконец до него дошла нужная фраза:

- Разрешите идти?

- Давай не осрамись там, - напутствовал подполковник.

Резинкин уловил ушами шорох от мягких ботинок по ступенькам и устремился вниз следом за высоким гостем.

* * *

В Самару летели на новой «Волге». Генерал так и не соизволил представиться, оставаясь просто человеком в погонах. Но его водитель, прапорщик, назвавшийся Борисом, тридцатипятилетний мужик с черной кудрявой шевелюрой, сообщил, что фамилия этого чина - Плющев и вести с ним себя стоит очень ласково, так как возможности генерала немереные.

Все это выяснилось в тот самый момент, когда Плющев попросил остановиться на обочине дороги на тему отлить. Генерал был подозрительно молчаливым, и за все полтора часа, пока они добирались от казармы в Чернодырье до здания областной администрации в Самаре, едва ли проронил десяток слов, из которых Резинкин не мог сделать выводы о тяжести возложенной на него миссии.

Пройдя по шикарному холлу и поднявшись по широкой лестнице на второй этаж, генерал привел солдата в один из высоких кабинетов, где уже была собрана еще дюжина солдат-срочников. Его посадили за отдельный стол. После этого Плющев занял место в середине комнаты. Мебель в помещении стояла так, что люди не могли сидеть, словно в учебном классе за партами, а расположились по периметру, поэтому генерал изредка поворачивался то в одну, то в другую сторону, поставив перед собой задачу хотя бы пару раз за время его недолгой речи посмотреть каждому в глаза.

- Ты, Резинкин, последний. - Услышав фамилию, кто-то хихикнул. - Тишина в студии! - тут же рявкнул генерал. - Слушаем внимательно, все, кроме шуток. Задание вам предстоит ответственное, и поэтому настройтесь на то, чтобы немножко шевелить извилинами.

Резинкин оглядел присутствующих. Все, впрочем, как и он, были в парадной форме, отутюжены. Всех его ровесников вряд ли собирали с разных уголков области, - почему-то он так думал, считал, что только Виктор Резинкин, пропечатавшийся в столичной прессе, имеет право встречаться с президентом, и не только в общей массе, но и с глазу на глаз, обсудить, так сказать, последние направления во внутренней и внешней политике.

- Если у него, - Плющев поднял палец вверх, - найдется на вас время, то будем делать следующим образом. - Он залез в карман кителя и достал оттуда несколько бумажек. Каждому из солдат дал по листочку и вернулся на середину комнаты. Резинкину достался следующий вопрос: «Как вы думаете, стоит ли нам строить авианосцы?» Прочитав предложение, Витек немедленно поднял руку. Генерал насупился:

- Что такое?

- Я считаю, что нам надо строить авианосцы, товарищ генерал. Вот у американцев есть, и у нас должны быть, и как можно больше.

Плющев почему-то покраснел.

- Сядь, ефрейтор. Для тех, кто не понял, - генерал обернулся вокруг своей оси и поглядел на каждого. Многие из солдат продолжали еще читать выданные им бумажки. - Это вопросы для президента. Будете задавать их по очереди. Будет куча журналистов. Вам надо запомнить то, что здесь написано. Именно запомнить и не читать по бумажке! Через вас, бестолковых, президент будет общаться с народом и отвечать на волнующие его проблемы.

Здоровенький, розовощекий парнишка, сосед Резинкина, возмутился:

- Тогда и приглашали бы народ, зачем мы здесь?

- А ты, Сопляков, попал в число лучших только благодаря… - Плющев не договорил, благодаря чему попал розовощекий здоровяк в число тех, кто будет встречать президента, потому как дверь распахнулась, и в комнату вбежала женщина в темно-коричневой юбке и белой, прозрачной блузке, через которую был виден бюстгальтер и возвышающаяся над ним пышная грудь.

- Едут! - выкрикнула она и почему-то подмигнула.

На мгновение генерала заклинило, затем он собрался, сделал вдох-выдох и бросился из комнаты вслед за этой вестницей перемен. На пороге он обернулся и крикнул:

- Заучить наизусть!

Пацаны уткнулись носами в бумажки и стали бормотать себе под нос.

Сопляков прочитал свой вопрос:

- «Планируется ли в ближайшее время сокращение генеральских должностей в армии?» Да, - тут же прокомментировал солдат бумажку, - это самый насущный вопрос для рядового и сержантского состава. Нас это всех буквально касается.

Небольшой парнишка в очках, чем-то напомнивший Резинкину Фрола Валетова, поинтересовался, что имел генерал в виду, когда говорил о заслугах Соплякова, позволивших ему попасть в число двенадцати лучших солдат округа. Товарищ военнослужащий заулыбался:

- Ты че, дурак? Мой батек с этим Плющевым каждую неделю на дачах квасит. Я просто попросил папаню, чтобы он мне позволил с президентом поговорить.

Прошел час. Никто не ехал. Базар, разгоревшийся на тему, кто откуда, затух, а мандраж остался. Всем казалось, что вот-вот раскроется дверь и войдет он, а вместе с ним и куча народу, в просторечье называемого холопами. Резинкин набрался смелости, поднялся, открыл дверь комнаты и выглянул в коридор. И тут же шуганулся обратно - на него шла толпа в дорогих костюмах, платьях и военной форме.

- Идут, - цыкнул он и занял свое место, вспоминая о вопросе про авианосцы.

Топот ног в коридоре. Вот-вот зайдут. Нет. Проходят мимо. И вскоре шаги стихают. Резко открывается дверь, забегает раскрасневшийся Плющев, сжимает руку в кулак и кричит:

- Запомнили?!

Солдаты молча кивают головами и, сидя на стульях, пытаются изобразить выполнение команды «Смирно!». Разговорчивый Сопляков осведомляется о том, прибыл ли президент или нет.

- Президент не прибыл, - отмахивается Плющев, - приехал пока только губернатор. Я скоро зайду за вами, и вас переведут в конференц-зал - там уже журналисты собрались, - и вы будете… Вопросы выучили? Смотрите мне, пошлю всех на Камчатку дослуживать.

Солдаты снова остались одни, но ненадолго. В комнату залетел высокий, статный генерал-лейтенант с вытаращенными глазами. Он немедленно подбежал к окну и стал возиться с собственным кителем. Сопляков подбежал к нему: